После завершения Ялтинской конференции до конца войны оставалось совсем немного. Ставка ВГК и командование фронтов в этих условиях делало все возможное, чтобы подойти к Дню Победы с наименьшими потерями и утратами. С другой Стороны, выполняя союзнический долг, Верховное Главнокомандование внимательно следило за тем, чтобы наступление войск на советско-германском фронте продолжалось непрерывно или с небольшими оперативными паузами, что затрудняло противнику перегруппировку войск с одного европейского фронта на другой.
В то же время на Западе участились контакты высших должностных лиц Германии с представителями союзников. Читателям хорошо известна миссия генерала СС Карла Вольфа, сумевшего завязать переговоры с резидентом управления американской Стратегической службы в Швейцарии А. Даллесом. Во второй половине февраля 1945 года К. Вольф обсуждал вопрос об условиях капитуляции Германии с представителями армий США и Англии. 12 марта посол США в СССР А. Гарриман уведомил об этом Наркома иностранных дел СССР В. М. Молотова. Последний предложил не прерывать эти переговоры, но продолжить их с участием представителей Вооруженных Сил Советского Союза. Американское посольство отказало в этой просьбе письмом от 16 марта.
Отказ был мотивирован тем, что переговоры якобы велись о капитуляции только части немецких сил на отдельных участках Западного фронта. На самом же деле речь шла о том, что командующий Западным фронтом Кессельринг откроет фронт и пропустит англо-американские войска на Восток, за что к его войскам будет применен режим перемирия, то есть они не будут разоружены. Одновременно Кессельринг перебросит освободившиеся части на Восточный фронт.
Все это не способствовало сохранению отношений дружбы и доверия между союзниками по антигитлеровской коалиции. Отношения эти стали едва ли не враждебными после смерти президента США Ф. Рузвельта, которая последовала 10 апреля 1945 года. Новый президент Г. Трумэн с первых дней пребывания на посту главы американской администрации пытался проводить жесткий курс по отношению к Советскому Союзу. Установку на конфронтацию он дал на совещании военных руководителей страны, заявив: русским надо дать бой или сейчас, или никогда.
Реалистически мыслящие политики США не разделяли экстремизм своего президента. С резкой критикой позиции Трумэна по отношению к союзному государству выступили военный министр Стимсон и генерал Маршалл. На стороне Трумэна оказались военно-морской министр США Форрестол и отчасти начальник штаба при президенте адмирал Леги. Иными словами, «холодная война», начало которой приходится на первые месяцы 1945 года, была фактически спровоцирована определенными политическими кругами США и Англии, принеся множество бед. Я не оправдываю И. В. Сталина, который как во внутренней, так и во внешней политике в ряде своих поступков оставался жестоким и капризным диктатором, но я не могу также оправдывать с трудом поддающиеся логике действия высшего английского и американского руководства. Ведь во многом их близорукая, примитивная политика позволила И. В. Сталину создать «образ врага» из наших вчерашних союзников, которым советский народ пугали в течение нескольких десятилетий.
Повторю еще раз: когда война только начиналась, невозможно было представить себе, что через несколько лет нашими врагами станут не фашисты, а сегодняшние союзники. В нашей стране работали многочисленные военные миссии, находившиеся вне подчинения посольствам Англии и США и замыкавшиеся непосредственно на Ставку Верховного Главнокомандования, наши люди летали на американских самолетах, водили английские танки, вместе с союзниками пили русскую водку и пели одни, ставшие интернациональными, песни.
В успешной работе англо-американских миссий сыграл свою роль Генштаб. При нем были аккредитованы военные миссии союзников: США во главе с генералом Дином, Великобритании во главе с генералом Берроузом, Правительства сражающейся Франции во главе с генералом де Латтр де Тассиньи, Норвегии во главе с полковником Далем, Чехословакии во главе с генералом В. Пикой. Миссию Югославского национального комитета возглавлял генерал-лейтенант Терзич. Для связей с иностранными армиями в Генштабе был создан отдел спецзаданий. Но вскоре после начала Великой Отечественной практические задачи взаимосвязи с союзниками так усложнились и расширились, что отдела оказалось мало для этих целей. В сентябре 1941 года возникло управление спецзаданий. Его начальником стал генерал-майор Н. В. Славин. Через это управление осуществлялось и руководство нашими миссиями в союзных странах.
В начале июля 1941 года в Англию была направлена советская военная миссия во главе с генерал-лейтенантом Ф. И. Голиковым. В ее состав входили контр-адмирал Н. М. Харламов, полковник Н. Н. Пугачев, полковник В. М. Драгун, майор А. Ф. Сизов, военный инженер 2-го ранга П. И. Баранов. К ним присоединились советский военный атташе полковник И. А. Скляров и его помощник майор Б. Ф. Швецов.
Во время подготовки миссии к отъезду Ф. И. Голиков встречался с Наркомом иностранных дел В. М. Молотовым, Наркомом обороны С. К. Тимошенко, начальником Генштаба Б. М. Шапошниковым, Наркомом внешней торговли А. И. Микояном. Перед убытием в Лондон Ф. И. Голиков был принят И.В. Сталиным.
Получив всеобъемлющие инструкции, 8 июля миссия, совершив перелет по маршруту Архангельск — Глазго, прибыла в Лондон. Она должна была поставить вопрос о последовательном осуществлении трех операций.
Операция № 1: создание общего с англичанами фронта на севере Европы. На этот фронт Англия должна была направить силы флота, авиации, несколько дивизий сухопутных войск, заняв союзными войсками острова Шпицберген и Медвежий для обеспечения коммуникаций между СССР, Англией и США.
Операция № 2: высадка значительного контингента английских войск на севере Франции. Правительство Советского Союза поручило передать правительству Англии, что оно считает особенно важным осуществление «французской операции» если не сейчас, то хотя бы через месяц.
Операция № 3: боевые действия английских войск на Балканах. По срокам и по выделенным силам эта операция должна была занимать второстепенное место.
На первом заседании с участием министра иностранных дел А. Идена и его заместителя Кадогана Ф. И. Голиков заявил о решимости Советского Союза довести войну против Германии до победного конца. Вместе с тем он подчеркнул необходимость проведения совместных военных действий, особо указав на важность для СССР открытия «второго фронта». А. Идеи предложил обсудить эти вопросы с начальниками главных штабов. Основные переговоры по военным вопросам миссия вела с начальником штаба ВМС Паундом.
В тот раз англичане не захотели прийти к каким-либо конкретным результатам, ибо не верили в возможность Красной Армии справиться с агрессией. Единственное, чего добилась миссия, это передача советским ВВС двухсот истребителей «Томагавк», полученных англичанами из США.
В середине июля Ф. И. Голикова отозвали в Москву и приказали готовиться к поездке в США с аналогичной миссией.
Миссию в Великобритании возглавил Н. М. Харламов, который и провел там практически всю войну.
Перед отъездом в США Ф. И. Голикова опять вызвал к себе Верховный. Разговор шел о проблемах военно-политического характера, а также о закупках в США вооружений и стратегических материалов. Одним из важнейших вопросов, которые предстояло решить в Америке, был вопрос о займе, необходимость в котором могла возникнуть в самом скором времени.
Переговоры советской военной миссии за океаном проходили не без трудностей. Дело особенно осложнялось тем, что ходу переговоров постоянно мешали англичане. Они опасались, что поставки в СССР повредят американским поставкам военной помощи в Англию. Об этих препятствиях глава миссии и посол СССР в США Уманский доложили в Москву. Проблема поставок была решена положительно только после встречи Ф. И. Голикова с Ф. Рузвельтом.
Что же касается миссии адмирала Н. М. Харламова в Англии, работать ей было гораздо труднее, чем нашим представителям в США. Англия была, мягко говоря, сложным союзником, ибо ее государственные и военные деятели весьма по-разному относились к своему союзническому долгу. Одни из них были откровенными противниками СССР (адмирал Паунд и военный министр Паркинсон). Последнего У. Черчилль был вынужден отправить в отставку за откровенный саботаж решений по военной помощи Советскому Союзу. Другие не выражали к нашей стране симпатий, но и злобы особой не проявляли. К ним относились лорд Бивербрук, морской министр Александер и начальник штаба авиации Дилл. Третьи симпатизировали нашей справедливой борьбе и старались оказывать посильную помощь. Примером может служить активная работа контр-адмирала Филиджа, ведавшего военными поставками, и многих других сотрудников в аппаратах военного и военно-морского министров.