— О, да, — с издевкой проговорил он, — за дверью стоит дитя, вместе с которым вы собираетесь вести хозяйство. Что, черт возьми, вы делаете?
На помощь Миранде пришла ее гордость. Она не позволит Белфорду так с собой обращаться. А блеск в ее глазах он скорее припишет гневу, нежели подступающим слезам.
— Они отказываются работать и они обманывали меня. Что мне было делать? Повысить им жалованье? Вы, видимо, так и поступите. Держу пари, вам приятно видеть, что мне здесь оказали такой прием.
Похоже, тирада девушки немного утихомирила герцога.
— А вы чего ожидали, герцогиня? Букетов цветов и алой дорожки?
— Я думала… я думала…
— А что касается воровства, — продолжал герцог, не обращая внимания на ее реплику, — то тут я с вами согласен. Судя по количеству багажа, они вынесли с собой половину вашего добра.
Побледнев, девушка на подгибающихся ногах встала из-за стола. Этого еще не хватало!
— Сидите спокойно, я уже с ними поговорил.
Они все вернут. Меня, знаете, привыкли слушаться.
Миранда медленно опустилась в кресло.
— Я должна поблагодарить вас… — начала она, удивляясь, как ему удалось все так быстро уладить.
— Право, не стоит. Я бы оказал такую услугу любому, даже вам, герцогиня.
В его глазах вновь появился тот странный блеск, как будто он смеялся над самим собой. Миранда не нашлась, что ответить. Ей вдруг отчаянно захотелось броситься ему в объятия и хорошенько поплакать.
Герцог с любопытством смотрел на Миранду, словно пытаясь угадать ее мысли.
— Я бы предложила вам чего-нибудь освежающего, но боюсь, что у Исме и так много дел.
Лео нехотя рассмеялся.
— О, да. Бедной девочке придется работать от заката до рассвета, чтобы содержать в порядке этот хлев. Что вы собираетесь предпринять?
— Я найму других слуг…
— Откуда?
— Из деревни.
— Сомневаюсь. В деревне почти все друг другу родственники, и когда Нэнси поведает всем о вашем характере, вряд ли кто-то захочет работать здесь. Кроме того, вы лишили их возможности получать бесплатное продовольствие, и это ополчит их против вас.
Миранде на глаза снова навернулись слезы.
— Я начинаю привыкать к тому, что меня не любят, — хрипло проговорила она.
Лео замер, как будто она его ударила.
— А я думал, что такая женщина, как вы, должна страдать от переизбытка любви, а не от ее недостатка, — в голосе герцога прозвучали странные интонации, а от его глаз невозможно было оторваться.
Миранда сглотнула.
Он наклонился над столом, так что девушке невольно пришлось поднять голову. Каштановая прядь выбилась из прически и задела ее щеку. Медленно, как зачарованный, Лео протянул руку и заправил блестящий локон ей за ухо.
— Может, вам и не хватает любви, герцогиня, но я не позволю вам умереть от голода. Я пошлю к вам моих людей из Ормистона.
Завороженная блеском его глаз, Миранда силилась разрушить это колдовство.
— Я не думаю, что…
— Я не имел права вмешиваться в дела Джулиана, но теперь, став главой семейства Фитцгиббон, я решил взять ситуацию в свои руки.
— Я не могу…
— Я пришел к вам с новым предложением, герцогиня…
Неожиданный поворот беседы отрезвил девушку, и она очаровательно покраснела.
— Вы напрасно тратите время…
Позвольте мне закончить, — Лео сделал шаг назад и выпрямился. — Я хочу купить Грейндж. Конечно, я предлагаю вам гораздо больше, чем он стоит, но этот дом был построен первыми Фитцгиббонами и с тех пор принадлежал нашему семейству. Можете приписать мою непрактичность сентиментальным чувствам.
— Простите меня, герцог, но вряд ли в вас есть хоть капля чувства! Мне не требуется вашего разрешения на то, чтобы жить в этом доме. Джулиан завещал мне его, и я буду здесь жить!
Глаза Лео потемнели. Девушка и не догадывалась, какой укол ревности почувствовал герцог при упоминании о своем кузене.
— У вас будет достаточно денег для безбедного существования в Италии. Вы даже сможете подыскать себе другого мужа, только сначала убедитесь, что у него достаточно мало мозгов.
Это было уже слишком. Миранда взвилась:
— Как вы смеете! Мне не нужен другой муж! Грейндж принадлежит мне, и вы ни за какие деньги не заставите меня с ним расстаться.
— Нет, — вкрадчиво проговорил герцог, — но я могу значительно осложнить вашу жизнь, герцогиня.
Миранда истерически рассмеялась.
— Моя жизнь и так полна сложностей. Как еще вы можете мне досадить? Мы можем жить на разных концах деревни, герцог, но нам необязательно встречаться. Я не знала о том, что ваше поместье располагается неподалеку. Можете представить мое разочарование, когда мне сообщили об этом.
Неужели вы не понимаете, что я не хочу вас больше видеть?
Резким движением, которое не вполне соответствовало его сдержанному тону, Лео взял со стола шляпу и хлыст.
— Грейндж принадлежит Фитцгиббонам и всегда принадлежал им.
— Я уже устала напоминать вам, что тоже ношу фамилию Фитцгиббон.
— Вы недостойны носить ее, герцогиня. Советую вам, пока не поздно, принять мое предложение.
Миранде усилием воли удалось сдержать рвущийся наружу гнев.
— Убирайтесь, — прошептала она, — убирайтесь, пока я не вышвырнула вас вон.
Он расхохотался.
— Нет, спасибо, я не хочу создавать проблем Исме. Хорошенько подумайте над моими словами, мадам.
Дверь захлопнулась.
Миранда обхватила голову руками, не зная, кричать ей или плакать. Он приехал в самый неподходящий момент и начал угрожать ей, унижать…
Внезапно девушка подняла голову и потрясенно воззрилась на закрытую дверь.
Да, он действительно угрожал… слугам, чтобы заставить их вернуть украденное. И он пообещал отослать к ней слуг из собственного поместья, чтобы она не испытывала неудобства.
Во всем этом не было никакой логики. Почему он так поступил? Ему было бы куда приятнее оставить ее вдвоем с Исме в этом холодном, пустом, обветшалом доме.
Он сказал, что хочет взять ситуацию в свои руки. Что это? Чувство долга?
Софи Летбридж говорила, что он очень добр. Неужели это правда? Тогда почему он помешал мистеру Илингу выслать ей деньги Джулиана? Надо было спросить его об этом.
Миранда уронила голову на стол и застонала. Жизнь превратилась в кошмар, и даже ее хваленая практичность тут не поможет.
Лео пустил лошадь в галоп. Он не смотрел по сторонам — дорога в Грейндж была ему хорошо известна. Он много времени провел здесь, когда был ребенком. Несмотря на то, что дом всегда принадлежал Джулиану, Лео отлично знал его историю.
А теперь в Грейндже поселилась эта женщина, порочная красавица, покорившая сердце его двоюродного брата.
Лео Фитцгиббон гордился своим хладнокровием и сдержанностью. До тех пор, пока на его пути не возникла Падшая Герцогиня, он не подозревал, что способен на столь безрассудные поступки. Он боялся оставаться с ней наедине, чтобы не задушить ее.
Или не поцеловать ее.
Он только что наговорил ей много непростительных слов. Вы даже можете подыскать себе другого мужа… как он мог произнести такое вслух? Лео и сам не мог этого понять, только в тот момент, когда герцогиня стала говорить о Джулиане мягким нежным голосом, у него внутри что-то сломалось.
Он ревновал.
Лео Фитцгиббон, пятый герцог Белфорд, джентльмен, известный своим холодным рассудком и вселенским спокойствием, ревновал! В это невозможно было поверить! Именно ревность побудила его сказать то, что было непозволительно произносить в адрес женщины, даже такой, как Падшая Герцогиня.
Лео не мог отделаться от мысли, что когда он вошел в библиотеку, она не показалась ему опасной и лживой женщиной. Ее прекрасные глаза были печальны, и ему страстно захотелось обнять и утешить ее.
И, разумеется, поцеловать.
Лео солгал, когда сказал, что она недостойна носить имя Фитцгиббонов. Она этого более чем достойна. А что касается ее репутации, то в этом она очень напоминает первую миссис Фитцгиббон.