Бог простил.
В Иерусалим мы не летаем. И теперь, — поскольку сегодня я умнее, надеюсь, чем был вчера, — должен сказать: и правильно, что не летаем. К сожалению, как гласит аксиома Штальбаха, «допущенная ошибка выявляется только тогда, когда ее нельзя уже исправить».
3 декабря газета «Наша страна» в рубрике «На ухабах абсорбции» поместила редакционную «Русский цирк просит убежища в Израиле». Газета сообщала, что артисты — со всем оборудованием и дрессированными животными, включая 120 кошек — хотят остаться в Израиле, превратить Российский национальный цирк в Национальный цирк Израиля и создать школу циркового искусства.
Упоминались Юрий Куклачев (уже получил статус нового репатрианта, так как у него жена еврейка). Те же, кто не имеет «никакого отношения ни к евреям, ни к еврейству», надеются на трудовые договоры или браки с израильтянками.
«Решение артистов, — говорилось далее, — кажется неожиданным лишь на первый взгляд. Но при более подробном изучении условий оплаты труда артистов российского цирка все становится ясно. Выясняется, что ведущий артист цирка получает в России 60 долларов в месяц. В то время как в Израиле каждый из них получает 29 долларов в день на карманные расходы и 50 долларов за каждый спектакль. Артистов поражает то изобилие пищи, которую получают выступающие вместе с ними дрессированные животные. И они считают именно это основной причиной их решения остаться в Израиле».
Начали разбираться. Типичная липа. Из мухи сделали слона. «Муха» в данном случае — несколько человек, которые собрались просить израильское гражданство. Куклачев же со своими кошками потом осел, кажется, в Германии…
По ветеранским делам прилетел маршал Н.М.Скоморохов, мой давний знакомый. Попросил Вейцмана принять его, «как летчик летчика». Президент не возражал. Очень мило побеседовали. На прощанье, когда я благодарил Вейцмана за неплановую встречу, он ответил: «Я — неформальный президент, вы — неформальный посол, какие проблемы?!»
21 декабря посетил Переса. Я писал предисловие к русскому изданию его книги «Новый Ближний Восток». Двусторонние переговоры — это расчет с прошлым, попытка избавиться от проблем, тревог, конфликтов прошлых лет. Это нужно, но этого недостаточно. Чтобы перекрыть пути для регенерации, возобновления конфликтных ситуаций, необходимо уже сейчас думать о будущем. Питательная среда для агрессивности, фанатизма, нетерпимости — это социально-экономическая отсталость региона, бедность огромных масс населения. Задача, следовательно, состоит в том, чтобы изменить, «облагородить» Ближний Восток.
Вот об этом мы и говорили. У Переса прямо глаза разгораются, когда он выходит на свою коронную тему: совместными усилиями всех стран региона создать промышленную и транспортную инфраструктуру, сформировать общее для всего Ближнего Востока рыночное экономическое пространство, спасти Израиль и его соседей от экологической катастрофы, остановить наступление пустыни и т. д., и т. п. Реализация конкретных проектов, меняющих «качество» Ближнего Востока, международное сотрудничество на этой основе — таков, по убеждению Переса, кратчайший из всех длинных, долгих путей, ведущих к новому Ближнему Востоку.
Воспользуюсь случаем, чтобы рассказать немного о Пересе. Для того, чтобы получить главную роль в обычном театре, нужно оказаться в точке пересечения таланта, работоспособности и случайности. Это справедливо и для политического театра, в котором Перес играет уже более полувека.
Лет с 14-ти он начал активно участвовать в молодежном движении левой, социалистической ориентации. В 1943 году становится секретарем движения «Рабочая молодежь».
Образование Государства Израиль, война за независимость вывели Переса на «взрослую» политическую орбиту. Близость к Бен-Гуриону — непререкаемому авторитету тех лет — позволила молодому человеку не задерживаться на старте.
В 1959 году Переса избирают в Кнессет. Одновременно он остается (до 1965 года) заместителем министра обороны. Свой первый министерский пост (министр иммиграции и абсорбции) Перес получил в 1969 году. А затем — в разное время и в разных правительствах — министр транспорта и связи, министр информации, министр обороны, министр иностранных дел, министр финансов. Дважды вице-премьер. В 1984–1986, а также в 1995–1996 годах — глава правительства.
Параллельно Перес тянет тяжелый воз партийных дел. В 1977–1992 годах он — бессменный председатель Рабочей партии. В 1978 году его избирают заместителем председателя Социалистического Интернационала.
Лауреат (вместе с Рабином и Арафатом) Нобелевской премии мира.
За словами сухой биографической справки — насыщенная драматизмом, борьбой, интригами, взлетами и падениями жизнь профессионального политика, человека, без которого невозможно представить историю страны. В одной из посвященных Пересу газетных статей говорилось, что ему «поразительно не везет. Сколько раз он, как Сизиф, доносил свой тяжкий груз до вершины горы, но вдруг все срывалось, и приходилось начинать сначала». Можно сказать и так. Но можно иначе: Пересу поразительно везло; ведь каждый раз он вновь доносил свой груз до вершины.
По долгу службы мне регулярно приходилось встречаться с Пересом. Бывали встречи чисто протокольные, бывали, выражаясь дипломатическим языком, «субстантивные», то есть содержательные. Перес всегда приветлив и внимателен. Безукоризненно владеет материалом. Четко выражает свои мысли. Не лишен чувства юмора. Знаком с русским языком и неизменно встречал меня словами «Здравствуйте!» и «Как поживаете?». Живо интересовался происходящим в России.
О человеке, о политике можно судить по его окружению. Тот, кто не верит в себя, приближает к себе посредственностей и подхалимов. Вокруг Переса было много молодых, интеллигентных, напористых, неординарно мыслящих людей…
У Переса прочный тыл. Я имею в виду прежде всего его жену Соню. В отличие от многих других высокопоставленных дам Соня Перес не стремится ни блистать в свете, ни заниматься политикой. Она удивительно скромна. Она, выражаясь высоким штилем, настоящая хранительница семейного очага. И в этом качестве очень нужна не только внукам (шестеро), не только детям (трое), но и мужу. Нужна и в спокойные времена, но особенно — во времена политических (и психологических) кризисов. Так что и здесь Пересу поразительно повезло,