Она сочувственно положила руку ему на плечо.
— Ну, не надо огорчаться, — сказала она совсем по-матерински. — Вы встретили девушку, которая выдавала себя за Линду Кэрролл… и что же потом?
Роб молча покачал головой.
— Я бы хотела, чтобы вы все рассказали мне.
— Да нечего рассказывать. Происшедшее выходит за пределы моего понимания. Прошу… извинить меня.
Он направился к двери.
Она догнала его и взяла за руку.
— Мне кажется, вам все же лучше со мной поделиться. Что с вами случилось? Вы влюбились?
Роб не ответил. Женщина — сквозь очки на длинном носу — смотрела, как он неуверенно спускается по деревянным ступенькам на тротуар, идет к старенькому помятому фургону, садится за руль.
Когда Роб завел мотор, она тихо закрыла дверь, озадаченно нахмурившись.
Глава 10
В пяти кварталах от просторного дома Линды Кэрролл с его фургоном что-то случилось — вдруг раздался металлический скрежет, и он резко остановился. Роб Трентон попытался осмотреть двигатель. На первый взгляд там что-то оборвалось, обнажив тормозной механизм. Пришлось вызвать буксир, который оттащил фургон в ремонтную мастерскую, и Трентону ничего не оставалось, как возвращаться домой автобусом.
Но прежде он пообедал в ресторанчике возле автостоянки.
За несколько минут до прибытия автобуса он зашел в аптеку, где был телефон-автомат, позвонил в полицейский участок и, не называя своего имени, заявил об угоне седана «рапидекс». После чего бросил трубку, прежде чем ему успели задать неприятные для него вопросы, и вернулся на остановку.
Тощий мужчина у ворот нервно посматривал на часы.
Наконец он заговорил с Трентоном:
— Кажется, автобуса не будет. Вы думаете, эти часы идут правильно? — Он показал на большие часы на стене.
— Правильно, — ответил Роб, сверив их со своими наручными.
— Я работаю по найму в Нунвиле, — волновался мужчина, — и должен попасть туда вовремя. Никак не пойму, что там у них стряслось? Они со мной вместе работают и должны были проехать мимо автостоянки двадцать минут назад. Мы договорились, что если я не дождусь их с машиной, то поеду автобусом. Черт знает что такое!
Роб Трентон был совершенно не в настроении вникать в чужие проблемы. Он просто молча кивнул.
В это время подъехала машина, дверца распахнулась, выскочил плотный, широкоплечий мужчина в рабочем комбинезоне и свитере и с обезоруживающей улыбкой бросился к воротам.
— Привет, Сэм!
Тощий резко обернулся и тут же вздохнул с облегчением:
— Господи, где вас носило? Мы же опаздываем!
— Успеем, — спокойно сказал подошедший и добавил: — Меняли резину, колесо спустило. Хорошо, что была запаска. Автобус задерживается на полчаса.
— На полчаса?
— Да, так сообщили. Давай поехали!
Мужчина обернулся к Робу и извиняющимся тоном произнес:
— Слышали, что говорил мой приятель? Автобус задерживается на полчаса. Мы едем в Нунвиль. Если вам по пути…
— Мне как раз в Нунвиль, — обрадовался Роб.
— Ну, тогда поехали с нами. За час доберемся. Вдруг автобус опоздает не на полчаса, а на целый час, вы затратите на дорогу два часа…
— У вас есть место?
— Конечно, — отозвался мужчина в комбинезоне. — Нас всего четверо в шестиместной машине. Вещей у вас много?
— У меня нет вещей.
— Ну так поехали.
Роб не задумываясь влез в салон и очутился на заднем сиденье большого седана между двумя хорошо одетыми мужчинами, которые переговаривались вполголоса.
Его случайный знакомый и мужчина в комбинезоне сели впереди.
Внезапно Роб заметил кое-какие мелочи, и ему стало немного не по себе.
Машина была слишком велика, слишком мощна и слишком уж соответствовала словам его нового знакомого о недовольстве боссов. Мужчины по бокам Роба казались чересчур важными, молчаливыми и очень необщительными.
Робу сразу вспомнилось все, что рассказывали о людях, которых «подбрасывали» на попутных посторонние.
Однако он попытался прогнать тревогу, прибегнув к логическим размышлениям: незнакомец работал по найму; естественно, его коллегами были и влиятельные и обыкновенные рабочие; именно так… Роб старался убедить себя, что у него просто разыгралось воображение.
И все же высокая скорость машины и странное молчание мужчин, сидевших по бокам от него, настораживали Роба.
Он взглянул на часы, щелкнул пальцами и воскликнул:
— Черт возьми, парни! Совсем забыл… совершенно из головы вон…
За этим последовали две или три секунды молчания.
— Что ты там забыл? — спросил водитель.
— Забыл сделать важный телефонный звонок. Так и знал! Я понимаю, вы торопитесь. Высадите меня здесь.
Я позвоню, а потом на такси вернусь на остановку. Если автобус опаздывает на полчаса, я еще на него успею.
— Да ладно тебе! — успокоил его водитель. — Довезем его до таксофона, парни?
— Конечно, — подал голос один из мужчин на заднем сиденье.
Машина неслась вперед, обгоняя попутные автомобили.
— На той автозаправке был телефон-автомат, — сказал Роб.
— Проскочили, — ответили ему. — Разворачивайся, Сэм, назад. Пускай парень позвонит.
Роб вздохнул с облегчением и обернулся, чтобы посмотреть через заднее стекло и убедиться, что перед заправочной станцией действительно есть телефон-автомат.
Он решил, что, оказавшись там, зайдет в туалет, запрется в кабинке и откажется выходить.
Шофер резко затормозил.
Все по инерции наклонились вперед. Роб, который в это время смотрел назад, потерял равновесие.
Он не успел понять их маневра, когда на голову ему набросили черный мешок, а на запястьях защелкнули наручники.
— Отлично, Сэм! — похвалил водителя один из пассажиров. — Поехали!
Роб Трентон, задыхаясь в плотном черном мешке, завопил во весь голос, зовя на помощь.
Но тут же что-то тяжелое обрушилось ему на голову.
Его ослепила белая вспышка, и он почувствовал, что проваливается в темноту.
Глава 11
Сознание возвращалось постепенно. Сначала Роб почувствовал острую боль в голове и перед глазами поплыла пелена, а потом стало мучить удушье.
Он никак не мог вспомнить ни что с ним произошло, ни где он находится, но инстинкт самосохранения заставил его лежать неподвижно. Мало-помалу вернулась память. На голову все еще был наброшен мешок, но теперь таким образом, что небольшое количество воздуха все же попадало в легкие. Малейшее движение лишило бы его даже малой толики кислорода. Руки сдавливали наручники. Роб напряг мышцы ног и почувствовал, что они не связаны. Он понял, что лежит на полу у заднего сиденья машины, а те, кто сидел рядом с ним, теперь поставили на него ноги, чтобы в любой момент ударом вернуть его в бесчувственное состояние, едва он хоть немного пошевелится.
Никто ничего не говорил. Роб учуял табачный дым — кто-то курил дорогую сигару.
Машина неслась вперед. Роб понял, что был без сознания довольно долго, потому что его тело, скорчившееся на ковровом покрытии, затекло и сильно болело. Он отчетливо сознавал, что любая его попытка повернуться приведет к ужасным последствиям.
Несколько минут показались ему долгими часами.
Наконец тишину нарушил чей-то голос.
— Как там этот олух, в порядке?
— Конечно.
— Ты здорово его огрел.
— Да ничего с ним не будет.
Роб почувствовал какое-то движение. Чья-то рука нащупала его предплечье, скользнула вниз. Палец потянулся к пульсу, замер там:
— Он в норме.
Человек снова откинулся на спинку сиденья. Роб Трентон больше не мог этого вынести. Он повернулся, и тут же мешок натянулся на его лице, перекрыв доступ воздуха.
— Воздуха! — попросил он торопливо, не узнав собственного голоса. — Я задыхаюсь.
Кто-то засмеялся. Он получил пинок в спину.
Роб хотел было выпрямиться. «Все, что угодно, только не удушье…»
Он услышал голос:
— Хватит. Дайте парню воздуха.