Были, а?.. Как там эти модные… как их звать-то?.. Хороши, а? У них там видно все насквозь… хе-хе-хе… Ну, вы-то небось в первом ряду сидели… В Швейцарии понравилось?.. Наверняка понравилось… все озера и горы…
Так старик Джо болтал сам с собой, отвечая на свои же вопросы. Для участия в таком разговоре Роб вполне мог остаться в Европе. Но его присутствия хватало, чтобы ответы на собственные вопросы казались Джо вполне правдоподобными. Уже много лет он почти ничего не слышал, давно прекратил мучительные попытки понять собеседника и, за исключением действительно важных дел, довольствовался односторонней беседой.
Роб с наслаждением залез под душ, взбил обильную пену, ополоснулся, вытерся, натянул пижаму и лег в постель.
Огромные окна были распахнуты настежь; сквозь тяжелые ставни проникали мириады звуков ночной природы; благотворный свежий чистый воздух поил усталые легкие путешественника.
Роб залез под одеяло, Лобо удобно устроился, свернувшись в ногах у нового хозяина, и Трентон заснул.
Незадолго до рассвета его разбудил пес. Животное приглушенно рычало.
— Успокойся, Лобо! — сонно приказал ему Роб. — Лежать! Мы дома.
Но пес стоял, застыв на месте и злобно рыча. Лапой он скреб одеяло на ногах Роба.
Рассердившись, тот громко отдал команду:
— Лежать, Лобо! Я сказал — лежать!
Пес упал на кровать, но чувствовалось, что каждый его мускул был напряжен как пружина.
Трентон, выбравшись из блаженной бездны глубокого сна, протянул руку к псу. Похлопав его, он сказал:
— Все хорошо, малыш. Не шуми, — и опять погрузился в сон.
Утром он пробудился с первыми лучами солнца, проникшими сквозь ставни; тюлевые занавески трепал легкий ветерок. Робу казалось, что его кровь очистилась, словно после «кислородной бани», что он свеж, бодр и полон новых жизненных сил.
Лобо, растянувшись на кровати, крепко спал. Он явно наслаждался пребыванием в своем новом доме.
— Ну ладно, Лобо! — улыбнулся Роб. — Пора встречать рассвет.
Пес открыл глаза, постучал хвостом по кровати и подполз для утреннего приветствия, положив морду Робу на грудь и позволив почесать лоб и за ушами.
— Ну хватит. Пошли, — велел Роб, и Лобо легко спрыгнул на пол.
Трентон потянулся, зевнул, сунул ноги в шлепанцы и направился на кухню, где Джо уже развел огонь в печке, на которой весело шумел чайник, и жарил бекон.
Роб налил себе кофе из большого закопченного кофейника, стоявшего на краю печки.
Джо приветливо заулыбался и сказал:
— Я припас вам апельсинового соку в холодильнике.
Роб жестом показал, что выпьет позже. Примет душ, позавтракает и выпьет сок, а сейчас ему хочется только кофе и покоя.
Потягивая кофе, он снова обратился к Джо:
— Я оставлю Лобо в доме. Пускай поживет как домашний пес. Остальных буду дрессировать, а Лобо просто мой друг.
Джо приложил ладонь к уху, прищурил глаза, стараясь хоть что-то расслышать.
Роб улыбнулся и махнул рукой:
— Да ладно. Не обращай внимания.
Роб подошел к двери, вдохнул свежий, бодрящий воздух, полюбовался просторными полями и направился к вольерам, где собаки с нетерпением ждали утренней тренировки, приученные хранить молчание, пока хозяин не подаст команду: «Голос!»
Роб открыл дверцу, побежал на задний двор и неожиданно замер. Его взгляд упал на гравийную дорожку.
Автомобиля не было.
Роб бросился обратно на кухню, схватил Джо за плечо и проорал ему в ухо:
— Джо, что с автомобилем?!
— На котором вы приехали? Он там.
— Его нет!
— Что?
— Я говорю, его там нет!!!
Джо пошел было к двери, но, как подобает хорошему повару, вернулся, осторожно слил жир с жарящегося бекона и поставил сковороду на край печки. Взяв палку, он поковылял во двор и остановился как вкопанный, глядя на пустую дорожку на заднем дворе.
— Чтоб мне провалиться, — пробормотал он.
Какое-то время оба молчали.
— А где ключи? — спросил Джо. — Вы разве его не заперли?
— Конечно запер.
Роб побежал в спальню, пошарил в карманах пиджака и вернулся с ключами.
— Я все запер.
— Выходит, нету его, — сказал Джо и, решив, что теперь уже ничего не поделаешь, вернулся к печке, слегка взболтал кофейник, снова поставил сковороду на огонь и неспешно занялся готовкой. — Фургон стоит в сарае. Надеюсь, что стоит. Приготовлю завтрак и пойдем посмотрим.
Роб Трентон кинулся одеваться. Потом побежал искать след. О следах злоумышленника судить было сложно, потому что они с Джо сами натоптали массу следов, когда ночью носили вещи из автомобиля в дом. Зато на дороге виднелись следы шин — они вели и к дороге и в сторону от нее. Последние следы явно указывали, что автомобиль свернул на север к автостраде, в противоположном от города направлении.
Трентон вернулся завтракать.
— Мне нужно ехать к Линде Кэрролл и все ей рассказать, решил он. — У нее данные о номере двигателя, номере кузова и прочем. Надеюсь, ее автомобиль застрахован.
Джо Колтон не слышал ни слова, но кивал, как кивают глухие люди, словно во всем соглашаясь с хозяином.
— Верно. Все верно, — сказал он потом. — Так и надо.
Глава 9
Фалтхевен — типичный городок, жители которого утверждали, что его населяют десять тысяч человек, несмотря на тот факт, что данные переписи свидетельствовали лишь о семи тысячах ста тридцати четырех, но цифру официально было разрешено округлить.
Безалкогольный бар, куда Роб зашел спросить дорогу, был битком набит подростками. Повсюду неумолчно щебетали юные голоса, звучащие все громче, старающиеся как-то выделится из общего хора, который тоже становился отчаянно громким. Так что Робу Трентону пришлось здорово наклониться над стойкой, чтобы убедиться, что его слышат.
— Ист-Робинсон-стрит? — переспросила официантка, вываливая гору мороженого на ломтики банана, сдабривая все это джемом, взбитыми сливками и посыпая орешками. — Вам лучше всего на следующем светофоре повернуть направо и проехать пять кварталов.
Какой номер дома вам нужен?
— Ист-Робинсон-стрит, 205.
— Как раз через пять кварталов и будет Ист-Робинсон-стрит. Так вам надо свернуть потом налево и проехать еще пять-шесть кварталов.
— Отлично, — улыбнулся Роб. — Надеюсь, найду. Спасибо.
— Не стоит, — ответила она, зачерпывая ложкой густую зефирную патоку. — Найдете без труда.
Роб Трентон поблагодарил еще раз и направился к двери.
— Скажите, — окликнула его официантка, — а кого вы ищете? Случайно, не Линду Кэрролл?
Роб кивнул.
— Ну точно найдете. Второй дом от угла по правой стороне. Большой такой двухэтажный особняк. Она художница, никогда не подходит к телефону. Вы, верно, решили пойти и посмотреть, дома ли она? Я видела ее в городе около часа назад… Мы делали покупки у зеленщика. Думаю, она уже должна была вернуться.
Роб легко нашел Ист-Робинсон-стрит, следуя советам официантки, и подошел к большому серому особняку на правой стороне улицы.
Старинный дом, без сомнения, был построен в начале века. В нем было что-то успокаивающее, и, хотя дом казался массивным по сравнению с современными небольшими коттеджами, он олицетворял спокойствие и неспешную жизнь ушедшей эпохи.
Сердце Роба забилось сильнее, когда он остановил свой старый фургон, поднялся по деревянным ступеням на крыльцо и нажал кнопку звонка.
Из дома доносились звуки музыки.
Никто ему не открывал.
Роб снова нажал кнопку звонка и на этот раз не отпускал ее несколько секунд.
Тогда звуки музыки стихли, и он отчетливо услышал чьи-то шаги, но дверь ему никто не открыл.
Роб решил, что Линда вряд ли позволила бы ему стоять под дверью, что бы она сейчас ни делала. Она могла выглянуть в окно и узнать, кто пришел, а когда увидела бы незваного гостя, сразу впустила бы его. Роб в этом нисколько не сомневался. Он опять услышал какой-то слабый звук — прямо за тяжелой дверью. Ему показалось, что его внимательно рассматривают. И снова ничего не случилось. Он стоял на крыльце, секунды сплетались в минуты. Рассердившись, он дважды резко позвонил.