Он старался получше всмотреться в их лица. Восстановить черты, вспомнить глаза. Заглянуть в жестокие души. Сколько у него врагов там, в городе? Страдают ли эти люди? Какие чувства испытывают? Остались ли у них силы? Сколько страха перед неотвратимой расплатой скопилось в их сердцах? Сколько ненависти к тем, кто придет их убивать? Испугаются или еще больше ожесточатся они, увидев, что боль и смерть неотвратимы и вот-вот обрушатся на них?
Тули сидел неподалеку в тени невысоких пальм и внимательно наблюдал за Девлином. Он тихо мурлыкал мелодию древней полинезийской песни-молитвы. Взывал к милости предков, к богам южных морей. Тули хотел бы сейчас побыть со своим вождем, поговорить с ним, попросить совета Ассососоа. Молился за матаи – свой клан. За себя. За Девлина. Чувствовал себя очень одиноким, пока внезапно не услышал необычный шорох в глубине тропического леса за своей спиной. Наверное, ни один человек во всем мире не умел так быстро выхватывать оружие и поворачиваться лицом к опасности.
Но, всмотревшись в заросли растений, переплетенных лианами, Тули не заметил ничего подозрительного. Ветер шевелил ветви невысоких пальм, и они шелестели, мягко колыхаясь. Все было спокойно. Тули неторопливо повернулся к Девлину и вновь уселся на обломок лавовой скалы.
На обратном пути к Красной дороге Девлин ощутил себя расслабившимся и успокоенным. Ободряюще улыбнулся и похлопал напарника по спине.
– Не волнуйся, брат. Все будет хорошо.
– Ты уверен, что хочешь туда пойти, босс?
– Ничего не поделаешь, Тули. Я не могу отказаться. Там, в городе, осталась женщина, которая все время помогала нам. Я не могу бросить ее на произвол судьбы. И не могу повернуться спиной к Сэму Ки. Слишком много он принес страданий. И неизвестно, сколько еще людей пострадает от его жестокости.
Тули согласно кивнул, но ничего не ответил.
– К тому же это – единственный и верный способ выманить остальных крыс из их нор.
Девлин понимал, что Тули не согласен с ним, хочет поспорить, однако знал и то, что самоанец спорить с ним не станет.
– Послушай, Тули, покончить с бандитами другим способом невозможно.
Тули согласился, но спросил:
– А как насчет меня, босс? Тули-то что делать?
– Много чего.
Пока они шагали обратно через лавовое поле, Девлин терпеливо и подробно объяснял Тули, что тому придется делать.
Встреча с военными и генералом Крэнстоном прошла именно так, как Девлин и предполагал. Но он очень удивился, войдя в вагончик командного пункта и увидев генерала Джаспера Крэнстона в военной форме.
Девлин заговорил первым и рассказал Крэнстону все, что ему удалось выяснить относительно гибели Билли. Он не упустил ни одной подробности и в заключение, добавил:
– Вашего сына считали заблудшей душой, человеком, потерявшим покой, генерал. Он курил марихуану, пытаясь обрести душевное успокоение. Искал мира в себе. Думаю, это стало для него в некотором роде религией. Таинством, если хотите. Должно быть, он возделывал небольшие участки, разбросанные по округе. Хорошо знал окрестности дождевого леса. Много ходил. Уверен, именно так он и наткнулся на тайники с оружием, устроенные Ки и его людьми. Насколько мне известно, их было по крайней мере три. Некогда налаженная система вывоза наркотиков теперь оказалась задействованной на транспортировку оружия. Использовались те же тайники, те же грузовики, суда и тому подобное. Перевозили оружие люди, когда-то занимающиеся перевозкой наркотиков.
Билли это не понравилось. Вот так все просто. Почему, остается только гадать. Билли нет с нами, и он уже не объяснит, зачем пошел на конфликт с ними. Возможно, ему претила торговля армейским вооружением. Должно быть, он считал, что присутствие оружия в таком месте оскверняет его. А, вероятно, тлеющий в нем боевой дух воина толкнул его на защиту мест, которые он считал своим новым домом. Каковы бы ни были мотивы его поступков, основываясь на том, что мне удалось выяснить, и исходя из того, что с ним сделали, я пришел к твердому убеждению, что Билли объявился в окрестностях ранчо Ки и бросил Сэму Ки вызов. Я не могу точно утверждать, кто его убил. Ки, конечно же, замешан в деле. Какие-то военные тоже, по крайней мере косвенно. Считаю, что убили его на ранчо, а потом на армейском вертолете перевезли тело вглубь дождевого леса, где его и обнаружили. Они хотели уничтожить все следы, но им это не удалось.
Девлин сделал паузу и пристально посмотрел на генерала Крэнстона. Лицо генерала застыло, словно маска. Можно было только гадать, насколько его сообщение потрясло Джаспера Крэнстона. И тут генерал сказал тихо и спокойно:
– Продолжайте.
И Девлин стал рассказывать дальше.
– Как я уже сказал, непосредственно, и уж во всяком случае – косвенно, повинны в смерти вашего сына и военные, причастные к хищению и вывозу оружия. В докладе генерала Хоторна люди эти будут названы поименно, а также будет определена степень их ответственности. Что касается мистера Ки и его людей, то в том случае, если им удастся пережить этот день, они, помимо всего остального, заплатят и за смерть вашего сына.
Девлин закончил и сел на место. Хоторн взял в руки две толстые папки и протянул одну из них Крэнстону, а другую Девлину.
– То, что я собираюсь вам сказать, в деталях описано в отчете, который находится в этих папках. Вы сможете спокойно сами во всем разобраться. Из материалов вы поймете, что в хищениях лично участвовал мой заместитель, возглавлявший службу снабжения и транспорта. Звали его Джордж Уолкер. Подполковник. Профессионал с безупречным послужным списком. Тем не менее произведенное нами расследование, неопровержимо свидетельствует о том, что операция проводилась с ведома высшего руководства дивизии. Подтверждается наше заключение о том, что только в случае поддержки на самом верху махинации с оружием могли иметь место. Даже если бы за хищениями стоял кто-то из старших офицеров, они не были бы возможны при обычных обстоятельствах. Уолкер хорошо понимал, что дважды такой шанс не выпадает и воспользовался подвернувшимся случаем. А раз уж за дело взялся начальник снабжения и транспорта, то осечки быть не должно. В представленном мною рапорте описывается процесс постепенного сокращения двадцать пятой пехотной дивизии, происходивший в течение двух лет. При этом высвобождались значительные денежные средства, которые политики решили использовать в полном объеме. Необходимо было поддерживать уменьшившуюся численность дивизии на достаточном уровне боеспособности. Нам предложили заменить все морально и физически устаревшее вооружение. Некоторое действительно использовалось еще со времен вьетнамской войны. Таким образом, одновременно с сокращением личного состава мы проводили перевооружение оставшихся в строю частей. Уолкер усмотрел в этом процессе возможность поживиться за счет списанных огневых средств. Вполне логично, если пораскинуть мозгами. Хотя для армии оружие потеряло боевую ценность, на черном рынке оно очень дорого стоит. Тем более если его украсть. Расходы на приобретение и доставку сводятся до минимума.
Хоторн повернулся к Крэнстону и обращался теперь лично к нему:
– Генерал, я знаю, что вам известен наш тренировочный лагерь на Большом острове. В Похакулоа. Почти все обучение частей мы проводим в этом месте. Войска с подлежащим замене вооружением забрасываются туда, заменяют оружие новым, производят его пристрелку и отправляют старые стволы либо в Хило, либо в Каваихаэ. Во время перевозки Уолкер руками соучастников похищал определенный процент старого вооружения. Процент-то небольшой, а вот цифры в результате получились внушительные. Подполковник Уолкер мертв. Мы не сомневаемся, что его убили те самые люди, кому он продавал оружие.
– И кто же? – вмешался Девлин.
Хоторн мгновение поколебался.
– Вы прочтете в рапорте. Пока у нас не имеется неопровержимых доказательств, но все указывает на человека по имени Эдди Лиху. Способ, каким был убит Уолкер. Полицейское досье на Лиху, Ки и других. Бизнес, которым занимается Лиху, его связи, репутация. И самое главное – признания, которых нам удалось добиться от наших служащих. Сомнений быть не может.