Организованная Уолкером система доставки пока еще ни разу не дала осечки. Грузовики, принадлежащие армии, не подвергались досмотру. Лиху пока не потерял ни одной партии товара.
Несколько раз они оказывались на грани провала. Но Макуильямс и его люди хорошо знали свое дело. То там, то здесь порой случались досадные промахи, но они лишь подтверждали общее правило безупречной работы тщательно отлаженного преступного бизнеса. В конце концов, ничего нет совершенного. Но Лиху был в состоянии уменьшить риск до такой степени, когда им можно пренебречь. Людей подбирали тщательно, и они никогда не подводили. Работая на Лиху, Уолкер пользовался услугами группы из двадцати одного человека, которых объединил в тройки по армейскому образцу. В операции по переброске груза участвовали три тройки. Они действовали автономно. Никто не знал точно, что перевозится в данный момент. Ки и его люди грузили марихуану в ящики, используемые для транспортировки вооружения и военного имущества. Все, что они загружали, выглядело как обычные армейские грузы. Группы никогда не передвигались по одним и тем же маршрутам. Каждую партию товара охраняли действующие группы отборных рейнджеров, которые подчинялись только Макуильямсу.
Но все прежние дела казались прелюдией к нынешней операции. Им предоставилась возможность, какая выпадает только раз в жизни. Лиху с Уолкером должны использовать отлаженный механизм в новых условиях. Речь шла о товаре более выгодном, чем марихуана. Но по какой-то причине Лиху очень спешил. Несомненно, что-то стряслась. Уолкер терялся в догадках. Ему, собственно, было наплевать. Чем скорее все закончится, чем лучше и быстрее он выполнит задачу, поставленную перед ним Лиху, тем раньше получит возможность сделать редкие встречи с Таи более частыми. Он ожидал вознаграждения и не стал терять времени даром, а горячо принялся за дело.
Подойдя к письменному столу, включил «Пентиум» мощностью в четыреста мегабайт памяти. Пока машина, попискивая и жужжа, запускалась, выдвинул ящик стола и вынул небольшой конверт.
В конверте хранилась прядь волос с интимных частей тела Таи. Уолкер поднес открытый конверт к лицу и глубоко вдохнул. Он нежно касался жестких завитков и с вожделением мял их пальцами. Потом ощупал себя, проверяя эрекцию. Прикосновение к возбужденному, истерзанному неутомимым задом проститутки члену, оказалось болезненным. Уолкер осторожно погладил его, вспоминая девушку. Ему опять хотелось к ней. Выйти бы сейчас из надоевшей до тошноты комнаты в двухэтажном доме офицерского состава, сесть в машину и рвануть в центр города.
Но Уолкер знал, что совсем скоро сможет навсегда уволиться из армии, выстроить небольшой домик где-нибудь на островах и увезти с собой Таи. Чтобы она всегда принадлежала только ему.
От столь приятных мыслей закружилась голова. Усилием воли Уолкер отогнал от себя сладостные грезы, посмотрел на курсор, равнодушно мигающий на голубом экране монитора. Тяжело вздохнув, убрал конверт в ящик письменного стола, положил пальцы на клавиатуру, набрал пароль, открывающий доступ к базе данных и позволяющий считывать закодированную информацию «Искушенца».
Глава 22
Девлин проковылял в спальню, включил кондиционер и лег в постель, надеясь, что болеутоляющее, которое пришлось принять, поможет ему успокоиться и хорошенько выспаться.
Проснувшись на рассвете, он удивился, что ему удалось отдохнуть, за ночь он ни разу не проснулся. Должно быть, не слишком ворочался, если раны его не побеспокоили. Сквозь тяжелые шторы пробивались лучи утреннего солнца. Девлин сел и провел ладонями по лицу, осторожно ощупал себя, пытаясь определить, где болит. Что ж, неплохо. Вновь плюхнулся на подушку. Ага, вот она! Острая, немилосердная боль в груди и под ребрами. Тот тип боли, который не только изводит, но и страшно злит. Когда он поднялся с кровати, ноги казались ватными. Но голова оставалась ясной. Он мог двигаться, шевелиться, думать. Необходимо спланировать следующие действия. Он должен довести дело до конца.
После горячего душа Девлин заказал в номер завтрак и позвонил миссис Банкс. Разговор состоялся деловой, словно происходил в разгар рабочей недели, хотя только-только начинался воскресный день. Было семь часов. Почти тридцать минут он потратил на то, чтобы объяснить «железной леди», в чем нуждается. Когда Девлин положил трубку, Тули открыл дверь и вышел из спальни.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Девлин.
– Как кусок дерьма.
Тули задумался, какое-то время стоял молча. Руки самоанца были забинтованы по локоть, Тули оделся только в шорты. Он нашел силы постирать их вчера перед сном, однако пятна грязи и следы крови не отмылись.
– Кто все-таки спустил на нас собак, мать его? И где мы найдем этих тварей? – поинтересовался Тули.
– Я знаю, чьих это рук дело. Два человека уже работают над тем, чтобы найти подонков. Если бы не воскресенье, то через пару часов мы уже знали бы, где они. Не переживай, никуда им от нас не деться.
– Это, должно быть, те, кто прихлопнул твоего друга, верно, Джек?
– Да.
– Что теперь?
– А теперь у нас полно дел. Закажи себе завтрак. Надо будет купить новую одежду. Снять безопасное жилье. Определиться с транспортом. Я хочу убраться отсюда через час.
Им понадобилось меньше часа. Они заехали в торговый центр, расположенный возле аэропорта, и купили новую одежду. Потом покатили в Кахоа-Таун.
Жилье было найдено без особых трудностей. Дом стоял неподалеку от въезда в город, на шоссе номер сто тридцать, за участком, значившимся на картах как Гавайское урочье. Они действовали в точном соответствии с советами миссис Банкс: после того как миновали дорожный указатель, проехали немного по шоссе до первого почтового ящика слева. Почтовый ящик находился возле поворота к дому.
Указатель Девлин миновал, но дальше обочина дороги была закрыта густыми зарослями деревьев, лиан и кустарников, точно такими же, сквозь какие они продирались вчера.
Джек медленно вел старый пикап, внимательно приглядываясь. Наконец он отыскал ящик. От него сквозь стену зелени вела неширокая дорожка. Свернув на нее, они вскоре оказались на площадке, поросшей густой травой, орхидеями и папоротником. В десяти ярдах от шоссе стоял небольшой щитовой домик. Лестница в несколько ступеней вела к сдвижной двери.
Под второй ступенькой Девлин нашел ключ, открыл дверь и вошел в дом. Тули следовал за ним. Слева располагалась гостиная. Справа – длинная стойка, отделяющая гостиную от кухонного блока. Дальше находились спальня и ванная комната. Кажущаяся не слишком надежной лестница вела на второй этаж, где, как догадался Девлин, находилась еще одна спальня.
В домике было чисто, но в нем так долго никто не жил, что воздух был затхлым и влажным, пахло плесенью, как всегда пахнет в заброшенном жилье. Из-за обилия растительности снаружи в комнатах было сумрачно. Слишком много здесь дождей и слишком мало проникает в комнату солнечного света. Практически невозможно все здесь хорошенько просушить и проветрить.
Тули бросил сумку с новыми вещами в нижней спальне, а Девлин тем временем проверил замок задней двери и поднялся наверх, посмотреть, что там и как. После маленькой экскурсии по дому мужчины вновь вышли во дворик к машине. Тули сел за руль, а Девлин сказал:
– Высадишь меня возле гостиницы, а сам к двум часам подъедешь к аэропорту.
Старый грузовик въехал в Кахоа. Тули свернул на стоянку рядом с гостиницей. В городке было тихо.
– Агентство присылает человека с контейнерами. Пусть он сам все оформит. Потом возьмешь контейнеры и отвезешь их в дом.
– Сколько контейнеров?
– Видимо, два. В одном оружие, а во втором боеприпасы.
– О'кей, босс.
– Самолет садится в два тридцать. Так что тебе пора отправляться. Жди в доме, пока не позвоню. И убедись, что за тобой не следят. Такая колымага, как у тебя, не должна вызвать любопытства, но если заподозришь хвост, к аэропорту не подъезжай.