– Ты же сам знаешь нас, дальних родственников по Северному Кавказу, – намекнул на остальных Грачев.
– Никак с вашим Ваграмовичем опять чего приключилось? – видимо, припомнив последнюю просьбу, моментально все понял бывший старший смены их армейской группы, в которую входили когда-то все четверо.
– Угадал, – вздохнул Валентин. – Причем дела такие, что за полдня не перескажешь. В общем, нам снова нужна твоя помощь. Окажешь?
– Ну это смотря что от меня требуется, – как-то немного напряженно отозвался Косицин, и Валентин понял, что их командир значительным образом изменился с тех самых пор, как они разбежались по городу в поисках своего собственного счастья. Теперь его, как и многих остальных, заботит карьера, и, если просить ею рискнуть, есть вариант напороться на отказ. От осознания этого Валентину стало немного грустно, но он все же достаточно бодро произнес:
– Я могу к тебе приехать?
– Ну да, жду, – сразу согласился тот и отключился.
Валентин вернул трубку на прежнее место и поднял глаза на друзей.
– Ну что, согласился? – торопливо спросил Ашот.
– Еще не знаю. Я договорился только встретиться с ним и уже тогда все разъяснить.
– Едешь сейчас? – спросил Александр.
Грачев отрицательно замотал головой:
– Он будет ждать меня в своем отделе завтра утром.
– Извини, друг, подбросить не могу, – неловко замялся Ашот, – сам понимаешь, «жучки»-червячки там всякие.
– Ничего, доберусь своим ходом, – парировал Валентин бодро. Затем зевнул и, направившись к дивану, спросил: – Мы сегодня спать будем?
– Ложись, конечно, – кивнул в ответ Величко, – а мы еще посидим.
Дождавшись, пока Валентин расположится на диване, Александр закрыл дверь в зал, вернулся к остальным в кухню и, не успев сесть, услышал вопрос от Максимова:
– А где будем прятать бабки?
– Пока не знаю. Но лучше всего, если бы это был какой-то частный дом, подальше от особо людных улиц.
– Так у меня есть такой, – радостно спохватился Ашот. – На самой окраине стоит. Точнее, это не мой дом, но он давно заброшен, и, насколько мне известно, там живет какой-то бомж. Я случайно на него наткнулся, когда в том районе бензин искал. Машина, зараза, встала посреди дороги, а ни одной заправки поблизости. Может, его и использовать?
– Нужно сначала его осмотреть, – веско сказал Величко.
– Вот это правильно, – кивнул Макс. – Может, прямо с утра этим и займемся, чтобы зря без дела не сидеть?
– Согласен. А кто останется присматривать за Пожаровым?
– Да куда он денется, в комнате-то окна нет, а дверь ему не выломать, – махнул рукой Максимов.
– И все же, – недоверчиво протянул Величко. – Лучше его приковать куда-нибудь.
– А, ну так это мы запросто, – согласился Макс и, достав из кармана ключ от комнаты, в которой содержался Пожаров, с улыбкой помахал им перед лицами друзей.
– Вот! Подойдет? – раскрыв перед Валентином чемодан, до отказа набитый деньгами, спросил у него светловолосый мужчина среднего роста и с небольшой ссадиной над правой бровью.
Мужчина был совершенно невзрачен и, если бы не форма, которая придавала ему значимость и важность, вряд ли привлек бы к себе хоть чье-то внимание. Белые ресницы, такие же брови, бледный тон кожи – все это было Валентину невероятно знакомо, ведь он несколько лет служил вместе с этим человеком – начальником их группы, Михаилом Илларионовичем Косициным, прозванным за глаза Косой. И вот сейчас Косицин был уже начальником городской службы спасения и имел немало друзей в разных структурах МВД.
Валентин не завидовал ему, но все же чувствовал, что подъем по карьерной лестнице отдалил от них этого человека и сделал его каким-то далеким и почти незнакомым. Но пока еще Косицин не отказывал им в помощи, хотя, как отлично понимал Валентин, тому это было очень даже выгодно и давало возможность весьма сильно отличиться – спасатели, раскрывшие преступление века, – это ведь успех, и Михаил должен был это прекрасно понимать. Так что это еще вопрос, кто кому помогал...
– Да, вполне сгодится, – кивнул он, глядя на Косицина отрешенным взглядом.
– Главное, не лапайте руками сами, – предупредил Косицин. – Не хватало еще, чтобы ваши пальчики там потом оказались. Так что предупреди остальных, пусть будут поосторожнее.
– Всенепременно, – ухмыльнулся Валентин, в душе которого теплилось какое-то неприязненное чувство к этому человеку.
Впрочем, возможно, он преувеличивал, а ничего в частности и не изменилось, просто в характере Михаила такие качества, как чувство юмора и оптимизм, сменились на иные. Хорошо еще, что он был только начальником самой службы спасения, а не руководил ими лично – чем меньше они виделись, тем, возможно, было для всех лучше.
– Так куда и когда нужно будет заявиться нашей доблестной милиции? – присаживаясь за свой рабочий стол, поинтересовался Косицин. – Или вы уже передумали? – Он ненатурально рассмеялся, а затем вновь устремил на Валентина стальной взгляд.
– Нет, мы не передумали. Но точных данных я пока дать не могу, – ответил Грачев. – О том, какой дом мы выберем, я сообщу позже, по телефону. Тогда же назову адрес и время.
– Да ты мне никак не доверяешь, а, Грач? – прищурился Косицин. – Или позабыл, как мы в одном полку...
– Да нет, не забыл, – вздохнул Грачев. – Только я действительно пока ничего не знаю. Это мы только еще собирались обсуждать.
– Ну что ж, – опять привстал Косицин. – Буду ждать от тебя звонка. – И протянул Валентину широкую ладонь.
Грачев пожал ее и сразу же повернулся к выходу.
– Смотрите у меня, без шалостей, – в спину ему произнес бывший командир. – А то знаю я вас, особо смекалистых.
Валентин ничего не ответил, молча выйдя из кабинета и сразу почувствовав себя свободнее и легче. Нет, все же портит человека карьерный рост, и ничего с этим не поделаешь. Он вздохнул и зашагал напрямую к остановке, держа в одной руке невзрачный чемодан с огромной суммой пусть и фальшивых, но все же денег.
Тем временем остальная четверка, если считать собаку, наведалась в упомянутый Мачколяном домик и тщательно осмотрела его. По дороге к нему старались говорить поменьше и только то, что было выгодно и удобно для их будущего плана.
Дом, который предложил для операции Ашот, и в самом деле оказался заброшенным и почти сгнившим. Он представлял собой постройку в два этажа с несколькими входами и огромным двором, полностью заросшим какой-то цепкой травой. В настоящий момент дом пустовал, но, судя по поведению Графа, мечущегося по двору и беспрестанно морщащего нос, в него иногда кто-то забредал, и возможно даже, что и останавливался на ночлег. Как сказал сам Мачколян, этим гостем был местный бомж Егор, целыми днями шатающийся по городу в поисках пустых бутылок и лишь в плохую погоду возвращающийся сюда, во временное пристанище.
– Бомжа необходимо изолировать заранее, – сказал Величко. – Иначе сорвет нам всю операцию. А там дело за малым.
– Это с какой стороны посмотреть, – вздохнул Ашот. – Я вот сейчас должен буду гостей незваных встречать.
– Ты уж их встреть как следует, – добавил к этому Макс. – Иначе они тебя самого где-нибудь в темном переулке встретят.
Мачколян запыхтел и посеменил к своей машине.
Через полчаса все снова были в сборе и, склонясь над столом, рассматривали привезенные Грачевым зелененькие пачки.
– Это что ж получается, опять назад ехать нужно и прятать деньги в том доме? – вздохнул Ашот разочарованно. – Ну дела!
– Кто этим займется? – сразу спросил Величко. – Я так думаю, что Ашоту уже можно отправляться в ресторан и вызывать на свидание своих «хороших знакомых». На всякий случай кто-нибудь один отправится с ним. Так, для подстраховки.
– А остальные? – уточнил Грачев.
– Остальные? – Александр задумался. – Может, всем следует на хату и отправиться? Как раз успеем деньги спрятать, да и осмотреться получше.