- Это нелепо.
- Значит, вы организовали его убийство?
- Я этого не делал.
- Кто-то убил Штерна, чтобы завладеть этим оружием. Вам должно быть известно, кто это сделал, и следовало сказать мне об этом. Теперь все откроется. Даже ваши кучи денег не помогут.
- Вы хотите от меня денег? Я могу дать вам сколько угодно, - в его голосе послышалось презрение ко мне и, возможно, к себе самому.
- Не продаюсь, я не Марфельд, - яростно ответил я ему. - Ваш главный холуй пытался купить меня. Он находится теперь в тюрьме Вегаса, и ему предстоит объяснить происхождение трупа.
- Я об этом знаю, - возразил Графф. - Но я предлагаю вам очень крупную сумму. Сто тысяч долларов наличными. Сегодня же. Сейчас.
- Где вы достанете сейчас такую сумму наличными?
- У Кларенса Бассета. Они лежат у него в кабинете в сейфе. Я передал ему сегодня вечером именно такую сумму. Такую цену он установил за этот пистолет. Берите эти деньги, они ваши.
Глава 32
В кабинете Бассета света не было. Я постучал так сильно, что ушиб суставы. Он показался в дверях в рубашке с короткими рукавами. Лицо было покрыто пятнами, под глазами синяки. Он выглядел как прокаженный и, казалось, еле узнал меня.
- Арчер? Что случилось, дружище?
- Случилось что-то с вами, Кларенс.
- О, я надеюсь, что это не так. - Он заметил за моей спиной супружескую пару и выразил притворную радость: - Вы ее нашли, мистер Графф? Я так рад.
- Что вы говорите! - угрюмо-иронично произнес Графф. - Изабель во всем призналась этому человеку. Верните мне мои деньги.
Выражение лица Бассета стало на глазах меняться. Рот расплылся в какой-то лошадиной улыбке, открывшей десны.
- Как мне это понимать? Я возвращаю деньги, и мы забудем обо всем? Не будем больше об этом говорить?
- Об этом нам придется сказать еще очень много. Верните мне деньги, Кларенс.
Бассет стоял в дверях, напряженный, закрывая вход. Варианты возможных его действий блеснули в его бледно-голубых глазах и пропали.
- Деньги не здесь.
- Откройте сейф, мы посмотрим сами.
- У вас нет ордера на обыск.
- Мне он не нужен. Вы будете покладистым. Правда?
Он поднял руку, ущипнул свою шею над воротничком наглухо застегнутой рубашки, оттянув обвислую кожу.
- Это для меня большая неожиданность. Если хотите знать, я готов с вами сотрудничать. Мне нечего скрывать.
Он резко повернулся, прошел в другой конец комнаты и снял со стены фотографию трех ныряльщиков. За снимком находилась вмонтированная дверца сейфа. Я навел на Бассета пистолет, когда он крутил яркую хромированную рукоятку. Пистолет, из которого он убил Леонарда, возможно, находился на морском дне, но в сейфе мог оказаться еще один. Впрочем, в сейфе лежали только деньги - пачки купюр в коричневой банковской упаковке.
- Берите их, - сказал Графф. - Они ваши.
- Это лишь превратит меня в подонка. К тому же я не смогу оплатить налоги с такой суммы.
- Вы шутите. Вы не можете не желать денег. Вы ведь работаете ради денег, не так ли?
- Деньги мне очень нужны, - ответил я. - Но не эти. Они предназначены не для меня, и я был бы привязан к ним. Ваши деньги потребовали бы от меня каких-то обязательств, и мне пришлось бы заниматься вашими грязными делами. Сидеть на крышке с этим дерьмом, как делает Марфельд, пока это все не сгниет.
- Но эти деньги нетрудно скрыть, - заметил Графф.
Он обратил свой ядовитый взгляд на Кларенса Бассета. Бассет стоял, прижавшись к стене. Смертельный ужас истерзал его и побуждал к действию. Он выбил пистолет из моей руки, пригнулся и схватил его за дуло. Я перехватил у него оружие, пока он не успел вцепиться в рукоятку. Поднял Бассета за шиворот с пола и усадил на стул, стоявший возле стола.
Изабель Графф тяжело опустилась на стул рядом. - Голову она откинула назад, и ее нечесаные волосы струились по спинке стула, как ручейки черной нефти. Бассет старался не смотреть на нее. Он сидел, согнувшись и отклонившись в сторону от нее, дрожал и тяжело дышал.
- Я не сделал ничего такого, чего бы мог стыдиться. Я лишь прикрывал старого друга от последствий за ее деяния. Ее муж счел возможным вознаградить меня.
- Это - самое мягкое описание шантажа, которое я когда-либо слышал. Но шантаж - это еще не все, что вы сделали, Бассет. Не хотите ли вы также сказать, что прикончили Леонарда и Штерна, чтобы лишь защитить Изабель Графф?
- Не понимаю, о чем вы говорите.
- Когда вы пытались подставить Изабель под убийство Эстер - это что, тоже было частью вашего стремления защитить ее?
- Ничего подобного я не делал.
Женщина повторила за ним, как попугай:
- Клар ничего подобного не делал.
Я обратился к ней:
- Вчера вечером вы побывали в ее доме на Беверли-Хиллз?
Она кивнула.
- Зачем вы туда ездили?
- Клар сказал мне, что она - последняя дешевка Саймона. Он - единственный человек, который мне что-то рассказывает, который беспокоится обо мне. Клар сказал, что если я застигну их вместе, то смогу заставить Саймона дать мне развод. Но она была уже мертва. Я вошла в дом, но она была уже мертвая. - Она говорила с возмущением, как будто Эстер Кэмпбелл намеренно подвела ее.
- Как вы узнали, где она живет?
- Мне сказал об этом Клар. - Она радостно улыбнулась ему в знак признательности. - Вчера утром, когда Саймон пришел на свое утреннее плавание.
- Все это полнейший вздор, - сказал Бассет. - Миссис Графф это приснилось. Я даже не знал, где живет Эстер, вы можете это засвидетельствовать.
- Вам хотелось, чтобы я подумал, будто вы не знаете ее адреса, но, вы его знали, это точно. Вы нашли ее и ей угрожали. Вы не хотели позволить, чтобы она живой вернулась к Джорджу Уоллу. Но вы хотели, чтобы когда-то он все же увидел ее. И вот тут-то понадобился я. Вам понадобился кто-то, кто отвел бы Уолла к ней и помог сфабриковать против него дело в убийстве. И просто на всякий случай, если это не удастся сделать, вы посылаете миссис Графф в этот дом для подстраховки. Сработала вторая инсценировка - во всяком случае, она устроила Граффа и его великолепную когорту. Они добровольно оказали вам большую помощь в сокрытии настоящего виновника этого убийства.
- Я не имею к этому никакого отношения, - раздался за моей спиной голос Граффа. - Я не отвечаю за глупости Фроста и Марфельда. Они действовали, не советуясь со мной. - Он стоял один около двери, как бы стараясь отмежеваться от происходившего.
- Они - ваши люди, - заметил я, - и вы в ответе за все, что они сделали. Вы - соучастник убийства. На вас тоже надо надеть наручники.
Бассета поощрил этот наш спор.
- Вы просто вынюхиваете, что произошло, - вступил он в разговор. - Мне нравилась Эстер Кэмпбелл, как вы знаете. Я ничего не имел против этой девушки. У меня не было причин ее обижать.
- Не сомневаюсь, что она вам нравилась, специфически, по-вашему. Возможно, вы даже любили ее. Хотя она не отвечала вам тем же. Она хотела, если бы смогла, содрать с вас кое-что. В сентябре она ушла отсюда и прихватила наиболее ценную из ваших вещей.
- Я - бедный человек. У меня нет ценного имущества.
- Имею, в виду этот пистолет. - Я указал на пистолет, который держал подальше от него. - Точно не знаю, как вы его заполучили в первый раз. Но догадываюсь, как это случилось во второй. За последние четыре месяца, после того как Эстер выкрала его у вас, пистолет не раз ходил по рукам. Она отдала его своему приятелю Лэнсу Леонарду. Сам он не сумел заняться вымогательством и взял в напарники Штерна, у которого был богатый опыт в таких делах. Штерн тоже оказался со связями, что не позволило добраться до него головорезам Граффа. Но вы смогли до него добраться. Надо отдать вам должное за это, Кларенс. Нужна была настоящая смелость, чтобы потягаться со Штерном, даже с учетом того, что я его несколько обработал для вас. Больше смелости и решимости, чем было у Граффа и его личной армии.