Глава 25
Ухура не помнила, чтобы клингонские корабли пахли так плохо. Конечно она впервые очутилась на борту такого корабля, когда вокруг были клингоны. Пища, которую они ели, субстанция, которую они вдыхали в свои легкие, не говоря уже о их личной гигиене, все словно сговорились издавать запахи, которые грозили ее сломить.
Еще немного, напомнила она себе, сидя за коммуникационной станцией на мостике «Тертоса». Она высчитала, что окончание диагностической проверки системы коммуникаций корабля займет еще минут тридцать.
Прибыв на борт по просьбе Мурга, Ухура помогла ему отследить сбой, тревоживший коммуникационную систему клингонского судна. Один из корабельных инженеров установил источник аварийного освещения около одного из внутренних корабельных трансляционных узлов, что вызвало совсем не маленькие помехи в системе интеркома в этой части судна. Действуя вместе, Ухура и Мург пришли к выводу, что эта работа потребует новой подборки диагностических программ, чтобы разыскать и изолировать такие шумовые всплески.
– Ну и как теперь? – спросил лейтенант Брайан Коннорс, чье лицо показалось на одном из мониторов коммуникационной консоли.
Ухура не стала терять времени, и вызвала специалиста по компьютерам, когда стало очевидно, что ей будет очень трудно понять особенности программного языка, используемого в интерфейсе большинства военных кзыкае лицо показалось на одном из мониторов лингонских компьютеров. Коннорс, инженер с «Энтерпрайза» близко знакомый с компьютерными языками большого диапазона рас, быстро расправился с этой проблемой. Изучив результаты диагностической программы на другом мониторе, Ухура кивнула, восхищенная юным экспертом по компьютерам.
– Пока все хорошо. Вы фокусник, лейтенант.
– Превосходно, – добавил Мург, когда Ухура отключила связь. – Кажется система работает намного эффективнее, чем прежде.
Ухура откинулась на спинку своего стула, подняла руки над головой, и потянула спину. Клингонская мебель не была предназначена для удобства, и после нескольких часов мускулы ее спины начали протестовать.
– К тому же Коннорс разработал еще несколько программ, которые должны улучшить интерфейс вашего универсального переводчика. Это должно сократить время, которое требуется на перевод с языков, уже имеющихся в файлах, и возможно даже улучшит время отклика при первом контакте.
С центра мостика Ухура услышала иронический смешок. Развернувшись на стуле, она узнала лейтенанта Аг’хелл, первого офицера «Тертоса», сидящую в командирском креселе и смотрящую прямо на нее. Офицер клингон даже не потрудилась скрыть снисходительную улыбку на своем лице или соответствующий тон своего голоса.
– Еще один пример технического мастерства Федерации. Жаль что такой талант растрачивается впустую на бесполезные стремления вроде обучения компьютеров говорить.
Ухура удивленно посмотрела на первого офицера.
– Вот уж не знала. Без корабельной связи вы не сможете ни передать ни получить приказы во время сражения. А эффективный процессор переводчика может помочь во взломе вражеских шифровых кения. ейс одов. Существует немало способов нанести поражение своему противнику кроме простого подавления, лейтенант.
Улыбка на лице Аг’хелл потеплела от этой прямоты.
– Возможно, человек, в конце концов у вашего вида есть надежда.
Она повернулась в своем кресле, чтобы быстро визуально проверить мостик, удовлетворенная тем, что все так как должно было быть. Пытаясь вернуть разговор к более интересной теме, Ухура сказала:
– На клингонских кораблях не слишком много женщин занимают руководящие посты, не так ли?
– Совсем немного, и ниодного командира, – ответила Аг’хелл, а затем с жесткой ноткой гордости добавила. – Я собираюсь стать первой.
Ухура восхищенно кивнула. У лейтенанта несомненно был характер. Но чтобы продвинуться до любого солидного руководящего положения в Империи требовалось намного большее. Насколько смогла определить разведка Звездного флота, ниодна женщина не обладала политической властью. Что же касалось вооруженных сил, хотя клингонки служили прилагая все свои способности, как сказала Аг’хелл, ниодна не командовала собственным кораблем. Однако некоторые из них служили первыми офицерами, так что это было лишь вопросом времени. Как затронет Клингонскую Империю, это крайне патриархальное общество, увеличивающееся число женщин у власти, было еще неизвестно.
– Надеюсь вы преуспеете, лейтенант, – сказала Ухура. – Удачи.
– Удача не нужна, – сказала отворачиваясь Аг’хелл, снова вращаясь на командном кресле и рассматривая контрольные станции корабля, порученные ее вниманию.
Следующие несколько мгновений прошли в тишине, поскольку Ухура просматривала финальный диагностический отчет с коммуникационной консоли Мурга. Судя по всему теперь система работала идеально.
– Вы столь же опытны, как говорит ваша репутация, коммандер, – сказал Мург, удовлетворенно кивая на сообщение на дисплее компьютера.
Когда Ухура позволила себе почувствовать удовлетворение от собственных достижений, поперек ее консоли упала тень. Она обернулась, и увидела лейтенанта Аг’хелл, стоящую не более чем в метре от нее.
– Скажите мне вот что, коммандер, – сказала первый офицер «Тертоса». – Кажется в Звездном флоте женщины занимают немало высокопоставленных мест. Они командуют вашими звездолетами и звездными базами, принимают решения, которые затрагивают сотни, или даже тысячи жизней. Вы стремитесь к такому положению?
Я так и знала, что она об этом спросит, подумала Ухура прежде чем ответить.
– Конечно я об этом думала. Но я занимаюсь тем, к чему у меня есть талант, и мне это нравится.
На лице Аг’хелл отразилось сомнение.
– А как же ваша служба в Звездном флоте? Разве это не представляет ценности?
– Конечно, – сказала Ухура. – Но я могу служить в Звездном флоте и делать то, что мне нравится. Разве вам не нравится служить Империи?
– Личное удовольствие не является условием лояльной службы, коммандер, – резко ответила Аг’хелл, хотя ее экспрессия быстро смягчилась. – Однако я горжусь своими достижениями.
Ухура улыбнулась на это.
– Возможно мы не так уж и отличаемся, как могли подумать, лейтенант.
Она так и не узнала, согласилась ли с ней Аг’хелл. Ответ клингонки был прерван, когда вздрогнула палуба. На мостике начал завывать сигнал красной тревоги, и Ухура увидела, как клингоны, работающие за различными станциями вокруг тускло освещенного командного центра, вернулись к своим задачам с новым ощущением неистовой целеустремленности.
– Отчет! – выкрикнула Аг’хелл сквозь шум.
Клингон за станцией сенсоров отвернулся от своей консоли.
– Нас атаковали, лейтенант. Гондола по правому борту испытала серьезное структурное повреждение.
– Кто на нас напал?
Клингон покачал головой.
– Я не могу найти никаких признаков нападающего корабля. Единственное судно в зоне досягаемости – «Энтерпрайз».
Голова Аг’хелл повернулась и ее взгляд скрестился со взглядом Ухуры с таким напряжением, что коммандеру показалось, что она почти почувствовала, как этот взгляд пронзил ее сердце. Потом ее собственное внимание было отвлечено пронзительным завыванием звукового сигнала коммуникационной консоли. Она обернулась, чтобы прочитать данные на мониторе, заранее зная что увидит там.
– Нас вызывает «Энтерпрайз».
Если Аг’хелл слышала это сообщение, она не подала вида, и двинулась к командному креслу.
– Зарядить орудия, – приказала первый офицер «Тертоса». – Подать запасные мощности на щиты и приготовиться к тактическому маневру. – Бросив взгляд через плечо на Ухуру она добавила. – Мы продемонстрируем то, что случается с трусами, которые нападают из подтишка.
– «Энтерпрайз» не мог напасть, – закричала Ухура через вой сирены красной тревоги. – Они никогда не выстрелили бы первыми по ничего не подозревающей цели.