Мало-помалу густой сумрак проник в гостиную. Молодой человек подошел к окну и взглянул па небо. Темные тучи и сильный ветер предвещали близкую грозу.
Перлонжур сел в кресло, и где-то в самой глубине его существа родилось неодолимое желание, которое он выразил вслух такими словами:
– Пускай убийца узнает, что я здесь… Пускай он решит сразить меня сегодня, как вчера он сразил Сантера!..
В этот самый момент большой серый конверт выскользнул из-под двери, и он понял, что желание его исполнилось.
Он вскочил, подбежал к двери и открыл ее. По лестнице убегал мальчишка. Перлонжур поймал его.
– Это ты, шалопай, сунул мне под дверь письмо?
– Да, месье! – захныкал мальчик. – Вы не сделаете мне ничего плохого?
– Скажи мне, кто тебя послал…
– Какой-то господин, я его не знаю… Он позвал меня, когда я проходил мимо террасы кафе напротив, и сказал: «Вот тебе сто су. А это сунь под дверь квартиры третьего этажа вот этого дома…» Больше я ничего не знаю, месье, клянусь вам!
– Пошли со мной, – сказал Перлонжур.
Не отпуская мальчишку, Перлонжур вернулся в квартиру, подошел к окну и, показав на террасу кафе, где сидели всего два клиента, спросил:
– Кто из них твой господин?
– Никто, – ответил парнишка. – Он уже собирался уходить, когда подозвал меня.
– Как он выглядел?
– Высокий, в черной шляпе и в очках. Лица его было почти не видно…
– Хорошо, – сказал Перлонжур. – Держи, это тебе… А теперь ступай.
Мальчишка не заставил просить себя дважды и только чудом не сломал себе шею на лестнице.
Перлонжур снова запер дверь и вскрыл конверт. Как он и ожидал, в нем находилось роковое предупреждение:
![Последний из шестерки doc2fb_image_02000009.jpg](https://litlife.club/books/91038/read/images/doc2fb_image_02000009.jpg)
Ставни яростно стучали о стену, и Перлонжур, обернувшись, подумал: «Великий Боже! Да это настоящая буря!»
Он запер ставни, затем открыл маленький шкафчик с ликерами и приготовил себе коктейль.
Как и Сантер накануне, он был спокоен, уверен в себе. Как Сантер, он был преисполнен решимости убить или быть убитым.
Только у него-то не было оружия.
ГЛАВА XXIV
КОНЕЦ КОШМАРУ
– Подождите здесь, – сказал месье Венс безутешной горничной Асунсьон.
Он выскочил из автомобиля еще до того, как тот остановился, и направился к группе таксистов, что-то горячо обсуждавших возле своих машин.
Увидев его, мужчины разом смолкли, подозрительно поглядывая на него. Инспектор, не задумываясь, вытащил свое официальное удостоверение.
– Не отвозил ли кто из вас минувшей ночью мужчину и женщину; мужчина высокий, в черной фетровой шляпе, с шарфом и в очках, женщина среднего роста, очень красивая.
Таксисты о чем-то пошептались, подталкивая друг друга локтями. Затем один из них вышел вперед и сказал весьма нелюбезным топом:
– Ну, я.
– Нельзя ли узнать, куда вы их отвезли?
Шофер как будто бы заколебался, потом все-таки ответил:
– Они остановили меня на улице Амеркёр.
– Почему вы говорите: «Они остановили меня»?
– Да потому, что они там вышли!
– А может, потому, что им нужна была не улица Амеркёр, а что-то другое?
Водитель с удивлением уставился на инспектора.
– Какой адрес они вам дали? – настаивал месье Венс.
– Мужчина сказал мне: «Остановитесь в конце улицы Амеркёр».
– Дальше они пошли пешком?
– Вполне возможно.
– Предупреждаю! – сказал месье Венс. – Мужчина этот – убийца, и не просто убийца – на его совести пять человек. Он мог убить и молодую женщину, которая была с ним… Мне нужны точные сведения. Это вопрос жизни и смерти, к тому же за оказание помощи вы получите награду… Я полагаю, вас заинтриговал вид ваших пассажиров и, высадив их там, где они попросили, вы все-таки последовали за ними… Так ведь?
– Воистину так! – согласился шофер. – Скажите, а этот мужчина… не он ли убил пятерых друзей? Я как раз говорил приятелям…
– Это он! – поспешно прервал его месье Венс. – Вы не видели, куда он вошел? Нельзя терять пи минуты.
– Ну, конечно, я следил за ними! Я не знаю названия улицы, где находится дом, куда они вошли, но мог бы найти ее… Это узенькая улочка, возможно, тупик, а дом – третий слева…
– Проводите меня туда…
Пока шофер садился за руль своей машины, Воробейчик вернулся к автомобилю, на котором приехал, и объяснил в двух словах горничной Асунсьон, что они едут на поиски ее хозяйки.
– Я сяду в такси, – сказал он своему водителю. – А вы поедете за мной…
Минуту спустя обе машины торопливо двинулись в путь одна за другой.
Вопреки тому, что он сказал шоферу, надеясь тронуть его, инспектор не думал, что Асунсьон грозит смертельная опасность. Что-то непредвиденное могло случиться ночью, наверняка произошла какая-то неожиданность, но теперь, когда, получив ответ капитана Лесли, он кое-что узнал относительно убийцы, месье Венс уже не опасался за жизнь молодой женщины. Его больше тревожила судьба Перлонжура.
Вид третьего дома слева на узенькой улочке, которую нашел-таки шофер, был малопривлекателен.
Наказав горничной оставаться в машине, инспектор вошел в сумрачный вестибюль, где стоял отвратительный запах горелого сала.
Из маленькой, низенькой дверцы выскочила какая-то мегера.
– В чем дело? – злобно спросила она. – Чего вам надо? С дерзким видом разглядывала она троих мужчин, стоявших перед ней.
– Это вполне приличный дом и…
– Хватит болтать, – сказал месье Венс. – Этот приличный дом служит убежищем убийце.
– Что вы такое говорите? – завопила старуха. – И не стыдно вам…
– Я же сказал вам: хватит болтать, а не то упрячу за решетку, ясно? Мужчина и женщина вошли сюда минувшей ночью. Мужчина – высокий, в очках, вчера на нем был шарф и черная фетровая шляпа… Где его комната?
– Если вы имеете в виду месье Раймона, то он проживает на третьем этаже, комната 21.
– Месье Раймон похож на описанного мной человека?
– Да.
– Как давно он здесь поселился?
– Не могу вам точно сказать… Думаю, недели три.
– Этой ночью он вернулся с дамой?
– Ну, знаете, мой господин!.. Я не слежу за своими жильцами…
– Он вернулся этой ночью с дамой?
– Ну… Мне кажется, да.
– Вы видели, как кто-нибудь из них выходил?
– Я видела, как вышел мужчина.
– Когда?
– Сразу после полудня.
– Он не возвращался?
– Нет.
– Пошли! – сказал месье Венс.
Дверь комнаты № 21 была заперта на ключ. Инспектор постучал, причем не один раз, но ответа так и не добился. Тогда он приналег на нее хорошенько и выбил плечом. Дверь с грохотом упала внутрь комнаты.
Там стояла кромешная тьма. Месье Венс достал из кармана фонарик и направил его луч на окно. Ставни были закрыты, а занавески из облезлого плюша задернуты.
Месье Венс скользил фонариком то вправо, то влево и вдруг вскрикнул от неожиданности. В углу комнаты он заметил распростертую человеческую фигуру, прикрытую испачканным кровью покрывалом.
Вручив фонарик одному из своих спутников, он бросился туда и, приподняв покрывало, обнаружил лежавшую на спине Асунсьон. Она была крепко связана простыней, разрезанной на узкие полоски, глубоко в рот был засунут кляп. Асунсьон была без сознания:
Через минуту инспектор освободил ее и с помощью своих спутников отнес на лестничную площадку. Одного из них он послал за успокаивающим лекарством, а заодно велел пригласить горничную испанки.
Понадобилось немало усилий, чтобы привести Асунсьон в чувство. Наконец она открыла глаза, медленно провела рукой по лбу, поглядела на склонившегося над ней инспектора, на горничную, сочувственно качавшую головой, на двух шоферов.
Тут память внезапно вернулась к ней.
– Madre! – воскликнула она. – Жан!.. Она лихорадочно схватила руки месье Венса.
– Спасите его! Прошу вас, спасите!.. Он пошел убивать его!..