1. Прочитать как можно больше разнообразных религиозных и философских книг. Часто слушать проповеди и речи ученых наставников, исповедующих различные истины и теории. Испробовать на себе самом всевозможные методы.
2. Из всех изученных доктрин выбрать одну, отбросив остальные, подобно орлу, намечающему себе добычу из целого стада.
3. Жить скромно и не стараться выдвинуться, иметь смиренный вид, не привлекать внимания, не стремиться быть равным великим мира сего. Но под личиной незначительности высоко вознести свой дух и быть неизмеримо выше славы и почестей земных.
4. Быть ко всему безразличным; поступать как собака или свинья, пожирающие все, что бы им ни попалось; не выбирать лучшего из того, что вам дают; не делать ни малейшего усилия получить или избежать и т.д. Принимать, что выпадет на долю – богатство или бедность, похвалы или презрение; перестать отличать добродетель от порока, доблестное от постыдного, добро от зла. Никогда не скорбеть, не раскаиваться, не предаваться сожалению, что бы ни произошло; с другой стороны, ничему не радоваться, не веселиться и ничем не гордиться.
5. Бесстрастно и отрешенно наблюдать борьбу мнений и разнообразную деятельность живых существ. Думать: "Такова природа вещей, образ жизни различных индивидуальностей". Созерцать мир подобно человеку, глядящему с самой высокой вершины на расположенные далеко внизу горы и долины.
6. Шестой этап описать нельзя – он тождествен понятию пустоты.* (*В соответствии с тибетской формулой – "одушевленные существа лишены личности – "эго". В общем смысле под понятием "пустота" можно понимать отсутствие "эго". -Прим. авт.)
Несмотря на подобия "учебных планов", бесполезно было бы пытаться установить правильную последовательность многочисленных упражнений, придуманных тибетскими "отцами пустыни". На практике все эти упражнения комбинируются, и не только каждый учитель-мистик имеет свой собственный, ему одному присущий метод, но редко даже в руководстве двумя своими учениками он применяет одинаковые приемы.
Нам необходимо примириться с хаосом, в общем, представляющим результат хаоса индивидуальных стремлений и склонностей; адепты "прямого пути" не желают упорядочить его и влить в одну общую форму. Девиз высоких вершин "Страны Снегов" – свобода. Но в силу какого-то удивительного парадокса монахи не используют эту свободу для самого полного подчинения своим духовным наставникам. Послушание обязательно только в отношении тренировки и образа жизни, предписываемых учителем. Ученику не навязывают никаких теорий. Его сознание всегда свободно, он может верить, отрицать, сомневаться, соответственно своим природным склонностям.
Один лама сказал как-то мне, что роль наставника "прямого пути" прежде всего заключается в руководстве подготовительным периодом очищения. Учитель должен побудить своего ученика освободиться от верований, идей, благоприобретенных привычек и врожденных склонностей – от всего, что развилось и укоренилось в его сознании как следствие причин, возникновение которых затеряно во тьме времени.
Поскольку невозможно дать последовательный перечень разнообразных упражнений, выполняемых учениками анахоретов, и так как никто, кем бы он ни был, не в состоянии знать все их разновидности, мы вынуждены ограничиться рассмотрением только некоторых упражнений и постараться самостоятельно выяснить, как каждое из них приводит к конечной цели – "полному освобождению".
Особенно популярны два упражнения: одно из них заключается во внимательном наблюдении за беспрерывной деятельностью сознания, причем нельзя создавать для нее помехи; другое, напротив, состоит в том, чтобы задерживать беспорядочную работу сознания, фиксировать его для концентрации мысли на одном предмете.
Начинающему назначают или то, или другое из этих упражнений. Иногда ему назначают только одно из них, а затем, через промежуток времени, другое – тоже только одно. Иногда попеременно – одно упражнение, а потом другое. Наконец, оба упражнения чередовать без перерыва в течение одного и того же дня.
Тренировка для выработки совершенной концентрации мысли служит подготовкой, необходимой при всех видах медитации. Все послушники проходят эту тренировку. Но наблюдение за круговоротом деятельности сознания рекомендуется только ученикам с развитым интеллектом.
Упражнения в концентрации мысли практикуются всеми буддистами. Секты южных стран – Цейлона, Бирмы, Сиама – иногда пользуются различными приспособлениями, "казинас", представляющими собой или круги из цветной глины разных оттенков, или покрытую водой круглую поверхность, или же огонь, наблюдаемый сквозь проделанное в экране круглое отверстие. Какую-нибудь из этих окружностей созерцают до тех пор, пока не начинают видеть ее с закрытыми глазами так же отчетливо, как и с открытыми. Последнее упражнение рассчитано исключительно на создание привычки к концентрации сознания и совсем не ставит себе целью вызвать гипнотическое состояние, как полагают некоторые авторы. Кроме "казинас", впрочем, существует еще много других пособий. Для тибетцев характер выбранного для тренировки предмета совершенно безразличен. Считается, что следует отдавать предпочтение предмету, лучше других привлекающему и фиксирующему мысль начинающего адепта.
Это положение хорошо иллюстрирует известный в Тибете анекдот. Один юноша просит отшельника быть его духовным наставником. Учитель желает, чтобы ученик приобрел прежде всего навыки концентрации сознания. – "Чем вы обычно занимаетесь", – спрашивает он жаждущего озарения "налджорпа". – Я пасу яков, отвечает тот. "Хорошо", – говорит "гомтшен", – "сосредоточьте мысли на яке". Ученик располагается в пещере, до некоторой степени приспособленной для жилья, каких много в районах пастбищ, и начинает тренировку. Через некоторое время учитель отправляется к предающемуся медитации ученику и зовет его, приказывая выйти к нему. Ученик слышит зов, встает и хочет покинуть свое убежище. Но медитация достигла намеченной цели – он уже отождествил себя с объектом, на который были направлены его мысли и до такой степени с ним слился, что потерял ощущение собственной личности. Барахтаясь в выходе пещеры, будто стараясь преодолеть какое-то препятствие, ученик заявляет: "Я не могу выйти, мне мешают рога". Юноша чувствовал себя яком.