Оригинальный способ финансирования, ничего не скажешь. Хотя, что-то подобное было и раньше, правда не в таких омерзительных формах. Чего стоит хотя бы отпущение грехов за деньги или предание анафеме по заказу. Самые жестокие тираны, правившие народами, убивали лишь тело, не претендуя на душу. Эти же стервятники запугивали паству обещаниями вечных мук, превращая людей в "рабов божьих". А ведь все их запугивания - стопроцентный мираж. Ну не властны они отправить человеческую душу на вечные муки, как бы ни вопили и не пердели проповедями. Ни Рая ни Ада просто не существует в том понимании, что веками вдалбливалось в человеческое сознание. Есть лишь несколько Сил: Свет, Тьма, Хаос… Мы всего лишь выбираем ту, что нам ближе. И причем тут адские муки или райское блаженство? Обычная страшилка и сладкий пряник в руках у агитаторов низкого пошиба.
Между тем харя жирного борова сменилась на аскетичное лицо с горящими глазами фанатика. Странно, как это я его раньше не заметил, такие обычно запоминаются всерьез и надолго. Наверно, прикрыл лицо капюшоном своей рясы, не желая понапрасну отсвечивать. В отличие от двух предыдущих ничтожеств, этот вызывал инстинктивное чувство опасности.
– Номер третий, - менторским тоном вещал Тень. - Имя сего субъекта знает лишь он сам, да оно ему не слишком и требуется. В этом он чем-то схож с подобными нам. Известен в знающих кругах под прозвищем Палач, полностью его оправдывая.
– Надеюсь хоть этот не пидор, или я все же зря питаю столь несбыточные иллюзии?
– Да в общем нет, - как-то неуверенно промямлил мой собеседник. - Мальчиками он не интересуется, но и девочками тоже. Ловит кайф исключительно от зрелища пыток, причем предпочитает сам заниматься этим ремеслом. Несмотря на столь омерзительное увлечение, а скорее даже благодаря ему, добился весомых успехов в области ритуальной магии. Написанный им трактат на тему об аспектах жертвоприношения и значимости ритуальных ножей не только поднял его в верхушку Ордена, но и заставил обратить на себя внимание церковных иерархов с самой вершины властной пирамиды.
Я задумчиво посмотрел на те самые ритуальные стилеты. Так вот кто является их создателем! Учтем, непременно учтем, человек я не злопамятный, просто злобный и на память не жалуюсь.
– Кстати, ты ведь помнишь тот самый жертвенник, на котором убили твою подружку? - продолжал Тень. - Так вот эта вещичка - шедевр его творческой мысли. Не знаю, да и не особенно стремлюсь узнать принципы его функционирования, но работает на ура во благо их Ордена. Многие так называемые грешники и еретики, чья вина была лишь в том, что они не захотели служить их церкви, умерли на этом камне. Удивительно лишь то, как это он допустил, чтобы его любимое творение притащили сюда. Загадка…
Ну, меня эта загадка в душе не… колышет и так проблем хватает. Зато с каким бы удовольствием я бы приковал этого изобретателя к его собственному творению и прирезал бы по всем разработанным им же правилам. К сожалению, это только мечты. Делать мне больше нечего, как тащить эту тяжеленную хреновину в тот зал, где сейчас обитает этот самый Палач.
Тень же, до сей минуты так вдохновенно описывающий прелестные типажи местных "авторитетов" неожиданно замолк, словно кляп проглотил.
– Что умолк, приятель? Вспомнил что-то особо омерзительное или просто надоело про уродов рассказывать?
– Вспомнил… Особо омерзительного типа, патентованного иуду, готового вилять хвостом перед теми, кто больше заплатит. С этой паскудой я был когда-то знаком лично, причем считал его одним из своих друзей. Мэрдок! - Тень выворачивал наизнанку самые болезненные нарывы воспоминаний, впервые упомянув о своей прежней жизни. - Мне бы и в голову не пришло, что он способен продать тех, кто не раз спасал его шкуру от множества неприятностей. А он сдал меня с потрохами… Не за деньги и не из страха за свою шкуру, так низко он не опустился. Его поманили высоким положением, славой, новыми возможностями и оказавшаяся с гнильцой душонка не выдержала соблазнов. Внимательно присмотрись к этой физиономии, я прошу тебя об этом!
Стыдно было не исполнить столь несложную просьбу того, кто уже не раз помог мне в трудных ситуациях, поэтому я пристально вгляделся в соткавшееся в воздухе изображение. Ничем не примечательное лицо, с таким легко уходить от слежки, теряясь в толпе или же напротив, вести пристальное наблюдение, будучи уверенным в своей незаметности. Выделялись только глаза, хитрые, прощупывающие собеседника. Они словно давали понять: "Что ты можешь предложить мне за услуги? Поторгуемся, если цена меня устроит, то я готов сдать с потрохами своих нынешних хозяев". Хотя не исключено, что мне это только привиделось после рассказа Тени об истинной сути этого ссученного прохиндея.
Над моей головой захлопали крылья… Это каменная статуя горгульи таким образом пыталась привлечь к себе внимание с максимально возможной деликатностью. Я не слишком понимал, что бы это могло значить, но Тень понял и сразу же зачастил скороговоркой:
– Сюда идут. Гости, мать их так через тридцать три оборота до характерного щелчка, до чего же не вовремя. Если я еще не выжил из ума, то это как раз Палач приперся за своим инвентарем с двумя телохранами. Выпускать их живыми нельзя ни в коем случае, да и допустить его к жертвеннику тоже не рекомендуется, я рефлекторно потянулся к оружию, но Тень охладил мой резкий подрыв. - Не торопись, пара минут у тебя еще есть.
– Что, похоже появился хороший шанс сократить число руководителей местного кагала до пяти штук, не так ли? - усмехнулся я, снимая пистолет с предохранителя. - И еще… Почему ты считаешь опасным подпускать Палача к жертвеннику? Неужто при малейшем признаке опасности выпотрошит на нем своих песиков?
Судя по многозначительному молчанию, мой приятель считал именно так. Впрочем, почему бы и нет, особенно учитывая один из тезисов церковников: "Все во имя торжества веры". Добавлю лишь, что собственные шкуры они никогда не подвергают риску, предпочитая кидать в топку свои многочисленные стада агнцев да и в случае необходимости функционеров низких уровней. Хорошо, примем как одну из обязательных установок необходимость прикончить Палача, не дав ему даже взглянуть на жертвенник. Или нет, пусть он его увидит, несколько расслабится и потеряет бдительность. Тогда я его и прищучу, по крайней мере хочется надеяться на такое развитие событий.