— Благодарю за службу, ребята, — сказал Полуянов, — мы сейчас уедем, а вам еще предстоит немного поработать. Лейтенант!
— Я, товарищ подполковник, — отозвался Сергей Симаков.
— Джипы бандитов убрать с дороги, трупы и оружие туда, где была засада. А с этой обезьяной, — Вадим указал на Кувалду, — что делать?
— Я обещал ему жизнь и должен сдержать данное слово.
— Держи, коль дал. Вызови мне на связь Вересаева.
— Вересаев на связи, товарищ подполковник.
— Что там в усадьбе? Преследование за нами не вышло?
— Никак нет, внутри полная тишина. Сидят как мыши, если, конечно, кто-то остался.
— Значит, так, задача меняется. Симакову после нашего ухода вызвать милицию, она ожидает этого вызова, поскольку предупреждена об акции Службы. Лейтенант передаст им свой уничтоженный объект, а по прибытии ОМОНа свой объект, то есть усадьбу Пастора, передаешь им и ты. После того как органы МВД возьмут все под свой контроль, ты, Дима, увозишь на своем «ЗИЛе» людей Симакова и через Егорьев уходишь в город на предприятие «Электрические сети», где вас будет ждать микроавтобус Службы. На нем возвращаетесь в резиденцию. Этим ваша работа заканчивается, ну а наша только начинается.
— Все понял, товарищ подполковник.
— Конец связи.
Два джипа Службы «Виртус» с Арнольдом и Пастором продолжили движение, следуя маршруту, который выдал Лисицын: на Москву, оттуда через Воронеж и Ростов-на-Дону в Ставрополье, к месту встречи со смотрящим за лабораторией, арабом Хакимом.
Как только машины отошли, Кувалда спросил у лейтенанта:
— Командир, я могу линять?
— Как твоя фамилия, Витек?
— Самарин, а что?
— И куда же ты, Виктор Самарин, собрался линять?
— Найду куда.
— А кто ж тебя отпустит?
— Но вы же мне жизнь обещали.
— Жизнь — да, но никак не свободу. Насчет свободы договаривайся с милицией. И закончим на этом, помогай джипы толкать.
Убрав простреленные вездеходы с дороги, трупы перенесли в овраг, Симаков прицепил Кувалду наручниками к боковой стойке двери джипа.
— Вот теперь, Витек, думай, как с ментами будешь общаться. Улик на вас у них предостаточно, чтобы чуть ли не каждого приговорить к пожизненному заключению, но, как говорится, у нас самый гуманный суд в мире. Уповай на него, Витя.
— Ну и сука же ты, мусор! — процедил сквозь зубы Самарин. — Будь моя воля, на куски бы тебя порвал!
В ответ Кувалда получил удар в солнечное сплетение.
— Это тебе за суку и мусора, — сказал Симаков, — еще что скажешь? Молчишь? Вот и молчи. А то я тебя так разделаю, несмотря на комплекцию, что в морге не опознают, уродина.
Милиция не заставила себя ждать. Городской ОМОН и следственная бригада приступили к работе. Им предстояло собрать информацию по охранной фирме Пастора и развлекательному центру Арнольда.
После поворота на Москву Полуянов приказал остановить джип.
Вышел из машины, вызвал на связь генерала Борисова. Часы показывали 5.37. Феликс ответил сразу:
— Слушаю тебя, Вадим.
— Захват Арнольда и Пастора произведен по варианту «Рикошет». Начали движение в установленное место на встречу с Хакимом.
— Что тебе пожелать, Вадим? Только удачи. Как действовать, ты знаешь. Будь осторожен, ребят береги.
— Спасибо, Феликс.
— Связь только в экстренных случаях, после захвата араба свите его, за исключением Резвана, если тот окажется на стоянке, вариант «Рикошет-2».
— А за наркотой ты все же пустил «хвост»?
— Заметил? Да, решил не рисковать. Пусть ребята проводят груз, оно надежней. Заодно при необходимости ростовским коллегам помогут.
— Личный вопрос разрешишь?
— Давай личный.
— Как там Николай?
— Пока отдыхает. Утром устрою ему встречу с сестрой.
— Лиле от меня привет не забудь передать.
— И массу наилучших пожеланий вдогонку? Мог бы и не напоминать. Передам, конечно, да она сама о тебе будет расспрашивать.
— Ну все, генерал, погнал я, а то из графика выбьюсь.
— Работай, Вадим.
Полуянов приказал вывести из машины Пастора.
Его подвели к подполковнику.
— Ну что, пень трухлявый, дрожишь?
— Это нервы, гражданин начальник.
— Будешь жизнь себе выторговывать?
— А это возможно?
— Кузнецову удалось.
— Он предал нас.
— Чистосердечно признался в содеянном и оказал посильную помощь. Тебе предлагается то же самое.
— А если я откажусь сотрудничать с вами?
— Расстрел на месте при попытке к бегству. Будем с Арнольдом работать. Учти, времени у меня в обрез.
— Что я должен сделать?
— На какое время у вас запланирован сеанс связи с Хакимом?
— Вы все знали?
— Отвечай на вопрос, Пастор.
— Как только покинем усадьбу и удалимся на безопасное расстояние, убедившись в отсутствии преследования. По расчетам выходило в шесть — шесть тридцать по Москве.
— Значит, с этим у нас порядок. Время приближается к шести. А посему сейчас проведешь сеанс связи. Предупреждаю, в районе аула Каблак уже находится штурмовое подразделение спецназа. Если ты передашь тревожный сигнал и Хаким примет меры по отношению к лаборатории, я тебя пристрелю, а спецназ тут же пойдет на штурм дома Хакима. Понял? Хитрить бесполезно, Пастор.
— Понял. Скажите, если можете, кто вы?
— Служба по борьбе с такими, как ты, Арнольд, Хаким, в общем, с наркомафией. Достаточно?
— Уж не «Виртус» ли?
— Слышал о такой организации?
— Проще сказать, кто о ней в криминальном мире не слышал. Так вот почему мы терпели поражение за поражением, а думали, что это Стариков такой супермен.
— И не ошиблись. Если бы Служба вовремя не вмешалась, то сейчас вы с Арнольдом были бы уже трупами. Но разговор не о майоре, а о тебе.
— Противостоять вам бесполезно, я готов на сотрудничество в обмен на жизнь. Свободы, как я понимаю, мне не видать.
— Это решит суд. Но и жизнь, согласись, цена немалая. Я добился бы от тебя всего, что мне нужно, и без всяких гарантий.
— Почему же не сделали этого?
— Могу сделать. Хочешь?
— Нет, нет, извините, я сболтнул глупость.
— Ладно, разговоры в сторону, выходи на связь с Хакимом. Я буду слушать вашу беседу. Если что, оборву ее пулей. Работай, Пастор.