«Буду работать по варианту усиленного режима охраны Крюгера. Все, решено. Начало операции — на полчетвертого утра». Николай прилег отдохнуть.
Такси, которое он поставил у соседнего дома, снималось на трехчасовую пленку видеокамеры, закрепленной в кустах у подъезда Старикова. Так что, прокрутив ее, он узнает, не «засветилась» ли бандитская «Волга». На ней он отправится к Крюгеру. «клин» с двумя запасными магазинами в кейсе, там же две гранаты, разобранный «винторез» и перчатки в сумке. Одежда аккуратно разложена на ковре. Стариков мгновенно уснул.
Таймер часов поднял его ровно в 3.30.
Николай умылся, спустился на улицу, взял видеокамеру, бросил взгляд на «Волгу». Она стояла на прежнем месте. Вопрос в том, не заинтересовала ли она кого-нибудь из посторонних? К примеру, бандитов Арнольда, если у них с водителем была предусмотрена связь. Но в этом случае они бросились бы на ее поиски. Это покажет пленка. Вернувшись в квартиру, Николай подключил камеру к телевизору, поставил на быстрый просмотр и, не отрываясь от экрана, стал одеваться. Бронекостюм, поверх брюки, майка, свитер, короткая куртка. Все купленное накануне. В боковой карман куртки сунул пистолет, из кейса в сумку переложил «клин» с магазинами и гранатами. Надел черную вязаную шапочку-маску. Удостоверение подполковника ФСБ брать не стал. Пленка кончилась. К машине за три часа стоянки никто не подходил, возле дома вообще не появлялись прохожие. Следовательно, тачка чиста. Время — 4.10.
Выключив свет и захлопнув за собой дверь, Николай вышел из подъезда и, держась стены соседнего дома, направился к «Волге».
Завел двигатель и выехал на ярко освещенную, пустынную в этот час улицу. Маршрут был отработан, поэтому Николай вел машину уверенно, не спеша.
Избежав встречи с сотрудниками дорожно-патрульной службы, Стариков в 4.32 въехал в так называемый спальный район города.
Двинулся по главной улице мимо двух— и трехэтажных особняков. Здесь жила элита бюрократического чиновничества и преступного мира. Неплохой сплав для фундамента нового общественного строительства.
Стариков проехал дом с табличкой 24.
Это был его объект.
Через две усадьбы свернул вправо, в проулок. Выехал на параллельную улицу, опять повернул вправо, к дому Коржевского с тыльной стороны. Через три дома от подпольной лечебницы вновь развернулся и остановился, прижавшись к тротуару, метрах в семидесяти от дома Коржевского на противоположной стороне улицы. Отсюда хорошо просматривался северо-западный угол дома, тыловые ворота и двери, а главное, сарай, вернее, его высокая крыша, за которой мог находиться внешний наблюдатель.
Николай пересел на заднее сиденье. Достал и собрал «винторез», подсоединив к нему ночной оптический прицел. Вставил магазин от автомата «ВАЛ» с двадцатью патронами. Опустил левое переднее боковое окно. С улицы брызнуло свежестью и каплями мелкого дождя, начавшегося совсем недавно. Стариков, удобно расположившись, направил снайперскую винтовку на крышу сарая. Через прицел внимательно осмотрел ее и увидел, как и ожидал, два небольших отверстия. Через них можно вести наблюдение, а в случае нападения поддержать огнем охрану в доме. Но это было лишь предположение, отверстия могли служить и другим целям. От дома к сараю шли два провода, один — явно телефонный. Зачем — неизвестно. Но гадать времени не было. Решение принято, надо выполнять.
Прицелившись, Стариков дал две длинные очереди по десять выстрелов. В тридцати и шестидесяти сантиметрах от основания крыши. Мгновенно перезарядив винтовку, ударил на этот раз по самому основанию, подняв ствол на метр с лишним. Четыре ровных ряда пулевых пробоин пересекли рифленые, под черепицу крашенные листы крыши. Такой порядок обстрела гарантировал поражение цели, в каком бы положении она ни оказалась на чердаке. Перезарядив оружие последним магазином, сбил с сарая проводку. Если на чердаке кто-то был и чудом остался жив, то, лишившись прямой связи, должен начать действовать. Определить, откуда велся огонь, что несложно. Или, имея сотовый, предупредить основную охрану. Какая-то реакция, несомненно, последовала бы. Но сарай и дом молчали. Выдержав паузу в пять минут, Стариков постучал пальцами по винтовке. Так. Первый шаг сделан, судя по всему, верный. Надо делать второй. Он завел машину и выехал на свалку, за которой чернел обрыв к заливным лугам близкой реки. Вышел из машины, вытащил из багажника начавшее коченеть тело «таксиста», усадил труп на водительское место. Винтовку разобрал, положил в сумку, достал пистолет-пулемет «клин», два магазина по двадцать патронов. Один присоединил к оружию, второй сунул за пояс. Извлек две гранаты, «Ф-1» и «РГД-5». Первая была оборонительной и имела разлет осколков до трехсот метров, вторая — наступательная, ее осколки поражали противника в радиусе тридцати метров. Сумку Николай оставил на пустыре, отметив место. Расстегнул «молнию», чтобы иметь доступ и к пистолету, привел оружие к бою, сел рядом с трупом. Отбросив его к двери, начал движение, левой ногой нажимая на педаль привода акселератора, рукой удерживая ход машины, направляющейся к дому № 24. Когда до него осталось две усадьбы, Стариков резко нажал на педаль газа, и «Волга» рванулась, набирая скорость. Напротив дома Коржевского резко повернул руль вправо, одновременно выпрыгнув из салона автомобиля-тарана, перекатившись на тротуар к кустарнику напротив высокого кирпичного забора.
Маневр удался, и неуправляемая машина вошла точно в тыловые ворота, выбив их и продолжая движение через теплицу с розами, круша ее. Следом за «Волгой» во двор усадьбы прыгнул Николай, упав за бордюром бассейна, невидимый из дома.
Машина остановилась, врезавшись в столб освещения у противоположной стены.
В доме зажегся свет.
Николай выглянул из-за бордюра, короткой, бесшумной очередью «клина» разнес камеру тылового видеонаблюдения. После чего рванул к зданию, прикрепил «РГД-5» на растяжку к ручкам дверей второго выхода, заблокировав их. Прошел вдоль восточной стены, напротив расстрелянного сарая, пригибаясь под окнами. Замер за углом, перед фасадом. Из дома доносились голоса, но, о чем шла речь, Стариков разобрать не мог.