Проекты новой пангерманской империи были разработаны Листом подробно и недвусмысленно. Они предполагали безжалостное подчинение неарийцев арийским мастерам в жёстко организованном иерархическом государстве. Определение кандидата на образование или должность в общественных службах, в профессиональной и коммерческой сферах опиралось исключительно на признак расовой чистоты. Героическая ариогерманская раса освобождалась от всякого наёмного труда и прочих унизительных занятий для того, чтобы управлять в качестве просвещённой элиты рабскими кастами неарийских народов. Лист сформулировал систему политических принципов нового ордена: должны были строго соблюдаться расовые и брачные законы; культивировалось патриархальное общество; только мужчина, глава дома, обладал правами и только ариогерманцы пользовались свободой и гражданством; каждая семья должна была иметь генеалогическую запись, подтверждающую её расовую чистоту; новый феодализм должен был формироваться через создание крупных сословий, которые были наследственны, но правом наследования обладал только перворождённый мальчик. Эти принципы, опубликованные ещё в 1911 году, невероятно похожи на Нюрнбергские расовые законы 1930-х и нацистский образ будущего.
Но Лист пошёл ещё дальше, предвосхитив и мистический элитаризм СС в нацистской Германии. Иерархическая структура ариогерманского общества опиралась на каббалистическое Древо Жизни. Эта оккультная система из десяти последовательных ступеней посвящения в гностические тайны служила основой нового ордена. По схеме Листа две самые низкие ступени означали индивида и его семью, целиком подчиняющихся пяти уровням власти. Над ними существовали три высшие ступени, чья абсолютная власть соответствовала аналогичному расположению трёх высших sefiroth (сферы) на Древе Жизни – «за покровом тайны». По Листу, восьмая ступень включала в себя верховную знать, девятую занимали только король и его ближайшее окружение. Десятая ступень символизировала Бога. Лист подчёркивал мистическое совпадение восходящих и нисходящих ступеней и истолковывал традиционную каббалистическую формулу «насколько выше, настолько ниже» в том смысле, что ариец есть богочеловек. Это использование Древа в целях политической иерархии превращало место власти в священную территорию. Поскольку древнее немецкое общество было теократическим государством, то и новый орден предполагал особую элиту, чья власть должна быть священной, абсолютной и таинственной. Идеальное государство Листа выглядело как мужской орден с оккультным собором. Аналогии с гиммлеровским планом ордена-государства – поразительны.
Документы свидетельствуют о том, что Лист и члены его НАО находили большое удовольствие в том, чтобы быть членами тайной элиты. Лист стилизовал себя под Великого Мастера ордена и к нему так и обращались его последователи, тогда как и он наделял титулами сотоварищей в соответствии с иерархическими ступенями древних посвящённых. Вернер Кёрнер был известен как Arz-Femo-Aithari и Лист тоже использовал титул Arz-Wiho-Aithari. Оба эти титула означали статус советника в девятой ступени каббалистической иерархии. Подчинённые только Богу и королю, эти советники составляли верховное собрание ордена. На погребальных монументах статус посвящённого также отмечался эзотерическими знаками: в 1911 году Генрих Винтёр был похоронен в Гамбурге под грубообтесанным камнем, с вырезанной на нём свастикой; целый холм с колонной, покрытой орнаментом из знаков, воздвигли для Фридриха Оскара Ванека в 1914; в том же году Георг Хауэрштайн, похоронив свою первую жену, тоже положил в изголовье её могилы камень со свастикой.
НАО предназначалась для мужчин, входящих в состав верхнего или среднего класса; они должны были быть немецкими патриотами и проживать на исторических землях Германии в Центральной и Восточной Европе. Лист настойчиво заботился о современной аристократии, которая могла бы сопротивляться прославянским интересам и демократическим тенденциям Австрийского государства; он рассматривал современную аристократию как законного наследника старых королей-священников. Лист был горячим сторонником габсбургской монархии и имперской династии, которую он хотел видеть во главе новой арманистской империи. Все эти порывы отчётливо свидетельствуют о его отношении к пробуждению немецкого националистического духа среди знати и других групп, чьё традиционное положение было поставлено под угрозу ростом негерманских политических влияний в Австрии.
Миф о тайной элите не нов для европейской идеологии. Он служил вечной темой для эпохи пост-просвещения, пытавшейся перенести достоинство и власть религиозной ортодоксии в более узкий контекст секты. Барон фон Хунд молился за «неизвестных настоятелей» своего Ордена Строгого Повиновения, Весткотт создал третий орден «Тайных Глав» внутри своего «Золотого Дна», Блаватская говорила о тайных мастерах «Великой Белой Ложи»: все эти авторитеты принадлежали одной традиции. Тайная элита обладала непререкаемой властью над видимыми служителями культа. Воображаемое сословие королей-священников прошлого подтверждало и оправдывало претензии Листа на скрытое значение и особую власть. В то же время предполагаемое существование современного Armanenschaft помогало вере в то, что золотой век ещё может наступить и что Германия и Австрия соединятся в теократическом пангерманском государстве, где интересы не-арийцев не будут играть никакой роли. В ближайшие тридцать пять лет такое видение мира приобрело законные формы в качестве иностранной политики Третьего Рейха.
Тайное наследие
Проникнувшись современным пангерманским настроением, Лист был особенно озабочен объединением австрийских немцев с их компатриотами в Рейхе. Ему казалось, что Armanenschaft и его политико-религиозные установления должны процветать в самой Германии и в Дунайской области, как и в древние времена. Лист не разделял общепринятого исторического предрассудка о том, что варвары рассеяли кельтские племена края и что Шарлемань был первым, кто поселил обращённых в христианство немцев на восточных границах своей обширной империи IX века. Напротив, он утверждал, что на этой территории ариогерманская культура достигла высокого развития ещё за несколько тысячелетий до её Римской колонизации (100-375 в.), что до насильственного внедрения христианства, осуществлённого Шарлеманем, здесь неизменно практиковалась религия вотанизма; Шарлемань рассматривался им как «убийца саксонцев» в память о кровавом обращении в христианство язычников Северной Германии.