- Хевдинг! - Стурлауг обернулся на крик. - Погляди на восход!
А на восходе море пестрело парусами. Семь разноцветных ветрил, и впереди всех - белое с алым солнечным знаком.
- Русы! Русы идут! Это "Змиулан"!
- Нечему радоваться! - прорычал хевдинг. - Они тоже наши враги!
Лодьи русов были уже недалеко - перестрела два-три. Их до сих пор не заметили только потому, что воины Стурлауга готовились к битве с халогаландцами. Внимание хевдинга вдруг привлек один из кораблей русов, с парусом, на котором был изображен вставший на дыбы бурый медведь. Тогда как остальные лодьи стремительно неслись прямо к кораблю Стурлауга, "медвежий" парус двигался в том же направлении, что и "Рысь". Вдруг над его бортом что-то мелькнуло. Раздался свист, и камень размером с хороший кулак с хряском вломился в борт драккара со срубленной мачтой. Послышались отчаянные вопли. Драккар осел в воду, окончательно потеряв ход. Волны захлестнули борта корабля, и халогаландцам стало не до преследования. Стурлауг видел, как они пытаются сбросить за борт остатки мачты и вычерпывают заливающую драккар воду.
"Рысь" вдруг круче взяла вправо. Хевдинг оглянулся. Дайн явно держал поближе к русам!
- Что ты делаешь?! - зарычал Стурлауг. - Они прикончат нас даже вернее, чем эти! - Он указал секирой на первый драккар, который подобрался уже почти вплотную к его шнеккеру. Остальные корабли халогаландцев повернули навстречу русам. Ярлам нельзя было отказать в храбрости.
- Русы не станут стрелять в нас из своих камнеметов, - Дайн невозмутимо налег на кормило, - а нам от них не уйти. Ольбард справится с халогаландцами, даже если отправит за нами три лодьи. А ежели мы сами придем к нему, то докажем этим, что не видим за собой вины... Ну, а побежим...
Стурлауг зло сплюнул и отвернулся. Дайн был прав. Но мысль, червем-древоточцем грызшая сердце, не отпускала. "Русы слишком сильны. Ограбят запросто..." По крайней мере сам хевдинг так бы и поступил...
Настырный драккар тем временем снова настиг "Рысь" и шел с ней почти борт о борт. Халогаландцы осторожничали. Хирдманы Стурлауга, хоть и малочисленные, внушали им опасения. О хирде Ингольвсона сложена уже не одна сага. Ярл в позолоченном шлеме, которого Стурлауг заметил раньше, заставил своих воинов образовать вдоль борта стену из щитов, из-за которой стрелки осыпали "Рысь" стрелами, дротиками и камнями из пращей. Щиты гремели громом... Ярл хотел ослабить, насколько возможно, дружину Стурлауга обстрелом, а затем перебить выживших в одной стремительной атаке. Русов ярл в расчет явно не принимал - их отвлекали оставшийся драккар и шнеккер.
Ингольвсон прикинул число врагов. Около восьмидесяти. У него же на борту осталось восемнадцать человек, если считать вместе с ним самим и Дайном, стоящим у кормила. Даже если каждый из хирдманов стоит двоих, а то и троих... Нет, если принять бой здесь, на борту своего корабля, враги просто задавят числом. Палуба "Рыси" слишком просторна. Значит...
Ветер гудел в туго натянутых снастях. Волны с гулом поддавали в днище, осыпая людей каскадами холодной воды. Низкие тучи стремительно неслись над темной водой. "Шторм близится... Если повезет, он спрячет нас от врагов. Но надо выдержать этот последний удар".
Очередная стрела ударила в щит Ингольвсона, пробив твердые доски и высунув сквозь них свое хищное жало. "Один! Не оставь меня в этот миг! Пошли победу, и я отплачу сторицей!!!" Хевдингу почудилось, что в облаках мелькнул всадник на чудесном восьминогом коне18. "Это знамение!"
- Один!!! - взревел Стурлауг, воздев к небесам сияющую секиру. Его воины подхватили клич. В этот самый момент халогаландцы наконец решили напасть.
Глава 7
Еще не вечер...
Эй, Дракон, возлежащий на злате!
Что ты делаешь там один?
Почему так мучительно красен
Твой взор, как кровавый рубин?
Может, лучше забросить все это,
Прогуляться у лона вод?
- Нет! Я чувствую, до рассвета
Ко мне витязь с мечом придет...19
Детская сказка
- Перелет!!! Недолет!.. Накрытие!!!
Савинов, стоя на корме рядом с Ратимиром, корректировал огонь своей "артиллерии". Когда на драккаре халогаландцев рухнула мачта, он испытал ни с чем не сравнимое чувство. Его детище работало! И еще как! Одно дело стрелять по старому парусу, растянутому на плоту с шестами, а другое посреди моря на сильной волне поразить врага вторым снарядом! Расчеты пороков, основательно натренированные еще в Белоозере, работали быстро и точно. Со скрипом крутили вороты, натягивая скрученные воловьи жилы, перебрасывали из рук в руки очередной аккуратно обточенный камень, вкладывали в желоб, целились... "Черт! Жаль, нет бинокля!"
"Бо-ооммш" Очередной снаряд унесся к цели.
- Ветер! Поправку на ветер! - крикнул Сашка. Светловолосый наводчик поднял ладонь в знак того, что слышит. Камнемет дернулся, с гулом выплюнул двухкилограммовый камень. Тот понесся по пологой дуге к потерявшему ход драккару. Хрясь! Пораженный прямо в середину корпуса, корабль совсем потерял ход. Его развернуло бортом к волне. Викинги забегали по палубе, как тараканы. "Что? Не нравится?"
- Молодец, Рысенок! - крикнул Савинов. Парень, услышав похвалу, засмеялся и снова завертел ворот, перезаряжая машину.
Тем временем лодьи русов на левом крыле уже настолько сблизились с двумя оставшимися кораблями халогаландцев, что Савинов приказал прекратить стрельбу и повернуть лево на борт. Оставшиеся у врага драккар и шнеккер, на котором, как подозревал Сашка, находился вождь халогаландцев, подпустив русов поближе, вдруг отвернули влево, осыпая противника градом стрел.
"Хотят оттянуть нас от "Рыси", - подумал Сашка, - надеются, что тогда их дружки успеют выпотрошить рыжего и смыться. Неглупо! Только они не учли - нас слишком много".
Происходящее напоминало ему воздушный бой, где правильное построение, тактика и выбор времени для атаки - залог победы. И дело не только в индивидуальном мастерстве, хотя и в нем тоже...
"Пардус", "Волк" и "Велет" устремились в погоню. Изогнутые носы лодей рубили волну. Яркие паруса на фоне воды смотрелись очень красиво. Однако любоваться было некогда. Сашка оглянулся.