V
Как мир олицетворяет собою радость, так
война является эмблемой, изображением несчастья.
Борт Т-корабля «Старбрайд», прибывающего на Вудсток
Пограничная область Сарна, Федеративное Содружество
30 мая 3057 г.
Глядя в иллюминатор Т-корабля «Старбрайд», Ларри Акафф испытывал внутреннюю дрожь. Внизу под тонким покровом облаков медленно вращался Вудсток – планета, которую он покинул семь лет назад, добровольцем уйдя на войну с кланами. В равной мере наделенный земной сушей и океанами, Вудсток являлся благословенным миром богатства и изобилия. Удачная торговля делала доходы населения более высокими, нежели на других планетах Федеративного Содружества, и значительно превышающими доходы жителей любой другой планеты пограничной области Сарна.
В тот день, когда Ларри покидал Вудсток, стояла сумрачная, штормовая погода. Оказавшись на Т-корабле, направлявшемся к зоне военных действий Содружества Лиры, государства, ставшего неотъемлемой частью Федеративного Содружества, он лишь мельком успел увидеть родную планету. В темных тучах блистали молнии, и казалось, что сама планета протестует против собранного Т-кораблем человеческого урожая.
Ларри улыбнулся. Он вспомнил одну из тех забавных мыслей, которые часто приходили ему в голову, когда он был еще юн и романтичен. Тогда Ларри верил, что отъезд с Вудстока является началом великого приключения. Но все это было до того, как его причислили к 10-й Лиранской гвардии – той самой, в рядах которой числился и юный принц Виктор Дэвион. Немало часов провел Ларри в мечтах, представляя, как он плечом к плечу сражается с принцем, вышвыривая кланы с захваченных ими планет и отбрасывая врагов в космическое пространство, из которого они явились.
А после поражения кланов ему предстояло героем вернуться на Вудсток. Тут он находил себе жену и, как и отец после прекращения четвертой войны за Наследие, вставал на ноги и обзаводился семьей. У него выросли бы здоровые и крепкие дети, и если будущая война потребует одного из них, он пошлет этого ребенка в сражение, напутствуя мужественными словами и крепкими объятиями, как сделал это отец, когда Ларри покидал Вудсток.
Дотронувшись до внутреннего стеклянного покрытия иллюминатора, Ларри ощутил холод космической пустоты, напоминающий холод войны. Сражения с кланами на Элайне выжгли из него все романтические фантазии о войне и мечты о нормальной жизни. Война оказалась машиной, механизмом, жадно пожирающим людей, чтобы изрыгнуть их обратно в виде трупов или калек… Война – это трусы, демагоги и герои, даже великие герои. Война никого не оставляет прежним, и когда она добирается до тебя, то, обрушиваясь с силой молота, лупит и лупит, пока ты не побежишь или не сломаешься.
Ларри понимал, что хоть война и не сломала его, но дело к тому подошло. Вышибленный из своего боевого робота на Элайне, он несколько дней бродил без цели, пока клановцы не взяли его в плен и не отправили в Ком-Стар, где он очутился в рабочем лагере. Раны Акаффа, хотя и легкие, плохо заживали из-за скудной пищи, а временами она и вовсе отсутствовала. Многие заключенные умерли от ранений, исцеление которых при соответствующем медицинском уходе и приличном питании было бы легким и скорым.
В первый же день по прибытии в лагерь артиллерийской базы Танго-Зефир Ларри поклялся выжить, несмотря ни на что. Лагерные операторы Ком-Стара охотно предоставляли привилегии тем, кто изъявлял желание изучать квазимистическую доктрину и следовать их примеру. До этого Ларри уверенно полагал, что Ком-Стар является благотворительной организацией, осуществляющей коммуникационную межзвездную связь. Но на Танго-Зефире именно они охраняли несчастных военнопленных и позволяли воинам кланов охотиться за оставшимися бойцами Федеративного Содружества. Одновременно лагерные операторы предлагали истощенным пленникам переучиваться, проповедуя преобладание и верховенство обитателей Внутренней Сферы над кланами и обещая, что в будущем кланы будут подчиняться Ком-Стару.
Это радужное будущее не впечатляло Ларри, поскольку нигде не говорилось о свободе тех обитателей Внутренней Сферы, которые не согласятся преклонить голову перед Ком-Старом. И он решил не поддаваться воле адептов Ком-Стара и даже помышлял о побеге, но голод и стукачи среди пленников создавали большие трудности для побега. Попытка обрести свободу наказывалась заточением в небольшом ящике, который был открыт любой непогоде.
Все три дня, что Ларри провел в этом ящике, дождь лил не переставая. Акафф заболел, заболел серьезно. Но надсмотрщики не собирались лечить пленного.
Он должен был умереть, но не умер. Умерли романтика и оптимизм его юности. Ларри решил, что если, подобно многим заключенным, опустится до жалости к себе, то тем самым позволит Ком-Стару праздновать победу над собой. И он поклялся, что если когда-нибудь и обретет свободу, то отнюдь не в такой вселенной, которую расписывали тюремщики.
Затем появились Кай Аллард Ляо и элементал из кланов, Таман Мальтус, и освободили пленных из Танго-Зефира. Они помогли выжившим похоронить умерших и позаботились о том, чтобы вывезти уцелевших пленников на планеты Федеративного Содружества, где те проживали до вторжения кланов.
Но Ларри понимал, что вторжение кланов изменило его, и он уже никогда не станет прежним романтичным юношей.
– Приземляемся через полчаса, мистер Акафф. – Ему улыбнулась дежурная в форме «Вудеток Спэйс-Транс». – Надеюсь, путешествие на нашем корабле вам понравилось?
– Да, весьма, благодарю вас, – улыбнулся в ответ Ларри.
«Старбрайд» встретился с Т-кораблем «Лаксингзе» у нижней прыжковой точки звездной системы, откуда шаттл мог перенести пассажиров на четвертую планету системы. Вообще-то Ларри направлялся на Сент-Ив, на церемонию венчания Кая Алларда Ляо, но решил остановиться на Вудстоке, повидаться с родственниками.
– Прошу прощения, вы едете на Вудсток поразвлечься?
Он покачал головой.