Разумеется, иногда одна из сторон конфликта (в случае, если одним из участников конфликта является государство - это государственные органы в некоторых других случаях - международные организации) может навязать другой стороне или обеим сторонам свое решение конфликта, которое им представляется верным. Однако в этом случае одна из сторон будет считать себя побежденной и готовить силы для реванша.
1 Galtung J. Conflict Transformation by Peaceful Means/ The Mini-Version - United Nations, 1998
Еще один путь работы с конфликтом - его трансформация. Этот путь наиболее эффективен тогда, когда в данных конкретных условиях не представляется возможным разрешить или урегулировать конфликт. Если невозможно разрешить проблему, необходимо ее изменить.
Наиболее вероятным такое развитие событии является в условиях кардинального изменения среды протекания конфликта, и в этом случае трансформация конфликта может произойти и без целенаправленного управляющего воздействия. Однако такие изменения не обязательно будут иметь своим следствием конструктивную направленность эволюции конфликта, кроме того, потребность в трансформации конфликта наиболее велика как раз в условиях затяжных конфликтов, которые чаще всего формируются на фоне "окостенения" социальных процессов. Поэтому в большинстве случаев трансформация конфликта предполагает активное управляющее действие участников конфликта, включая посредников.
Наиболее распространенным вариантом трансформации этического конфликта является его "канализация", т.е. перевод энергии конфликтного взаимодействия в другое русло. В конструктивном смысле трансформация этнического конфликта предполагает разложение не решаемой проблемы в отношениях между этническими группами в более мелкие и решаемые проблемы. Этот подход можно назвать технологической редукцией этнического конфликта которая предполагает раздельную работу по нескольким реальным и жизненным вопросам, входящим в основную проблему конфликта, причем важно, чтобы это были решаемые в данных конкретных условиях вопросы и по ним могли бы быть достигнуты конкретные результаты. Одним из важнейших смыслов этой работы является налаживание коммуникации между конфликтующими этническими группами, преодоление отчуждения и враждебности, возникновение чувства реальности решения проблем в отношениях между сторонами.
Однако такое развитие событий является желаемым и возможным, но не гарантированным. Трансформация конфликта "изнутри", т.е. самими участниками конфликта, с возможным участием посредников, предполагает, что участники готовы к такой работе с конфликтом и понимают бесперспективность дальнейшего открытого противоборства. В качестве предпосылки такого изменения настроений конфликтующих сторон обычно выступает осознание невозможности односторонней победы в конфликте, на которую стороны ориентировались ранее.
Именно путь трансформации конфликта избрало российское руководство в чеченском кризисе, причем, скорее всего, интуитивно. Уже весной и в начале лета 2000 г. ведущие российские политики федерального уровня и военные стали говорить о необходимости перехода от военного к политическому этапу урегулирования конфликта. C этого периода стали активно применяться меры, скорее характерные для этапа постконфликтной реабилитации, чем этапа урегулирования и разрешения конфликта. Между тем основная проблема, которая лежала в основе конфликта - проблема чеченского сепаратизма, - так и осталась неразрешенной. Постепенное возвращение Чечни в политическое, экономическое и правовое поле Российской Федерации означает безусловный политический и военный проигрыш чеченской стороны в конфликте, делает бессмысленной десятилетнюю борьбу, в которую на отдельных этапах вовлекалась значительная часть чеченского народа. Но эта проблема неразрешима в принципе, если под разрешением понимать исход конфликта по принципу "взаимный выигрыш".
В данном конфликте, как и в большинстве других конфликтов, основанных на этническом сепаратизме, наиболее вероятен исход с "нулевой суммой". В конфликтах, основанных на сепаратизме, чаще всего одна из сторон будет проигравшей, и трансформация такого конфликта связана с приспособлением проигравшей стороны к новым (или чаще всего прежним) условиям существования. Конструктивной стороной такого процесса может быть осознание государством, испытавшем проблемы сепаратизма в острой форме, своей доли вины за развитие сепаратизма в собственной стране, неадекватности проводимой национальной политики и назревшей потребности ее существенного изменения. К сожалению, как показывает опыт 1990-х годов с массовыми вспышками сепаратизма в различных частях света, основная реакция со стороны государственных структур - силовое подавление проявлений сепаратизма, не сопровождающееся существенными изменениями в национальной политике.
Достаточно часто стороны конфликта, особенно если одной из сторон являются государственные структуры, прибегают к тактике замораживания конфликта. Причин для такой позиции достаточно много и все они вполне понятны - никто не хочет, ввязываться в конфликт, брать на себя ответственность за его исход. Тем более властные органы периодически проходят через процедуру выборов, и оказаться к очередному выборному марафону в состоянии открытого конфликта с какой-либо этнической общиной конечно же, не выигрышный вариант. Однако иногда замораживание конфликта имеет позитивные следствия: конфликт может угаснуть. Это наиболее вероятно в том случае, когда конфликт имеет "смещенный" или мнимый характер. При "смещенном" конфликте участники конфликта обозначают другие объекты, и предметы конфликта, а не те, которые объективно породили конфликт (в этом случае важную роль может сыграть позиция эксперта этноконфликтолога, который имеет возможность показать объективную базу конфликта, тем самым "рационализировать" конфликт и способствовать его урегулированию). Что касается мнимого конфликта, то таковым является конфликт, не имеющий под собой объективной базы. В этом случае главным становится процесс конфликта, а не интересы или ценности, за которые борются стороны конфликта.