Больше ему вопросов не задавали; лишь мать его, далекая от политики, посетовала:
- Ты, Петенька, и так щедро всем помогаешь. Теперь, как я поняла, хочешь еще поддерживать всякие эти... общественные движения. Они же все... демагоги и обманщики! Знаешь, а по-моему, помогать нужно только культуре нашей, да еще церкви. Они хоть как-то, сколько могут, поддерживают в обществе здоровье духовное. А то ведь посмотри - в каком состоянии у нас нравственность... грубая сила кругом господствует... Да что там говорить! Она умолкла.
- Не беспокойся, мамочка, обманщикам ничего от меня не достанется! весело заверил Петр. - А насчет церкви... ты подала хорошую идею. За этот год, как мне сообщили, получена большая прибыль - могу сделать пожертвование... на богоугодное дело.
И ласково взглянул на мать.
- Давай, может быть, сделаем так: поможем восстановить какой-нибудь старинный храм... вот здорово! И там... устроим наше венчание! Как вам эта идея? - воодушевленный, обратился он к родным.
Все дружно закивали. Так вопрос о его женитьбе на Даше, о месте венчания оказался окончательно решенным.
Восьмипалубный красавец - океанский лайнер "Астор", водоизмещением более двадцати тонн, плавно рассекал воды Индийского океана. На борту его отправились в кругосветное путешествие около шестисот пассажиров; экипаж триста человек. Круиз начался в Ницце; Петр и Даша присоединились к туристам только в Бангкоке - прилетели в столицу Таиланда за день до прибытия лайнера.
Подходила к концу вторая неделя их незабываемого путешествия Остались позади величественный Сингапур; красочные, экзотичные Индонезия и Таиланд; душный Мадрас; живописный Коломбо. Впереди - изумительные Мальдивы - там. где Петр и Даша намеревались, отказавшись от экскурсии, весь день провести на пляже.
Все время круиза пролетело для них как один день, (вернее, одна длинная ночь): первое время они почти не покидали своей роскошной каюты. Истосковавшись, наслаждались своей любовью без устали, выбираясь из постели, только чтобы поесть в ресторане. В Сингапуре вышли часа на два - проехались но городу; Малайзией любовались с борта судна; только на Суматре впервые присоединились к экскурсии.
- Не понимаю - как я могла жить без тебя, Петенька! - изнемогая от наслаждения в его объятиях, жарко шептала Даша со слезами невыразимого счастья. - Мы ведь самой природой созданы друг для друга!
- Да, да, Дашенька, да, - сто тысяч раз! благодарно, страстно отзывался он, покрывая поцелуями ее тело. - Только сейчас понял до конца: ни с кем, кроме тебя, не мог бы быть по-настоящему счастливым!..
- И... с ней тоже?.. - невыносимо ревнуя, она затрагивала запретную тему - и тут же молила: - Прости, прости! Ну ничего не могла с собой поделать! Не буду больше...
Петр понимал ее чувства, не сердился.
- Скажу тебе правду: теперь уже сознаю, что и с ней тоже... да, несмотря на ребенка... Это другое... я надеялся на это. Ведь... я ее любил... Как тебе это объяснить?.. Немного не так, немного по-другому, чем сестру... Трудно это передать...
- Нет! Ты мой! Никогда, никому больше тебя не отдам! Вот и Бог на моей стороне! - И Даша с новой страстью привлекала его к себе.
Поглощенные друг другом, они сторонились спутников. А многие стремились познакомиться и завязать контакты с этой красивой и, судя по всему, богатой парой. Только к концу второй недели путешествия они стали по вечерам посещать концертный зал и дискотеку.
Мальдивы с первого взгляда очаровали пышной тропической растительностью, великолепными песчаными пляжами. С самого утра, как только с "Астора" спустили трапы, пошли купаться, вернулись на борт лайнера всего за полчаса до отплытия, - даже пообедали на берегу, в маленьком, уютном ресторанчике: отведали блюда местной кухни.
Дальнейшее путешествие сопровождалось меньшей экзотикой. Йемен и Суэцкий канал не произвели особого впечатления, как и египетский Порт-Саид, где решили сойти на берег. Но, прежде чем покинуть "Астор", поехали вместе с другими туристами в Каир - посмотреть на сфинкса и пирамиды.
В Каире больше всего запомнились сокровища Национального музея: огромное количество золота, собранное в одном месте. А вот пирамиды разочаровали. Сами по себе эти причудливые, овеянные тайной сооружения, охраняющий их сфинкс великолепны. Но все портили невзрачные, неблагоустроенные окрестности, голые, замусоренные пески и назойливые погонщики верблюдов.
Лайнер поплыл в Италию, а Петр и Даша, договорившись с турагентством, отправились в Израиль, намереваясь посетить святые места в Вифлееме, Иерусалиме и Галилее. В Галилее - заветная цель: Даша решилась креститься в реке Иордан. В детстве ее крестили на Алтае родители матери - старообрядцы, и теперь ей захотелось повторить это здесь по православному обычаю.
В Иерусалиме стояла майская жара, в белокаменном городе настоящее пекло Зато побывали на Голгофе, съездили в Вифлеем поклониться колыбели младенца Христа; повсюду, глядя на каменистую, выжженную солнцем землю, восхищались трудолюбием и искусством израильтян: оделись зеленью прежде голые склоны гор, выросли фруктовые сады на песках и болотах.
Зато Галилея показалась совсем другой страной. Климат уже не такой жаркий; живописные холмы и горы покрыты пышной зеленью; попадающиеся всюду красивые, опрятные поселки прячутся в тени деревьев, а не жарятся, открытые со всех сторон солнцу.
- Здешние виды напоминают Северный Кавказ, правда, Петенька? - заметила Даша, озирая окрестности из окна микроавтобуса, мчавшего их к реке Иордан. В этой части страны я, пожалуй, могла бы жить, а на юге, под палящим солнцем, ни за что на свете! Хоть это и святая земля.
- Но местные жители там, по-моему, неплохо устроились, не согласился Петр. - Все вроде каменисто и голо, но во дворах много зелени, на крышах высоких домов, в пентхаузах - кусты и деревья.
- Они там в кадках растут, как ты думаешь? - подивилась Даша.
- А какая разница? Зелено, тень есть. И потом, везде у всех работают кондиционеры.
- Все равно я бы здесь жить не хотела, - осталась при своем мнении Даша.
Река Иордан оказалась совсем узкой, с почти стоячей водой, но место для крещения живописное, отлично благоустроено. Обряд выполняли группой, каждому выдавалось специальное одеяние. В реку вел кривой, ступенчатый коридор разной глубины. Даша прошла все ступени и окунулась в самом глубоком месте. На прощание сфотографировались на фоне Иордана и довольные тронулись в обратный путь.