- Вы правы, сэр Эгберт. И все же она меня беспокоит.
- Из-за моего идиотика? Не волнуйтесь, дорогая Вивиан. Джулиана даже в девятнадцатом веке можно было бы отпускать с молодыми девицами в темный лес. Абсолютно безвреден.
- Что-то он рьяно взялся ухаживать...
- А я вам скажу почему. Помните, Сью выдала историю о якобы семейной реликвии Иорков? О бриллианте, который дарят дочерям Йорков, рожденных от дочерей, и что-то еще в этом роде? Кстати, идея великолепная. Всегда можно свалить отсутствие бриллианта на генеалогическую путаницу. Так вот, мой белокурый придурок наверняка возмечтал наложить лапу на эту драгоценность. У него слабость к бриллиантам и титулам, именно в такой последовательности.
- Сэр Эгберт, Джулиан нечист на руку?!
- Ну что вы! Для этого надобен какой-никакой характер, сила воли, ум, наконец. Мой секретарь влюблен в бриллианты пылко и страстно, но вполне платонически, что не мешает ему мечтать о законном браке с нашей девочкой, каковым он удовлетворит и вторую свою страсть - к титулам...
- Сэр Эгберт! Вы что, забыли?
- Ничего не забыл. Все помню. Но приберегаю в качестве крайнего средства. Кому плохо? За девочкой ухаживают, она от этого расцветает. Джулиан учится любить людей - глядишь, пригодится. Если дело зайдет слишком далеко, из кустов выскочим мы. Хлоп! И девочка спасена. Все продумано, дорогая Вивиан.
Леди Милтон недовольно покачала головой.
- Я вовсе не уверена в этом, сэр Эгберт. А если Сью действительно влюбится в него? Это будет для нее ударом.
Сэр Эгберт снисходительно посмотрел на молодую женщину.
- Леди Милтон, вы умнейшая женщина Англии, но сейчас городите, извините меня, чушь. С Джулианом можно проделывать массу интересных упражнений. Можно орать на него, заставлять работать, можно даже заставить его раскладывать пасьянсы, которые он ненавидит. Нельзя с ним делать только одного. Любить его. Любите ли вы херувимов на картинах старых мастеров? Они вам доставляют эстетическое наслаждение, возможно, даже возбуждают в вас некие чувства, но любить их нельзя. Нет, нет и еще раз нет! Сью в полной безопасности.
***
Наступил праздничный вечер. Сью с решительным и несколько сердитым видом вызвала к себе Вивиан и потребовала, чтобы та превратила ее в красавицу.
- Я должна быть красавицей, понимаешь? Такой, чтобы никто, никто на свете даже и не подумал выставлять меня из каюты!
- Что-о?
- Ничего. Это я так. Для гиперболы. Вивиан, пожалуйста! Я должна сегодня убить всех. Посмотри на платье и начинай.
Вивиан задумчиво разглядывала золотистую парчу и легкий шелк того же оттенка. Невесомую бабочку с золотыми крылышками, присевшую на плече. Легкую шаль, словно сотканную из золотого лунного света. Смотрела на почти невидимые золотые босоножки, одну из немногих дорогих покупок Сью перед отъездом. На золотой браслет с топазами, на тонкую цепочку. На саму Сью, взъерошенную, худенькую, хорошенькую и злую.
В голове Вивиан постепенно рождался образ. Она медленно раскрыла увесистую косметичку, ласково, почти нежно провела рукой по золотистым и матовым футлярам, коробочкам и тюбикам, потом властно указала Сью на табурет.
- Садись. И молчи.
Все было необычно. Помада и румяна на веки, тени и карандаш для глаз на губы, штрихи темной пудры на скулы, золотые блестки на виски и шею...
Потом золотая парча упала на плечи, легкий газ окутал облаком волосы, таинственно сверкнули топазы на узком смуглом запястье...
Принцесса из сказки снова смотрела на Сью из зеркала, только сказка была уже другая. Не наивная Русалочка, а уверенная в себе красавица, сама выбиравшая себе женихов и загадывавшая им смертоносные загадки...
Сью моргнула, и видение исчезло. Вивиан смотрела на нее с тревогой и непонятной грустью.
- Ви, это здорово. Еще лучше, чем в прошлый раз. Ты почему так смотришь?
- Ты выросла, девочка. Тебе больше не нужна дуэнья.
- Мне нужна подруга, Вивиан. А дуэнья... она не была нужна мне лет с пяти. Я ведь из приюта. Там быстро взрослеют и быстро учатся самостоятельности. Сегодня будет отличный вечер. Конец моей сказки.
- Звучит не очень.
- Почему? Все сказки должны заканчиваться. Если их долго тянуть, они могут лопнуть.
- Сью, ты мне не нравишься. Что-то происходит...
- Одевайся, Ви. Сегодня мой прощальный бал...
***
И бал удался. Так считали все, за исключением Сью. Потому что подлый Майкл Беннет просто-напросто не явился!
Теперь некому было демонстрировать свое веселье, свою независимость и неотразимость, свое полное равнодушие к смуглолицым бандитам. Сью пила шампанское и противно хохотала, чтобы не разреветься от злости. Надо же так испортить ей месть!
В это самое время леди Вивиан Милтон стучала в номер к Майклу Беннету.
- Открой, я знаю, что ты здесь.
- Ви, отвали. Я сплю. У меня мигрень.
- У тебя не бывает мигрени! У тебя дубовая голова.
- Ей тоже нужен покой. Я вчера выпил плохого виски...
- Ты за последнюю неделю выпил ВСЕ плохое виски на этом корабле, так что не ври. Почему ты не идешь?
- Не хочу.
- Не будь ребенком, Майкл!
Дверь распахнулась, и Вивиан предусмотрительно отступила на шаг. Голый до пояса Майкл Бен нет нахально смотрел на леди Милтон, подругу своего детства.
- Опять благодетельствуешь, Ви?
- Она тебя ждет, дурак.
- Она меня не ждет и никогда ждать не будет. Я уже смирился с этим, принял к сведению - и ладушки. Я же не обязан смотреть на этого белокурого идиота во фраке? На сэра Эгберта, которого я и так видел чаще, чем собственного отца. На тебя, чтоб ты провалилась.
- Это ее последний бал. Она собирается кое-что сообщить...
- Ви, я дурак, но не слабоумный. Ты о приюте святой Магдалены? Я знаю. Удивлена? Не ожидала от меня такой сообразительности? Или ждала другой реакции? Ви, мне плевать, откуда она взялась, хоть из канавы. Я люблю ее, понимаешь? И я не могу смотреть, как она танцует с другим. Она выбрала его очень хорошо. Я обрадуюсь ее счастью, но возненавижу его. Когда-нибудь потом я найду в себе силы стать ей другом и братом, но сейчас я слишком сильно хочу быть ее мужчиной, а это невозможно! Поэтому... иди отсюда.
- Просто поднимись наверх - и все поймешь сам. На десять минут, Майкл. Ради нашей дружбы.