А может, и не спросит? Или покажется убедительным, что он решил подзаработать на "Мицубиси"? Молодежь ныне пошла тщеславная, желает иметь все броское, престижное. А этот пижон ещё за дочкой мэра вздумал ухаживать - Светлана непременно рассказала о своем увлечении матери, а та - отцу.
Эта мысль несколько остудила разгоряченную голову, и Анатолий, постояв на верхней палубе ещё минуты три, спустился в салон. Стал искать взглядом Сидорова или Дырдыру. Ни того, ни другого в кубрике не было. Значит, у капитана.
И отступать было поздно - не выпустят с корабля. Оставалось положиться на милость Божью и ждать. Он пошел в гальюн и передернул затвор пистолета, загоняя патрон в патронник. Так просто они его не возьмут. Плохо и то, что он не знает, кто его прикрывает. Правда, вряд ли ему можно помочь.
Вернувшись в салон, Анатолий увидел Сидорова и Дырдыру. По их злым взглядам понял, что им крепко досталось. Скорее всего им и поручили ликвидировать его. Он протиснулся к ним и, словно ничего не случилось, спросил весело:
- Вы чего носы повесили? Тайфун напугал или контрабандисты? Как говорил батько Махно: "Прорвемся, братцы".
Недавние муниципалы переглянулись, и по их лицам нетрудно было прочитать - они злорадствуют его неосведомленностью, предвидя скорую расплату.
- А ты чего развеселился, успел хватить? - Сидоров щелкнул себя по горлу.
- Угадал, - соврал Анатолий. - Мэр города господин Гусаров угостил. Вам он не поднес?
Сидоров и Дырдыра снова переглянулись. Сидоров с усмешкой покачал головой.
- Трепло. Может, он специально приезжал пожать тебе на прощание руку?
- И тут ты угадал. У тебя случайно бабка не цыганка?
- Случайно не цыганка, армянка. По моему носу видно. А вот кто ты, на кого работаешь, надо ещё выяснить.
- Только и всего? Идем на палубу, я тебе все расскажу. Здесь тесно и шумно. - Анатолий ещё рассчитывал, пока не ушел катер и если трап свободен, пробиться на пирс. Cидорова и без пистолета он может уложить приемом каратэ.
Только он так подумал, как корабль вздрогнул,загудели моторы, и свет с пирса, падавший в иллюминаторы, поплыл по салону. Корабль уходил от причала.
- Мы ещё успеем поговорить, - многозначительно пообещал Сидоров.
Минут через пять в салон зашел капитан.
- Прошу внимания, господа, - обратился он к присутствующим. - Тем, кто не знает цели нашего сегодняшнего выхода в море, поясняю. Мы должны перехватить один катер с контрабандным товаром. Задействован не только наш корабль, но и другие пограничные сторожевые корабли. Ваша задача. Если мы первыми обнаружим катер, команда во главе с капитан-лейтенантом Буровым высаживается на катер и производит досмотр. Возможно, контрабандисты имеют оружие и могут оказать сопротивление, что маловероятно. Вы должны быть готовы опередить противника. Если сведения о контрабанде подтвердятся, команду арестовать, а капитан-лейтенант ведет катер к берегу. Вот и вся операция. Какие будут вопросы?
Вопросов не было.
- В таком случае сейчас вам по традиции лучших времен нашего доблестного флота дадут по сто граммов, - более весело продолжил капитан. Желаю успеха.
И вышел. А вместо него вошел мичман, выдававший бушлаты, везя за собой походный столик с закуской и уже налитыми стопками, стоявшими в специальных ячейках, чтобы не разлетелись от качки. Новоявленные моряки загудели и набросились на угощение. Анатолий решил не пить, хотя сообщение о задействовании других пограничных кораблей в поисках катера с контрабандистами сильно озадачило его. Ошибся? Никакого перехвата катера губернатора с деньгами не планируется? Обычное задержание контрабандистов? Но зачем на военном катере эта сборная команда из таких, как Сидоров и Дырдыра?.. Или капитан врал, или Анатолий чего-то не понимал.
- А ты чего не берешь? - рядом с ним оказался Сидоров. По другую сторону - Дырдыра. - Официантов здесь не положено. Могу поухаживать. - И Сидоров взял со столика стопку, протянул ему.
Анатолию ничего не оставалось, как взять стопку.
К ним подошли ещё двое, один кавказской национальности, бесцеремонно протянул Анатолию руку.
- Симонян Артем.
Анатолий назвал себя.
Представился и второй:
- Александров.
- По кавказскому обычаю: за друга, который в бою не подведет, телом своим от врага прикроет, - провозгласил тост Симонян и осушил рюмку. Анатолий, Александров и Дырдыра последовали его примеру. - Что для настоящего мужчины сто грамм? - закусив, начал философствовать Симонян. - Я предвидел эту хреновину и прихватил на всякий случай нашего армянского коньяку. - Он достал из внутреннего кармана плоскую бутылку. Откупорил и налил в стопку Дырдыре. Анатолий убрал свою за спину.
- Больше не могу. При такой качке меня вырвет.
Качка действительно была сильнейшая - корабль бросало вверх, вниз, с борта на борт, как самолет, попавший в грозу - Анатолий испытал это в первый год своей летной службы. Тогда ему еле удалось вырваться из объятий стихии. Удастся ли теперь? Люди страшнее стихии. Из грозового облака он вывел машину, воспользовавшись нисходящим потоком воздуха. А чем и как воспользоваться здесь? Противники не отходят от него ни на шаг, не оставляют ни на минуту. Когда и как они рассчитывают убрать его? Когда выйдет на палубу? Скрутят и выбросят за борт? Возможно. Но наиболее удобный момент представится очевидно, когда будут высаживаться на катер с контрабандистами...
Кто же прикрывает, как его найти? Анатолию вспомнилась схожая ситуация в Чечне. Тогда он тоже попал в очень сложное положение. Правда, не по своей вине, а по своей доверчивости влип в ловко расставленные сети: по радио он услышал призыв о помощи, якобы командир нашей разведгруппы попал в засаду душманов, тяжело ранен его помощник лейтенат Сероглазов, просил срочно его забрать. И обозначил место зеленой ракетой. Ничто не вызвало у Анатолия подозрения - он знал о разведгруппе, не раз слышал фамилию лейтенанта Сероглазова. А оказалось это душманы работали на нашей волне. Хорошо, что в группе моджахедов находился наш контрразведчик. Он-то и пришел в нужный момент на помощь. Теперешний же сообщник даже не догадывается, что Иванкин разоблачен и часы его, а возможно, и минуты сочтены. Потому надо надеяться только на себя, рассчитывать на свои силы.
- Тоже мне моряк, - съехидничал Дырдыра. - Зачем же соглашался в такую погоду лезть на корабль?
- Да вот твой друг уговорил, - с улыбкой кивнул Анатолий на Сидорова.
- Уговорил, - сверкнул черными глазами Сидоров. - Я же не знал, что ты с самим мэром города за панибрата, коньяки распиваешь.
- Я с дочкой его дружу, скоро зятем буду, - подтвердил Анатолий. - На свадьбу вас приглашу.
Cидоров снова переглянулся с Дырдырой, сказал с усмешкой:
- Ну, до свадьбы дожить ещё надо.
Их разговор прервал капитан-лейтенант, призвавший всех к тишине и начавший инструктаж поименно, кому и что надлежит делать, какое оружие получить у мичмана. Фамилию Анатолия не назвал, то ли пропустил, то ли в том списке, который он держал в руках, её уже не значилось. Уточнять Анатолий не стал.
Когда Сидоров и Дырдыра вышли из салона в кубрик, чтобы получить автоматы и спасательные жилеты, Анатолий проскользнул в матросскую каюту, в которой оказалось только двое спящих, - на что он и рассчитывал, - и открыл первый попавшийся рундучок. Нащупал рукой пробковый пояс и спасательный жилет. Затеплилась надежда на спасение. Надо будет только суметь взять жилет, когда поступит команда садиться в лодку. Сидоров и Дырдыра примут участие в досмотре катера. Кто же останется охранять его?
Он собрался было выходить из каюты, как услышал голос Сидорова:
- Его надо разоружить.
- Не надо, - возразил Дырдыра. - Он сразу догадается, что ему не доверяют.
- Он догадался, как только увидел на корабле мэра.
- Откуда он знает, что мэр заложил его?
- Так это ж дураку ясно: советник губернатора - и в команде налетчиков. И слыхал, какую фамилию назвал мэр? А нам он представился Иванкиным.