Победой у Карабалы арауканы на целых триста лет возвращают себе независимость. Испанцы, правда, еще пытались удержать к югу от этой пограничной реки города - Вильяррику и Ла-Империал. С 1598 по 1600 год арауканы упорно осаждали Ла-Империал. В 1600 году испанцы вынуждены были его покинуть. На арауканской территории оставался только один испанский город - Вильяррика. В 1602 году после долгой осады и он был занят арауканами.
Война с «Ахиллами Америки» истощала силы Испании. Колониальные солдаты отказывались служить в Чили. Это была дорогая, бесперспективная война. В конце концов испанские завоеватели сами предложили арауканам заключить соглашение о взаимном ненападении и обязались не переступать Био-Био. В 1641 году в Кильине впервые велись мирные переговоры между испанцами и арауканами.
Несколько попыток испанцев нарушить соглашение и вновь проникнуть в Арауканию (например, в 1723 году) закончились их поражением. Итак, на протяжении XVII, XVIII и значительной части XIX века в Южной Америке существовало индейское государство! Испания даже попросила арауканов прислать в Сантьяго своих дипломатических представителей. Предложение было принято, и в 1744 году в Сантьяго-де-Чили действительно приехал первый арауканский посол. Кроме того, каждые десять-двадцать лет созывались многолюдные «арауканские парламенты», во время которых обе стороны публично подтверждали обязательство сохранять мир. Последний такой парламент происходил в 1803 году. А через 15 лет, как известно, испанскому колониальному владычеству в Чили и на всем Американском континенте пришел конец.
У Чилийской республики в первые пятьдесят лет ее существования не было достаточно сил, чтобы покорить арауканов. И еще на протяжении полустолетия - до 60-х годов прошлого века - арауканы жили, в сущности, так же, как прежде. Конец арауканской независимости связан с именем французского авантюриста Антуана Орли де Тунана, которому мы должны уделить некоторое внимание.
Антуан Орли де Тунан родился в 1825 году в Ла-Шез, в Дордони, и, следовательно, был земляком Сирано де Бержерака. Молодой гасконец окончил факультет права, стал адвокатом, но занятия юриспруденцией ему не нравились. Его увлечение описаниями путешествий и книжками об индейцах привело к тому, что спустя несколько лет он отказывается от адвокатской практики в Перигё и уезжает в Южную Америку. Спустя несколько месяцев мы действительно встречаем его среди индейцев - в Араукании. Поскольку Орли проявил сочувствие антииспанской борьбе арауканов, он был принят ими исключительно дружественно. Один из вождей, Мангил, усмотрел в нем человека, европейское образование которого могло бы принести большую пользу арауканам, способствовать их культурному развитию и помочь создать современное арауканское государство. Орли с воодушевлением ухватился за эту идею, прежде всего в корыстных интересах. И когда, по предложению Мангила, его избрали верховным белым токи арауканов, Антуан Орли де Тунан с согласия большинства арауканских вождей, не понимавших возможных последствий этого акта, провозгласил Арауканию королевством, а себя королем! Он принял имя Орла Первого, дал Араукании конституцию, являвшуюся точной копией основного закона Третьей империи, сформировал «правительство», всенародное собрание арауканов хотел заменить Национальным собранием, в котором каждый депутат должен был представлять 50 тысяч избирателей, и т. д. А так как в то время Патагония еще не находилась под реальной властью Аргентинской республики и частью Патагонии продолжали владеть ранкелче - аргентинские арауканы, Орли Первый «присоединил» Патагонию к Араукании и создал Объединенное королевство Араукания и Патагония. Чилийская республика, следовавшая традициям колониальной Испании, признала независимость Араукании и не имела, в сущности, права воспрепятствовать созданию арауканского королевства. Но когда однажды «арауканский король» оказался на территории Чили, чилийская полиция арестовала его и, невзирая на «королевский сан», выслала по этапу во Францию. Орли надеялся, что на родине ему удастся склонить к поддержке идеи арауканского королевства Наполеона III, имевшего в отношении Латинской Америки вполне определенные и далеко идущие намерения, что впоследствии привело к французской авантюре в Мексике. У Орли были все основания считать, что французский император заинтересуется еще одной формально независимой территорией в Южной Америке, которая, разумеется, находилась бы под безраздельным французским влиянием. Однако император отверг предложения Орли.
Вместе со своим новым другом Планшю, тоже адвокатом, Орли вернулся в Арауканию. Как это ни удивительно, арауканы приняли своего самозваного «белого короля» с большим воодушевлением. Впрочем, Орли Первый (в чем ему не откажешь) умел снискать их расположение: вождей он возвел в ранг министров, заслуженных воинов наградил орденами и медалями и - что особенно импонировало индейцам - в декабре 1861 года, когда стране угрожало чилийское вторжение, быстро мобилизовал всю Арауканию.
Но грезы самозваного «короля» вскоре были развеяны. История повторилась. За границами Араукании чилийские власти вновь его арестовали и даже хотели судить в военном трибунале. После вмешательства французского консула арауканский «король» был вновь выслан на родину. Однако Орли Первый отличался настойчивостью. Через несколько лет он снова прибыл в Арауканию. Опять к нему со всех сторон стекались арауканы, опять он поднял арауканский сине-бело-зеленый флаг и свой государственный герб - стальной крест со звездами. Но чилийские войска вступили на территорию Араукании, и в июне 1871 года «королю» пришлось окончательно покинуть свою «державу». В Араукании дело Орли продолжал его друг Планшю, который позднее был умерщвлен при весьма подозрительных обстоятельствах. А поскольку Чилийская республика во второй половине XIX века значительно усилилась, между тем как волю арауканов к сопротивлению теперь подрывали католические миссионеры, получившие в новом королевстве широкую свободу действий, через четыре года после смерти Орли Араукания была наконец присоединена к Чили.
Так завершилась длившаяся 330 лет народно-освободительная борьба самых мужественных индейцев - арауканов.
ОТ ОГНЕННОЙ ЗЕМЛИ ДО КАРИБСКОГО МОРЯ
Арауканы были наиболее многочисленной группой индейцев Южной Америки, обитавших за «границами индейской империи». Сама империя ушла в прошлое. Но индейцы и поныне живут на всей обширной территории к востоку от Анд, а также на крайнем юге и севере этого субконтинента и на прилегающих к нему Антильских островах.
В Южной Америке жило и до сих пор живет множество крайне разнородных индейских групп, порой весьма немногочисленных. Только их перечисление заняло бы сотни, а то и тысячи страниц. Один из лучших знатоков Южной Америки, Ольден Мейсон, подсчитал, что здесь имелось более пяти тысяч различных племен, говоривших соответственно на пяти тысячах наречий и самостоятельных языков. Даже крупных языковых семейств здесь существует почти сотня, между тем как во всей Европе их три или четыре. И все же, поскольку в этой книге мы хотим обозреть весь индейский мир, нам придется еще раз взглянуть на карту Южной Америки, чтобы поближе познакомиться с некоторыми группами ее исконного населения. Скажем о них хотя бы несколько слов. Немногое об очень и очень многих.
Посмотрим прежде всего на крайний юг Америки. Это холодная и чрезвычайно влажная область, которая так неподходяще названа Огненной Землей. (Огненной потому, что ее коренные жители всегда возили с собой на лодках особые сосуды для огня, своего рода переносные печи. Скользящие по морю огни и подсказали первооткрывателям этой крайней южной оконечности индейского континента ее нынешнее название Огненная Земля.) Те, кто зажигал на своих челнах эти удивительные светильники, принадлежали к группе огненноземельских племен, а именно к племенам она, алакалуф и яган. Яганы вообще были самыми южными обитателями земного, шара. Севернее огненноземельцев и южнее арауканов в чилийской Патагонии жили ныне уже вымершие воинственные чоны, нередко нападавшие на арауканское население острова Чилоэ. Чоны угоняли островитян в рабство, отнимали у них серебро и другие металлы. Им было знакомо земледелие. На своих маленьких полях они сажали главным образом картофель. Однако в первую очередь жизнь их была связана с морем. Ночью они ловили бакланов, привлекая их светом факелов, днем охотились на тюленей. Чоны также ловили морских моллюсков, собирали яйца морских птиц. Одевались они в собачьи шкуры. Лица красили красной или черной глиной, головы украшали традиционной «тонзурой».