– Там ничего особенно важного… - Начал было оправдываться Шараф, но, посмотрев на бесовские огоньки в моих глазах, которые не предвещали ничего хорошего, тут же раскололся. - Ну, хорошо! Сегодня я приказал накрыть столы в зале совещаний и устроить королевский ужин в честь наших гостей! А также обсудить дела по поводу наших государств…
– И? - я подняла левую бровь и оскалилась так обворожительно, что вампир выложил мне также все планы по поводу моей безвременной кончины, тьфу, свадьбы на каком-то хмыре.
– Ну, и, ты, конечно, понимаешь, что в Красе и Делориане не принято, чтобы женщина правила государством. Поэтому, я решил, что тебе срочно нужен, как бы это поделикатнее выразиться, муж. Я осмелился найти для тебя хорошую кандидатуру в лице одного из твоих приближенных. В общем, это Симон. - Мне, конечно, не хотелось применять грубую силу, особенно в отношении Шарафа, который был в праве ответить мне тем же, но он сам виноват… Вампир нервно похихикал, заметив мой бешеный взгляд, и поспешил пригнуться. В стену прямо за ним врезался боевой меч, загодя мной прихваченный в оружейной, как оказалось не зря. Трон, с такой заботой мной сделанный, полетел туда же, но в цель не попал. Таким образом, в стене было уже две трещины, причем меч прошел насквозь. Залатать это в ближайшее время без моей помощи не удастся. Какой позор для Шарафа, берегущего этот дворец, как особо значимые части своего тела!
– Ах, значит Симон! Вот кого ты выбрал, чтобы я, как преданная жена стирала его потники?! И тебя совершенно не заботит состояние твоего здоровья в такой ситуации? Неужели ты надеялся это от меня скрыть? - меч снова оказался в моей руке, вытянутый из стены магической силой.
– Потянули же меня бесы связаться с тобой, когда у тебя похмелье! Знал же, что из этого ничего хорошего не выйдет! Накви, не смей! Это самая лучшая моя мантия! Если ты сейчас же не опустишь оружие, я… - взмах меча и мантия вампира оказалась обрубленной ему по колено. Шараф завизжал как упитанный поросенок, упорно не желающий умирать такой бесславной смертью.
Вампир вприпрыжку понесся от меня, невинной и взбешенной жертвы его махинаций, как от огня. Я же со своим верным мечом возмездия (которым я, кстати, неплохо владела) нещадно гоняла его по залу, пока я не остановилась, а он, заметив это, не врезался в стену… Я сунула меч обратно в ножны. Но, несмотря на это, вампир не торопился подниматься с пола, видимо, думая, что лежачего я бить не буду. Ну, я и не стала. Я только запустила в него парочку боевых магических зарядов, для верности… Чтобы на месте оставался. Вампир же посчитал, что одна битва проиграна, но войну еще выиграть можно. Он набрался сил и ударил в меня сильной магической волной. Меня отбросило к противоположной стене. Шараф медленно поднялся и сказал:
– Ты меня сама вынудила и не смотри на меня таким жалобным взглядом! Я уже не раз тебе говорил, чтобы ты не смела применять в отношении меня магию, потому что если я решу ответить, ты можешь очень сильно пострадать! - Я вся кипела от злости! Использовать против меня магию! Конечно, это уже случалось и не раз, когда я отказывалась слушаться своих наставников, но по сравнению с тем, что Шараф сделал сейчас, то был простой подзатыльник! Значит, буду отыгрываться словами…
– Значит Симон? Как только я тебя отпускаю, ты вприпрыжку бежишь к этому остолопу и говоришь ему, что "не жена я ему боле"! у меня уже есть избранный! Без тебя в этом деле обошлась. Далее, на ужин я приду. Кстати, спасибо, что предупредил и пригласил. Приду я не одна. Приглашены все мои друзья, ну, и жёних, конечно. И никаких возражений! Ты бы мне еще мойщика конюшен в суженые позвал! А то, что уж мелочиться-то, а? Нет, он позвал какого-то дворового мальчишку, который младше меня на пять лет! Я после этого всерьез беспокоюсь за твое душевное состояние! Даже псих на такое не отважится!
– Я подумал, что это будет самый оптимальный вариант… - пискнул Шараф, пытаясь подняться на ноги. Лучше бы он этого не говорил! Не хотела грех на душу брать, но, кажется, сейчас на моем счету появится, кроме убиенных служанок, еще и один вампир - регент.
После такой наглости у меня вовсе пропало чувство самоконтроля, я стремительно махнула рукой. Я даже не подумала, чего я в данный момент хочу, не сделала никаких дополнительных пассов, но смогла вызвать такую силовую волну магической энергии, что одна из стен зала не выдержала и подозрительно завибрировала, а вампир скрылся в неизвестном направлении. Ну и где теперь этого мерзавца искать?! Даже сама не знаю, куда его отправила. В расстроенных чувствах я направилась к себе в комнату. Надо было привести и себя и её в порядок перед ужином.
Что это было? Обычно, когда я колдую, я четко рассчитываю свою силу и она у меня, как ни странно, никогда не была безграничной. А сегодня, не знаю почему, вдруг стала… Интересно, к чему бы это? Может к дождю? Пора бы уже, а то надоела эта жара! Под этим палящим солнцем не знаешь, что и делать, то ли потеть, то ли пиво от жажды хлебать! Правда, практически всегда это получается одновременно… И не приводит ни к чему хорошему, вроде синих крылышек… И тут меня осенило! О небо! Как же Россан появится перед своими сородичами в таком виде? Его же застыдят! Ну, да ладно, разберется там как-нибудь по ходу дела!
С такими разномастными мыслями я пришла в свою опочивальню… Лучше бы не приходила. Неа, пожалуй, не буду я здесь прибираться. Свалю на кого-нибудь другого. Подбирая свои беспорядочно разбросанные вещи, я с неимоверными усилиями пробралась к зеркалу. И тут же удивилась, как Шараф не упал в обморок от одного моего внешнего вида. Из зеркала на меня взирало некое чудище окаянное. То, что вчера более менее было похоже на пучок, стало выглядеть как бесформенный клок спутанных волос. В глазах до сих пор прыгали злостные язычки гневного пламени. На носу, после вчерашнего, осталась ссадина неизвестного происхождения. И с кем это я подралась? Слава небу все остальное на лице было не тронуто, вот только прыщ на подбородке вскочил, зараза, да болит-то как!
Куртку надо будет сегодня же выкинуть в первую же сточную канаву. А штаны-то я где порвать успела? В обще выглядела я страшнее "чудишшша морского", которого так боялись суеверные люди во времена моего детства.