– Вампиры не могут распознать вкус чьей - либо магии, не пудри мне мозги, мальчик! - Его слова заставили меня нервничать.
– Это срабатывает в отношении любой другой магии, но не способностей Несущих Смерть. У твоей магии особый вкус… Несущий смерть… Его знает каждое существо в этом мире.
– Значит, нет никакой возможности от тебя избавиться? И что ты предлагаешь, изверг? - с вызовом поинтересовалась я.
– Пошли, присядем где - нибудь. Желательно в тепле, а то у меня от холода сейчас крылья отвалятся. Ну и поговорим о деле. У вас тут поблизости есть мало-мальски приличное заведение "Серебряная подкова", кажется. Вот туда и направимся.
– Не серебряная, а счастливая! Провинциал, одно слово! Надеюсь после этого ты от меня отстанешь, иначе я поступлю с тобой как с твоим неугомонным сородичем. - в этот момент я посмотрела в сторону Россана и щелкнула пальцами. На этот раз крылья вампира стали синими исключительно по моему страстному желанию (будет знать, как меня в холодную воду закидывать).
Надо было предупредить друзей о неожиданном изменении планов. Я спустилась на берег и, прежде чем на меня начали орать по поводу запала искусственного света, сказала, что ухожу. В качестве объяснения пришлось ляпнуть: "Все объясню потом". С загадочным видом и под недоумевающими взглядами друзей я удалилась обратно на тропу. Ясень ждал меня, подперев дерево и насвистывая песенку на мотив похоронного марша.
– Пошли. - бросила я, проходя мимо него с грозным видом. Теперь я уже не считала его "милым молодым человеком". Даже наоборот, я готова была растерзать его за то, что лишил меня заслуженного отдыха в кругу друзей.
И вообще, чем больше узнаю мужчин, тем больше нравятся собаки! С таким мировоззрением я вряд ли когда - нибудь выйду замуж. И наплевать мне на продолжение рода!
Ясень насмешливо посмотрел на меня и с нахальной ухмылкой двинулся следом. Шли молча. Я думала о том, каким способ его лучше всего убить, он, видимо, пытался придумать способ еще больше испортить мне настроение. Зря тратил время и шевелил остатками мозгов! Настроение и так было хуже некуда. Голова болела, одежда была сырая, в сапогах хлюпала вода, руки замерзли, и в довершение всего хотелось спать.
Я с ноги распахнула дверь в трактир. В заведении было пусто. Я прошла к столу у камина и, усевшись за него, начала изучать неприличные надписи на дереве. "Повелительница - коза надутая!" - это, как сейчас помню, выцарапал Сокол после нашей ссоры по поводу профессии наемника. "А за "козу надутую" превращу в козла!" - эту оставила я, после того, как прочитала послание Сокола.
Вампир осмотрелся, позвал разносчицу и уселся напротив меня. Длинноногая девушка в самодельной кожаной юбке с похотливой улыбочкой подлетела к Ясеню. меня она, судя по всему, не заметила, т. к. тут же повернулась ко мне задом. меня так и подбивало тыкнуть в неё чем - нибудь, чтобы знала на кого надо в первую очередь внимание обращать!
Пока девчушка что - то ворковала вампиру насчет выпивки, я вальяжно расселась на своем стуле и уже успела немного отогреться. Придя в "нормальное состояние духа" и устав лицезреть бедра похотливой разносчицы и сладкие взгляды вампира, я демонстративно зевнула. Никто не обратил на меня ни малейшего внимания. Пришлось прибегнуть к решительным действиям. Я набралась наглости и громко сказала:
– Эй, красавица! Ты это, давай исполняй свои обязанности, а не языком чеши направо и налево! Два черничных пива и побыстрее!
"Красавица" повернулась ко мне с открытым ртом, собираясь сказать мне что - нибудь такое же вежливое, но не успела. Обомлела от возмущения, так сказать. Ну, еще бы! Перед ней сидит её Повелительница, так еще при этом, сняв с ноги сапог, выливает его содержимое на пол. После чего так же поступает с другим сапогом. Ну, вот и искусственно созданная лужа, и никакой магии не надо. "Красавица" воззрилась на меня, как несчастная жертва дракона во время ритуального сожжения. Я прищелкнула языком, с вызовом посмотрела на неё и сказала:
– Вымой!
Девушка закрыла рот и уставилась на меня так, будто я только что совершила первородный грех. После нескольких минут очень удачной пантомимы под названием "Маг в экстазе", "красавица" снизошла до разговора. Я, конечно, думала, что она задаст глупый вопрос, но не до такой же степени!
– Кого? - ну, кто бы мог подумать, что мысли молоденькой разносчицы идет в таком направлении.
– Ну, не меня же! - тут девушка сообразила, что речь идет о луже на полу. Она быстро схватила тряпку с камина, вытерла воду и тут же подсуетилась насчет пива. Это все заняло у нее меньше минуты. Вот какое впечатление я могу произвести на человека! Прямо таки неизгладимое!
Девчушка скрылась за стойкой. Я взяла свою кружку и сделала большой глоток, моментально почувствовав себя лучше. Я откинулась на спинку стула и только сейчас заметила удивленный взгляд вампира.
– Ну, что ты так на меня смотришь? Не могла же я ждать до утра, пока вы насытитесь обществом разносчицы, многоуважаемый господин Маррен! С таким же успехом ты мог бы и не вытаскивать меня из кустов чертополоха, а идти сюда один! А уж если взял меня с собой, будь добр терпи мои выходки! - я щелкнула пальцами и в камине еще сильнее разгорелся огонь. Стало заметно теплее. Ясень немигающим взглядом посмотрел на огонь, потом на меня, потом опять на огонь и, не сводя с него глаз, залпом выпил содержимое своей кружки. ну почему все так неадекватно на меня реагируют?!
– А, может, уже перейдешь к делу, а? Или тебе еще пива? Да перестань ты так на меня смотреть, как на груду золота, причем цельную! Я что тебе музейный экспонат?
– Н -нет. Но как ты это сделала? - вампир буравил меня взглядом, как будто у меня вдруг нечаянно отвалилась голова.
– Что я сделала не так? - я искренне не понимала что так удивило Ясеня. Что я загадила трактирный пол? Может. У них так не поступают, но у меня это в порядке вещей. Или то, что я немного разожгла костерчик в камине? Ну, в этом нет ничего сверхъестественного.
Я на всякий случай посмотрела в камин и… сама чуть не упала со стула. Язычки пламени выплясывали в строго определенном порядке, причем в три уровня. На самом верху огоньки водили хоровод, пониже отплясывали что - то больше похожее на кан-кан, нижние же устроили настоящее светопреставление!