Не лучше ли будет пока убрать каноэ с этойплощадки? - предложил Хиро. - Ведь солнце сразу же высушит свежую веревку, и она может уменьшиться в длине. - И каноэ было тут же переставлено именно в такое положение, которое и требовалосьТероро для приведения его плана в исполнение.
Сколько времени займет ремонт? - поинтересовался жрец.
Немного, - убедительно произнес Хиро. - Я нехочу пропустить сегодняшнюю священную церемонию.
Да, я согласен с тобой, - кивнул жрец. Емувспомнились слова святейшего, произнесенные накануне вечером, о том, что именно сегодня Оро укрепит свою власть над Бора-Бора. Теперь же ему показалось хорошим знаком то, что Хиро, один из самыхверных друзей Тероро, только что добровольно выказал свою преданность Оро.
Священное собрание началось с вопиющего и страшного события. Позже все те, кто перебирал в памяти эпизоды дня, сошлись на том, что все должно было случиться именно так; но в те утренние часы никто не мог ожидать подобного поворота событий. Однако мудрые жрецы сумели быстро превратить роковую ошибку в благословение. Собравшиеся расположились на камнях, тянувшихся рядами от главного алтаря, и уже первые две жертвенные свиньи были выпотрошены, когда в храм неожиданно вбежал перепуганный мальчик лет семи и, плача, бросился к своему отцу, который сидел тут же, поблизости от алтаря.
- Отец! - возбужденно вскрикнул потерявшийся ребенок.
Мужчина, а им оказался один из мелких вождей Гавайки, в ужасе наблюдал за приближением своего сына, поскольку сейчас ребенок совершал такой страшный грех, которому не было прощения. Ни женщина, ни ребенок, ни животное до сих пор еще не заходили в храм. Руки отца задрожали, и он прижал к сердцу своего симпатичного отпрыска.
- Я везде искал тебя, отец! - все еще хныча, объяснил потерявшийся мальчуган.
Наступила зловещая тишина. Жертвоприношение Оро было прервано, и теперь глаза всех присутствующих были обращены на незадачливого отца и его провинившегося ребенка. Отец, прекрасно понимавший, что его семья осмелилась нарушить табу, все еще колеблясь, поднялся со своего места, продолжая держать мальчика на руках. Но неожиданно, словно в порыве искренней и всеобъемлющей любви к Оро, он протянул ребенка в направлении алтаря, и при этом длинные волосы малыша свесились с левой руки мужчины.
Голос отца прозвучал взволнованно, но крайне убедительно.
- Возьмите этого ребенка и принесите его в жертву Оро! Ибо он нарушил церемонию освящения храма, и наша связь с великим Оро была ослаблена. Этомой сын. Я породил его. Но я не буду оплакивать егогибель, поскольку он посмел возмутить Оро.
Поначалу жрецы проигнорировали это заявление, и несчастный мужчина продолжал стоять в стороне с ребенком на руках, а они с надменным безразличием, как ни в чем не бывало, продолжали резать свиней. Затем руками, запачканными свежей кровью, двое жрецов выбрали пару толстых бамбуковых палок. Держа их концы вместе таким образом, что у них получилось некое подобие гигантских щипцов, они ловко расположили их над головой ребенка, а затем одна палка уперлась мальчику в основание черепа, а другая крепко надавила на горло. С безжалостной силой клещи сомкнулись, и жрецы держали их так до тех пор, пока мальчик не задохнулся. Затем одним движением ножа верховный жрец вспорол жертве живот и, вынув внутренности, с почтением возложил труп на высокий алтарь между свиных туш.
- Этот отец поступил разумно, - нараспев затянул жрец. - И все будут поступать правильно, если будет почитать Оро, великого Оро, несущего нам мир и спокойствие.
Это происшествие сильно расстроило Тероро, и он расценил его как дурной знак для столь важного дня. Однако он не знал, как трактовать случившееся, и в замешательстве молодой вождь на какое-то время даже позабыл о своем брате и о том, что сам он явился в храм для того, чтобы охранять Таматоа и защищать его в случае опасности. "Что может означать происшедшее? " - упрямо задавал он себе один и тот же вопрос, но ни один ответ не устраивал его. Поэтому Тероро лишь глубоко вздохнул и вновь принялся наблюдать за происходящим в храме. Но когда он поднял глаза, чтобы посмотреть, на месте ли находится их рулевой Хиро, то тут же заметил еще один знак, который показался ему пугающим: нынешний рулевой сейчас находился как раз под раскачивающимся телом бывшего рулевого, казненного исключительно по прихоти верховного жреца, и раздутый труп, который уже начал разлагаться под воздействием тропической жары, зловеще нависал над сообщником Тероро.
Молодой вождь был настолько растерян, что, позабыв обо всех предзнаменованиях сразу, взглянул сначала на верховного жреца, а затем на короля, поскольку сам он был настроен решительно, готовый бросить открытый вызов самому Оро, и ему было все равно, даже если этому суждено было случиться в самом храме нового бога, в том месте, где он обладал наибольшей силой. Однако Тероро не был готов противостоять стратегии верховного жреца и уж никак не мог предполагать того, что случится дальше. Неожиданно верховный жрец резко повернулся и указал своим жезлом на одного из членов экипажа каноэ - мужчину наименее агрессивного и одного из лучших воинов.
- Он съел кусок священной свиньи Оро! - прокричал обвинитель. Правда, молодой вождь так и неуспел узнать, за что же его приговорили к казни, потому что все тот же здоровенный палач, предвидевход событий, уже успел размозжить бедолаге череп.
Жрецы с других островов возрадовались тому, что Оро так оберегаем от отступничества, и поэтому хором пропели:
- Всемогущий Оро, несущий нам мир и спокойствие! О великий Оро, покровитель объединенныхостровов!
Пока продолжалась молитва, Тероро сидел молча, сраженный увиденным. Молодой вождь, только что потерявший жизнь, был его близким другом и очень скромным человеком, который никак не мог себе позволить совершить такой грех, как попробовать священной свинины. Но почему именно он был выбран в качестве жертвы? Тероро никак не мог сосредоточиться и найти ответ на этот вопрос. У молодого вождя имелся отличный план, как защитить старшего брата, а если он сам попадет в беду, то о его безопасности позаботится Мато со своими людьми. Но Тероро никак не мог даже подумать о том, что верховный жрец поступит настолько хитро и начнет вершить расправу над менее ценными членами племени Бора-Бора.
В ужасе Тероро взирал на своего рулевого Хиро, и получал в ответ такой же испуганный взгляд. Говорить здесь было запрещено, и Тероро постарался хотя бы по глазам понять настроение Мато и Па, карауливших выход из храма. Но те сейчас были поглощены происходящим у алтаря, где теперь лежало тело их товарища, не в силах думать ни о чем больше. Остальные члены команды Тероро было ошеломлены поведением верховного жреца не менее самого их вождя. Смятение нарастало, и теперь Тероро принялся молча разглядывать отполированные камни площадки, на которой сегодня собрались все, кто приехал на Гавайки.
И лишь один человек из племени Бора-Бора сохранял ясность ума в создавшейся ситуации. Таматоа, как и многие процветающие короли, был наделен не столько острым умом, сколько удивительной способностью интуитивно постигать суть самых сложных вещей. Сейчас он сознавал, что верховный жрец принял решение не трогать ни короля, ни его брата, но избавиться от них другим путем. Таматоа и Тероро в любом случае придется убираться с острова, поскольку на них отныне будет оказано постоянное давление со стороны верховного жреца. "Он постарается избежать прямой конфронтации, - справедливо рассуждал король. - Никаких войн и битв не предвидится. Он с удивительным спокойствием и постоянством будет стараться сделать все, чтобы мой народ стал считать меня своим врагом. Он запугает все племя, и мы будем вынуждены исчезнуть с острова".
Вскоре предположения Таматоа полностью подтвердились. Верховный жрец указал своим жезлом смерти еще на одного члена команды Тероро, и снова роковая дубинка обрушилась на невинную голову. С болью в сердце Таматоа поглядел в сторону брата и заметил, что тот сейчас словно потерял рассудок и был сильно расстроен, очевидно, что-то обдумывая. "Скорее всего, он уже разработал какой-нибудь грандиозный план на сегодняшний день, чтобы спасти меня, - промелькнуло в голове короля. - Не исключено, что шпионы верховного жреца успели все выведать и доложить своему хозяину. Несчастный молодой человек!"