- Не представляю. - сознался капитан, - Наверное, произошла ошибка. Я думаю, что где-то поблизости находился и тот, за кем мы охотились. ... Просто произошла досадная ошибка...
- А как можно найти вашего информатора? - спросили Фаронова.
- Не представляю. Он - бомж. Когда у него для меня что-нибудь есть, он сам меня находит. В прежние времена иногда звонил. Теперь же просто маячит у моего подъезда или где-нибудь по пути от отделения до дома...
- Откуда вам знаком старший лейтенант Джалиев?
- Мы одновременно начинали служить с ним. В одном отделении. Потом его перевели в Выхино. Капитан умолчал о том, что Джалиева перевели в другое отделение после скандала. Причем не просто перевели, но даже понизили в звании. И случилось это всего лишь восемь месяцев тому назад. Тогда выяснилось, что из конфискованной партии наркотиков среднеазиатского происхождения неизвестно куда исчезла чуть ли не добрая половина. Как это могло случиться - никто не мог объяснить. Однако формально ответственность за пропажу нес Джалиев, имевший тогда ещё звание капитана. Впрочем, судя по всему, если бы не внезапная проверка, то эта пропажа никогда бы не всплыла. Просто было бы запротоколировано, что энное количество граммов такого-то вещества уничтожено в присутствии комиссии в составе таких-то и таких-то товарищей... Тогда пострадал не только Джалиев. Начальнику отделения также пришлось уйти. Но странным образом через пару месяцев он вновь появился в той же должности. На сей раз - в Выхино. В результате Джалиев опять работал под руководством своего прежнего начальника. Вся история с попыткой нападения на старшего лейтенанта Ветрова выглядела бы сплошной чередой нелепых совпадений, если бы не некоторые странности. Так, обращало на себя внимание некоторое несовпадение в показаниях Фаронова и Джалиева. Затем, это упоминание Кусковского парка. Ошибся ли старшина, или же он ненароком проговорился? А чего стоили эти утверждения о нападении на офицеров милиции вежливо приглашенного ими в машину Ветрова? Ведь если бы Алексей Ветров действительно так вот немотивировано напал на пытавшихся проверить его документы офицеров, то едва ли бы он потребовал от водителя сразу везти его в Управление на Петровку. К тому же, до встречи с Ветровым оба офицера явно выпивали. Если капитан Фаронов благоухал смесью самых различных напитков, которыми, судя по всему, он заправлялся по крайней мере в течение последних полусуток, то Джалиев, несмотря на легкий запах спиртного, был практически трезв. Вопреки очевидному, Фаронов утверждал, что выпил лишь после прихода домой с дежурства. Джалиев же счел необходимым пояснить, что немного выпил лишь промерзнув во время наблюдения за Ветровым. У него якобы всегда имелось при себе на подобный случай немного коньяка в небольшой фляжке. Естественно, Лехе также пришлось в письменном виде изложить цепочку событий, в результате которых он к двум часам оказался на Пушкинской площади. В результате прозвучала и фамилия любвеобильного Валерия Денисовича. Учитывая экстраординарность обстоятельств, попытались связаться с профессором по телефону. На работе его не оказалось - в этот день нагрузка Валерия Денисовича ограничивалась одной парой с утра. Дома у профессора также никто не снимал трубку. Тогда, уже в шестом часу вечера, в интересах выяснения истины к нему на квартиру отправился сотрудник в чине подполковника. А ещё приблизительно через полчаса стало известно, что труп профессора обнаружен на лестничной клетке перед его собственной дверью. Причем, судя по спортивному костюму и домашним тапочкам, профессора вначале задушили где-то поблизости, может быть - и у него дома, а затем перенесли и аккуратно положили у двери.
ГЛАВА 6
О пользе вагонной скуки. Костя верен себе.
Сергей Вешнев посмотрел за окно, где в ранних февральских сумерках мелькали грязновато-серые поля. Если в Подмосковье по сути ещё стояла настоящая зима, то тут, за Орлом, уже чувствовалось дыхание весны. Кое-где в проталинах чернела земля. Снег повсюду подтаял и лежал, ноздреватый и утративший былые чистоту и белизну, сероватым неровным покрывалом на ожидавшей скорого пробуждения земле.
- Давай почитаем. - беря из сетки книгу, предложил он сидевшему напротив Косте, - Ты знаешь, я с удовольствием читаю романы Миронова. Это один из немногих современных авторов, который пишет детективы не просто добротно и профессионально, но ещё и основываясь ко всему прочему и на определенном жизненном опыте и знаниях.
- И что ты читаешь? - поинтересовался Костя.
- "Криминальная коллекция" Георгия Миронова. - ответил Сергей, Захватывающая история. Ее автор, как следует из аннотации, является ответственным сотрудником Генпрокуратуры, историком и искусствоведом. Поэтому-то наверное при чтении не возникает чувства, будто ситуации часами вымучивались за письменным столом человеком, для которого нет разницы между пистолетом и револьвером, а генерал-майор конечно же по званию старше генерал-лейтенанта...
- А я что-то не могу читать подобную литературу. Обычно все настолько наивно... Будь я поваром или инжереном, может быть и читал бы. Но так, когда постоянно варишься во всем этом, как-то не хочется, чтобы тебе рассказывали детские сказочки о том, чем ты сам живешь и чем зарабатываешь себе на хлеб. Я лучше перечитаю новеллы Тургенева или рассказы Куприна. Честно говоря, меня слегка подташнивает, когда приходится читать, будто ЛСД варят из марихуаны, а одного из героев смертельно ранят из нагана с расстояния в полтора километра...
- Понимаю. Но у Миронова таких ляпов к счастью не бывает. - заметил Сергей, - Ведь он по своей работе также постоянно варится во всем этом. И фантазии ему не занимать. Так что этот сплав таланта и жизненного опыта позволяет ему писать весьма интересные книги.
- Может быть. Но, прости, предубеждение против этого жанра у меня слишком сильно. Я как-то лет десять тому назад в госпитале от скуки взялся перечитывать приключения Холмса. И, поверишь ли, не осилил и двух рассказов... Так что не надо. Не трать зря время. Не агитируй. Ты лучше скажи, есть ли что новое по поводу этого профессора, что "доставал" Лену Земскую?