Аустерлицкие пушки в пух и прах разнесли коалицию. Царь отправился восвояси; Австрия запросила мира; Англия почувствовала, что ей нанесен удар. "В меня тоже попали под Аустерлицем", - прошептал Питт на смертном одре. Условия мира для Австрии были суровы. От России Наполеон ничего не требует; ему нужна дружба царя. Из рук Австрии он вырывает Германскую империю и Италию. В Германии он основывает Рейнскую Конфедерацию под своим протекторатом, объединившую шестнадцать королей и владетельных принцев. В Италии он прогоняет Бурбонов из Неаполя и сажает там королем своего брата Жозефа, человека мягкого, для управления государством не созданного. Луи Бонапарт, почетный муж Гортензии Богарне, становится королем Голландии; Элиза Баччоки - принцессой Лукки и Пьомбино; Полина Боргезе (вторично вышедшая замуж после смерти Леклерка) - принцессой Гвасталлы; Жером (чей брак по любви с некоей американкой, мисс Паттерсон, император признает недействительным) женится на принцессе Екатерине Вюртембергской; Евгений Богарне делается зятем баварского короля.
Откуда эта монархическая лихорадка? Неужели столь умный человек не видел, как смешно выглядит это корсиканское племя, штурмующее троны Европы? Наполеон не был слеп; он осознает, что ни Жозеф, ни Луи не годятся для такой роли. Но он не может не воспользоваться родственниками, потому что знает силу клана. Ему кажется, что с этими людьми, без него бы оставшимися ничем, он может рассчитывать хоть на какую-то верность, тогда как настоящие принцы предадут его в любой момент. Вернувшись в Париж в январе, после четырех месяцев, посвященных перекройке Европы, он столкнулся с самой настоящей финансовой паникой. Владельцы ценных бумаг ринулись во Французский банк, чтобы получить денежное возмещение. Распространился слух, что банк разорен Увраром и другими вкладчиками, что было почти правдой. Министр казначейства Барбе-Марбуа предоставил фонды банка для коммерческих спекуляций. Было ли это должностным преступлением или просто глупостью?
Поспешно вернувшись, Наполеон действует резко. Негоцианты должны возместить ущерб, иначе он отправит их в Венсенский замок, а они знают, что это означает. Униженный Барбе-Марбуа подставляет голову. "Что я, по-твоему, должен с ней делать, идиот?" - говорит Наполеон; он вернет свои миллионы и навсегда сохранит ненависть к дельцам. Сын матери, которая из всех капиталовложений признавала только земли, тутовые деревья и овечьи стада, он не любил ни кредиты, ни капиталистов. Жозефу он говорил: "Я очень доволен тем, как идут мои дела здесь; мне стоило немало усилий их уладить и заставить дюжину мошенников во главе с Увраром вернуть награбленное... Я был полон решимости расстрелять их без суда. Слава Богу, мне все возместили; тем не менее это вывело меня из себя. Я говорю это, чтобы вы увидели, как подлы люди". Глава правительства должен обладать изрядным запасом доброты, чтобы не возненавидеть род людской.
После столь блестящих побед он надеялся на длительный мир, тем более что на смену Питту пришел Фокс. Но в Англии противостоящие друг другу партии часто сходятся во внешней политике. Друг французских либералов и особенно Лафайета, Фокс не мог любить Наполеона. Впрочем, на сей раз военные действия были возобновлены Пруссией. Предлогом был Ганновер, который Наполеон обещал одновременно англичанам и прусскому королю. Истинная же причина заключалась в том, что ни пруссаки, ни австрийцы, ни русские не приняли до конца навязанные силой договоры. Переформировав свои армии, они хотели покончить с авантюристом. Прусский король Фридрих-Вильгельм направил Франции ультиматум, срок которого истекал 8 октября. Наполеон Бертье: "Нас вызвали на поединок чести 8 октября; никогда ни один француз от этого не уклонялся". Это была веселая кампания, бодро продвигавшаяся вперед под барабанный бой. Насколько в Париже император задыхался среди интриг и мошенничества, настолько на коне, в окружении армии, чувствовал себя непринужденно и уверенно. Императрице Жозефине: "Дела идут прекрасно... С Божьей помощью за несколько дней все это, на мой взгляд, примет ужасающий оборот для бедного короля Пруссии. Мне жаль его лично, ведь он хороший человек". 1806 год был его annus mirabilis. Молниеносная операция не уступала Аустерлицу. Обманный маневр, атака с фланга; враг при отступлении обнаруживает, что все линии связи перекрыты; это Заальфельд, потом Иена. Прусская армия разгромлена. Прекрасная королева Пруссии Луиза, так хотевшая этой войны, спасается бегством. Жозефине: "Друг мой, я предпринял против пруссаков удачные маневры. Я одержал вчера большую победу. Я был совсем рядом с королем Пруссии; чуть было не взял его в плен, и королеву тоже... Чувствую себя замечательно".
Да, он чувствует себя замечательно, хотя спит по четыре часа в сутки. Даже толстеет. Он счастлив, как актер, ощущающий себя в полном расцвете сил. И потом, пруссаки - это солдаты Фридриха Великого, лучшие в мире, и он победил их, отомстив за Россбах, поражение тех времен, когда Бонапарты и французами-то не были. "Если был на свете герой, на которого он хотел быть похожим, то это именно Фридрих, король-философ: он даже стремился подражать ему в одежде; небольшая шляпа, серый сюртук - это более, чем намеки" (Максимилиан Вокс). Какая чистая радость для того, кто жил, уподобляясь Фридриху Великому, ночевать в Потсдаме в его дворце и отправить его шпагу в Париж, в госпиталь Инвалидов. Бюллетени Великой Армии отражают ликование императора, выражавшееся в добродушии, безыскусном и властном одновременно, а порой и в снисходительной мягкости, как в случае с г-жой Ацфельд, чей муж, уличенный в двойной игре, был приговорен к расстрелу: вручив ей письмо, доказывающее виновность мужа, император сказал: "Что ж, мадам, бросьте это письмо в огонь". Здесь он подражал не столько Фридриху, сколько Августу - и Корнелю. Комедиант? Трагик? Может быть, но величественный и в той, и в другой роли, а равно и трезвый зритель собственной игры.
"Наполеон дунул на Пруссию, и Пруссия перестала существовать" (Генрих Гейне). Триумфальный въезд в Берлин сопровождался, к приятному удивлению Стендаля, звуками "Марсельезы" - республиканского гимна. Собирался ли император вновь стать генералом Революции? Если бы в эти славные дни он нашел опору в народах, если бы вместо монархов посадил в Берлине и Вене своих людей, он, по мнению Стендаля, был бы непобедим. Но Наполеон мечтал быть допущенным в монарший клуб. Опасное самоуничижение. Чтобы заставить с собой считаться, ему оставалось разделаться с двумя врагами: Англией и Россией. Против первой он 21 ноября 1806 года подписал знаменитый декрет о континентальной блокаде. Впредь всякая торговля с Англией запрещалась во всей Европе. Остается принудить царя соблюдать этот декрет, и Наполеон вступает в Польшу.