- Да, принесите... чего-нибудь. - сказал Славик с усталой небрежностью завсегдатая злачных мест.
- Будет сделано, - отреагировал официант, не вдаваясь в подробности.
Вскоре он принес минеральную воду и фрукты.
- Соляночку подождать придется, - сказал он. - Если желаете, можно икорки подать, салатик, ассорти из дичи...
- Нет, нет, не надо, у нас режим, - быстро возразил Славик. - А что так тихо? - переменил он тему. - Музыка у вас есть?
- Так точно, будет. Оркестр на перерыве.
3
Долго и подробно.
Курт отпускает ремень на несколько дырочек
Едва только за столиком появилась известная нам компания, саксофонист оркестра Дмитрий Иванович Котов тотчас узнал мальчика и девочку, вертевшихся на приёме в мексиканском консульстве.
После обрушившихся за последнее время потрясений Котов сделался болезненно подозрителен. Заходя в квартиру, он прежде всего заглядывал под кровать, резко отдёргивал оконную штору, разглядывал на просвет пустые бутылки. У него появилась привычка носить тёмные очки, а также внезапно останавливаться у какой-нибудь витрины и коситься по сторонам. Возможно, что его инстинкт самосохранения запоздало реагировал на ту настоящую слежку, которую в течении нескольких дней вёл за ним убийца.
Потом ещё был дурацкий сон, где он выступал свидетелем в суде и после которого Альбина на неделю прервала с ним отношения. Да и Юрик вёл себя довольно странно...
И вот теперь, когда уже всё, казалось, вошло в обычную колею, за столиком у фонтана появились эти люди, совсем ещё дети, которые несомненно за ним следили.
Котов шарахнулся в служебный коридор, прихватив на ходу спрятанную в шкафчике с чистым бельём початую бутылку коньяка. На кухне он схватил стакан с присохшими на сахарном дне чаинками, плеснул на три пальца и быстро опрокинул себе в глотку.
- Ага, докатились, - забормотал он себе под нос, занюхивая коньяк хлебной корочкой. - Детей используют. Опыты делают, психотронщики...
В последние дни в голове у Котова возникла теория, что всё необычное произошло с ним не случайно, что некие секретные спецслужбы выбрали его объектом для своих опытов.
- Конечно, - злобно шептал он, пережёвывая корку, - пьющий, одинокий, никому нет дела...
- На, - повар Егорыч вручил Котову очищенную морковку. - Грызи.
Котов захрустел морковкой и налил повару. Тот выпил и занюхал коньяк рукавом.
- А я никогда не закусываю, - сказал повар. - Я даже никогда не пробую то, что варю. Это те, которые варить не умеют, всегда пробуют. А я и без пробы знаю, что у меня в кастрюле.
Это он повторял всякий раз, когда ему подносили стаканчик.
- Слушай, - сказал ему Котов, прикуривая от горячей плиты сигарету, Егорыч, ты про психотронное оружие чего-нибудь слышал?
Отвернувшись, Егорыч шинковал овощи, молотя ножом по доске со скоростью машины. Не прекращая работы, он ответил:
- Так, что-то слышал...
- А если, допустим, такую штуку надо испытать... Кого используют?
Повар пожал плечами:
- Преступников каких-нибудь из тюрьмы. Которым уже "вышку" дали.
- А у таких психика непредсказуемая, опыт неправильные результаты покажет.
- Тогда не знаю.
- А если просто кого-то одинокого взять, из толпы? Облучать и наблюдать за ним, облучать и наблюдать...
- Не знаю, Котов, ничего не могу сказать.
- Тогда давай, Егорыч, выпьем ещё по одной.
Они выпили, и повар снова затарахтел ножом по доске. А Котов, попыхивая сигаретой, заглянул в стоящую на краю плиты кастрюлю.
- Это что у тебя за супчик, Егорыч?
- Солянка сборная.
- А-а, - понимающе кивнул Котов и выронил в котёл сигарету.
В раздаточном окошке показался официант:
- Соляночку четыре раза, побыстрее.
- А что так? - поинтересовался Егорыч, не поворачиваясь.
- У меня спортсмен сидит, знаменитость. "Тёмная лошадка из Германии". Курт... Курт...
- Воннегут, - сказал повар и подмигнул Котову.
Котов смотрел на Егорыча, не мигая.
- Некультурный ты человек, Егорыч, - сказал официант. - Телек смотреть надо, развиваться. Шевелись, шевелись, я им пойду пока минералку поставлю.
Егорыч взял черпак и шагнул к стоящей на краю плиты кастрюле. Он хотел привычными круговым жестом перемешать содержимое, но Котов вдруг сказал ему:
- Погоди.
Повар с удивлением поднял на него глаза.
- Погоди, Егорыч, ты только, самое главное, не нервничай...
- Ты чего?..
- Егорыч, такое дело, понимаешь, я только что туда сигарету уронил, окурок... Случайно выскользнула, понимаешь?..
Лицо у повара сделалось испуганное, он быстро заглянул в кастрюлю. Среди аппетитных кусочков копчёностей, сосисок, оливков и прочего добра в тёмном наваре плавал размокший окурок сигареты. Он распух, развалился и распустил по всей поверхности мелкие крошки табака.
Егорыч медленно поднял глаза на Котова, и тому сделалось страшно по-настоящему.
- Погоди, погоди, ты чего... - начал он пятится назад. - Погоди, щас вынем, оно сверху плавает...
- Психические опыты, говоришь, - мрачно произнёс повар и шагнул на Котова. - Облучают в толпе, говоришь... Скрытно следят... А если так, в открытую, черпаком по морде... Это нормально?
Егорыч замахнулся черпаком, и Котов прямо в концертном костюме полетел спиной на груду сваленной у входа в мойку грязной посуды - противни, котлы, сотейники... Раздался такой грохот, что сбежались официанты. Не дожидаясь окончательной расправы, Котов на четвереньках выбежал прочь из кухни.
Когда все разошлись, Егорыч вылил испорченную солянку в канализацию, а на плиту поставил остатки вчерашней.
- Егорыч, четыре соляночки моментально, - снова заглянул в раздаточное окошко официант.
Повар сосредоточенно помешивал содержимое небольшой кастрюльки.
- Погоди, - хмуро сказал он. - Пускай закипит.
- Не надо, не надо, ты чего! - запротестовал официант. - Пускай будет как есть, опять кто-нибудь накатает жалобу, что горячо. Что у тебя рожа такая кислая?
Недовольно ворча себе под нос, Егорыч снял с плиты так и не закипевшую солянку, освежил каждую порцию свеженарубленной зеленью и сдобрил ложкой сметаны. Потом он вылил в стакан весь оставленный Потовым коньяк и выпил. Но даже после этого его кислая физиономия не разгладилась.