В дневнике 1900 года двадцатитрехлетний Гессе оставляет свидетельство отчаяния ввиду невозможности овладеть миром книжной культуры: "Я основательно перепахал обширное поле этого мира... откопал и перелистал даже некоторые почти забытые бульварные вещи. И теперь тех немногих выдающихся слов, которые еще имеют надо мною власть, вряд ли хватило бы на десять томов". И одновременно с утратой наивной надежды "заполнить пустоты в реестре удовлетворений" от приближения к книжному идеалу Я, отождествленного и с автономным творческим комплексом и с "самостью", с 1898 по 1900 год Гессе пишет роман "Герман Лаушер", в котором делает попытку создать образ книжного знания и образ собственного творческого комплекса, "попытку отвоевать кусочек мира и действительности и избежать опасности уединения частью от робости, частью от гордости", как писал позднее сам автор. Роман выходит в 1901 году под заглавием "Посмертные записки и стихи Германа Лаушера". Роман говорит не только о том, что автор сведущ в теории всеодушевленности (панпсихизме) и бессознательного (Эдуард фон Гартман. Философия бессознательного, 1869) и в мифологических представлениях о матери (Якоб Бахофен. Материнское право, 1861), но и об органическом совмещении этих сведений с собственными психическими содержаниями. "Лаушер" прокладывает путь к гессевской магической символизации. Мир образован всеодушевленным бессознательным сущим, которое властвует над человеком подобно вселенской матери. Неразличимо присутствует оно колдовской силой во всех проявлениях жизни души. Лаушер созерцает свою душу как мир чудес, и ему кажется, что не он сочиняет, а оно, бессознательное, сочиняет в нем. Душа Лаушера изображена в символических фигурах, а прототипами их послужили друзья Гессе из тюбингенского периода. Эти фигуры - символы разных сторон характера Лаушера, поэта-волшебника, влюбленного в красавицу Лулу, которая живет и прислуживает в трактире, где собираются друзья. Герои романа становятся свидетелями чуда - таинственной связи между бессознательным и реальностью, "книгой сна" и "книгой творчества". Мечтательный Хамельт увидел во сне книгу, написанную непонятными письменами, которые при взгляде на них волшебно претворяются в зримые события, - упадок заколдованного царства асков, где правит царь Бесскорбей; украден талисман из источника, питавшего царство, рушатся подземные своды замка, сохнут в саду лилии, цветет лишь двухвенечная королевская лилия жизни; дочь Бесскорбея (отцовского символа) Лилия (символ души) с помощью духа Хадебарта (творчества) из воды иссякающего источника жизни натянула на царскую арфу новые струны и запела серебряную песню о том, что арфа возродит погибающее царство. Между тем Лаушер, влюбленный в Лулу, сочиняет ей стихи, которые в руках у одних превращаются в портрет девушки и портрет Лилии из сна Хамельта, а у других в аскские письмена, а сама Лулу знает песню Лилии, играющей на арфе. Лулу, оказывается, не по доброй воле живет у хозяев трактира, и Лаушер хочет ее освободить. Замок асков и трактир - символы-проекции утраченного дома Гессе, "книги материнского царства", "детства", и расколдовать его может только творчество, движущая сила которого - любовь. Начиная с "Лаушера" Гессе наполнял архетип "детства" и. "ребенка" бергсоновской "духовной памятью" о царстве единства Я и родителей, Я и "дома-книги", о ядре личности, объединяющем сознательное и бессознательное, а образ ребенка становился идеалом художника и художественного творчества. Образ ребенка-творчества, погруженного в материнскую стихию бессознательного, противостоит в "Лаушере" "прекрасно разрисованному занавесу" театра сознания и культуры.
В "Каменцинде" архетипы книжного комплекса претворяются в символы природы, которая выступает то противоположностью мира книг, то раскрывается как его истинная сущность. Рукопись романа, готового уже в 1903 году, Гессе посылает влиятельному издателю Самуэлю Фишеру (с ним, а затем с его преемником Петером Зуркампом Гессе будет сотрудничать всю жизнь). Фишер безоговорочно принимает книгу и в считанные месяцы 1904-1905 годов делает Гессе знаменитым на всю Европу. Вероятно, именно история издания "Каменцинда" легла в основу рассказа "Из переписки писателя". В книге звучит призыв причаститься к природе, к великим таинствам ее, "превратить путаницу жизни в великие мифы". Герой романа поэт Каменцинд, выходец из горного селения, пережив много разочарований в обществе, несчастную любовь, гибель друга, своего "второго Я" - одновременно женственного и мужественного, красивого и умного Рихарда (символ идеала Я), переносит все свои помыслы на слияние с природой, сближение с которой проходит как бы в два этапа Каменцинд дружит с горбуном Боппи (он символическая проекция собственной "инаковости", воспринимаемой Каменциндом как уродство), а после смерти Боппи возвращается в родное селение, чтобы вступить во владение винным погребком, стать как бы распорядителем "сока жизни" и, любя природу как мать, служить "подлинному, нелицеприятному и правдивому искусству". Гессе кажется, что идеал Я преодолен, как преодолено и чувство ущербности своего бытия, и что тем самым произошло растворение книжной формации в стихии подлинной жизни природы. Но это растворение было пока лишь взаимодействием с образами природных явлений - архетипов книжной формации, сохранившей свою платоническую автономию. Не литература уподобляется при этом природе, а природа - литературе: "Подобны песням поэтов... реки, моря, бегущие облака и бури - символы и носители тоски, расправляющей свои крылья между небом и землею". Началось приспособление к особенностям своей натуры, поиск возможности "брака по любви как моста к человеческому миру". Это было отражением реального события: в 1903 году Гессе обручился с Марией Бернулли, представительницей старинной базельской ученой семьи, женщиной физически сильной, нежной к своему жениху, любящей одиночество, цветы, книги и музыку и сыгравшей в жизни Гессе роковую роль. Но об этом чуть позже.