— Не волнуйся, старик, — лукаво ухмыльнулся Хокинс. — Я уже подумал об этом.
Через десять минут они уже сидели в кабинете Найта — маленьком закрытом помещении, заставленном картотечными ящиками, все стены которого были завешаны пластмассовыми досками для объявлений и памятками, приклеенными скотчем. Судя по горам бумаг, покрывавших стол и большое фотокопировальное устройство, помещение не убиралось уже в течение нескольких недель.
Билли молча наблюдал за тем, как Хокинс принялся объяснять Найту, что, если у того нет возражений против смены руководства, он может оставить за собой свое место. Далее он напомнил, что зарплату Найт получал в «Миррен Ивентс», а не у Робертса и даже не у Кейта Бэйнса, что требовало от него лояльного отношения к компании. Если же он собирался преследовать иные цели, то у него не было будущего. Все просто и ясно.
На Найта стоило посмотреть. Билли с удовольствием наблюдал, как по ходу разговора в нем боролись противоположные чувства — нежелание связываться с людьми, которых он считал своими противниками, и мечта о выплаченной закладной. И естественно, потребовалось немного времени для того, чтобы финансовые соображения одержали верх, так что к тому моменту, когда Хок завершил свои уверения, что они не собираются возвращаться к середине восьмидесятых и превращать каждый матч в вакханалию, Найт уже окончательно расслабился. Он даже предложил показать им все помещения стадиона, на что Хокинс с готовностью согласился, добавив:
— Никогда не видел его пустым.
Оба встали и посмотрели на Билли, но тот лишь поднял руки:
— Без меня. Мне надо сделать пару звонков. Идите сами.
Найт с мгновение помедлил и вышел с Хокинсом в коридор, оставив дверь приоткрытой.
Билли улыбнулся, прислушиваясь к их удалявшимся голосам, и, убедившись, что они ушли, прикрыл дверь и начал рыться в картотеке.
Оба уже направлялись к «рейндж-роверу», когда на стоянку въехала знакомая машина, остановившаяся в нескольких шагах от них. Билли уже готов был развернуться к ней, когда Хокинс прикоснулся к его руке, давая понять, что это плохая идея.
— Знаешь, зачем эта сука вернулась? — пробормотал он. Билли тихо выругался и двинулся к своей машине. — Кто-то ему напомнил о картотеке в кабинете Найта, и он приехал забрать ее.
— Боюсь, что он опоздал, — откликнулся Билли. — Там были потрясающие вещи. Подожди, сам увидишь.
— Сколько тебе удалось скопировать?
— Кое-что удалось, но там осталась еще целая куча. Копировальная машина ни к черту. Зато я много чего просмотрел. Достаточно для того, чтобы впасть в полное недоумение — как это мы еще разгуливаем на свободе?!
— И фотографии? — поинтересовался Хок, когда Билли нажал кнопку дистанционного управления, и они залезли в машину.
— Можешь не сомневаться, старик. Давай съебывать отсюда, а потом все как следует рассмотришь. — Он завел двигатель и рванул со стоянки, бросив взгляд на Робертса, когда они проезжали мимо, — Ты у меня еще попляшешь, сукин сын, — пробормотал он. — Мы тебе отплатим за Пижаму.
Как только они выехали на Баркинг-роуд, Хокинс, более не в силах сдерживать свое любопытство, протянул руку и вытащил из портфеля Билли кипу бумаг. Не прошло и нескольких секунд, как он в полном недоумении начал трясти головой.
— Черт побери! Теперь я понимаю, о чем ты говорил. Неудивительно, что Найта так перекосило при виде нас. Он, похоже, считает нас буйными умалишенными.
— Это еще не все, — заметил Билли, стараясь сосредоточиться на дороге. — Посмотри, что лежит в самом низу. Копии полицейских отчетов о всех посетителях клуба. Имена, адреса, фотографии — в общем, все. У него есть даже копии отчетов, которые пишутся по завершении матча. Рехнуться можно!
— Господи, ты только посмотри! — прошептал Хок, протягивая снимок, на котором была изображена группа пацанов в боевых стойках у паба. — Это Даррен, Джефф и несколько ребят из Брентвуда. И как четко видны лица!
— Я же сказал тебе, что непонятно, как это мы еще гуляем на свободе.
Хокинс уронил фотографию на колени, закурил сигарету, передал ее Билли и закурил следующую для себя.
— Так что же мы будем делать? — осведомился он, когда салон машины заполнился дымом.
— Думаю, надо собрать всех ребят на следующей неделе в «Святом Георгии». Надо поставить их в известность о том, что происходит, показать им эти документы и выслушать, что они на это скажут. В любом случае пора готовить план действий на предстоящий сезон.
Гари Робертс стоял прислонившись к своей машине и пытался понять, каким образом за несколько часов его жизнь перевернулась вверх тормашками.
Еще утром благодаря цифрам, предоставленным ему накануне Национальной Криминальной разведкой, он был полон гордости и оптимизма. А теперь он был размазан. Полностью и окончательно. Как он объяснит все это своему начальству? И дело было не только в том, что ему предстояло сотрудничать с теми самыми людьми, которых он должен был засадить за решетку, главное — что они почти наверняка видели секретные полицейские отчеты, касавшиеся их обоих, которые не только не должны были храниться у Дэвида Найта, но которые он и видеть-то не имел права. Если бы он только вспомнил об этом вовремя, он бы все забрал с собой и никто бы ничего не узнал.
А этот кретин Дэвид Найт! Оставить Эванса одного в своем кабинете и даже не запереть картотеку! Неужели он не мог догадаться о его намерениях? А с другой стороны, что он мог сделать? Бедняга теперь получает у них зарплату. Не мог же он их выставить взашей?
Он оттолкнулся от машины и со вздохом залез внутрь. Он, несомненно, был по уши в дерьме.
Глава 22
Вторник, 1 августа 2000 года, 21.30
Шум, долетавший снизу из помещения бара, резко контрастировал с почти жуткой тишиной, царившей на втором этаже «Святого Георгия».
Билли предоставил возможность всем обдумать сказанное, после чего передернул плечами, бросил взгляд на Хока и попросту спросил:
— Ну так что?
Джефф оторвался от листа бумаги формата А4, который он изучал, и покачал головой, передав его дальше.