- Не понял... - полковник захлопнул папку. - Кто этого Курицина оприходовал?
- Полагаю, Никита Сергеевич, чистая ДЕЗА. Кому - то шумок вокруг мистических происшествий, ой, как нужен. И нас подставить страшно хочется. Ведь подневольные мы люди, что нам не подкинут - все расхлебываем. Опять же таки - литератором пиар накручивается. - Василий хохотнул: - Однако, не малой ценой.
- Вот именно! Понаписали пакостей, пусть за свою задницу поволнуютя. А ты копай.
Плакатный фейс Пахайло принял задумчивое выражение:
- Копаю, Никита Сергеевич, в разных направлениях. Никак нить не ухвачу: кто же нас так ловко в интригу затягивает?
- Разные могут быть варианты, - Очин загрустил:
Я хозяину города аккуратно докладываю про события с нашими жертвами гостями столицы, а он стихи читает! Глаза при этом у подлеца чистые-чистые! Похоже, знает он куда больше, чем нам хотелось бы думать.
- Интересненько... - прищурился Пахайло. - Вы мне диктофончик с поэзией ещё раз прослушать дайте.
21
- Ну, понял, чем пахнет? - торжествовал Жетон, наблюдая за выражение лица ознакомившегося с сообщением о страданиях книгоиздателя Теофила. Брезгливое было выражение и отсутствующее. После болезни явился Теофил в полной задумчивости и в комиссарской повязке на раненой голове. Предчувствуя интереснейшие откровения ясновидящего, Жетон не унимался:
- Искусство и жизнь взаимодополняются! Не известно, кто кого больше вдохновил. Только не сомневаюсь, что теперь господин Куркин будет испытывать особое пристрастие к историям, повествующим про откусанные гениталии и всяческие анально-фекалийные извращения. Вот где смычка авангарда с попсой! На унитазе они сошлись в обнимочку. Директору издательства такую подлянку устроить! Нет, ты вдумайся в сам процесс... Волнует! Жизнь дарит творцам такие волшебные сюжеты! Может, стоит анонимно поведать людям про изыски Арт Деко - для повышения потенциала ведущих детективистов?
- Молчи лучше! - опасливо огляделся Теофил. - Больно митинговать любишь!
- Да чего мне-то молчать? У меня все на месте. Не думаю, вообще, что бы женщина смогла... Хотя... - Жетон мучительно поморщился, смоделировав в воображении картину преступления. - Кто их знает, этих бизнесс - леди!
- Я знаю. Они не могут... - Трошин машинально раскладывал в стопки новые поступления печатной продукции.
Жетон не удержался, тряхнул его за ворот куртки:
- Очнись, эзотерик, это ж из твоей серии! Все сходится - маньяк выдает свое истинное пристрастие - стремление к Уничелу. Мужика ведь уже прихватили за...Только не успели до конца обработать по схеме! А успели бы - то доставай из задницы издателя покетбук этой самой Волчиной, Марьиной или Зуляковой. Тут же аномальщиной вовсю благоухает!
- Жень, у нас с тобой крыша поехала. Нет никакой серии, нет никаких Уничелов. И вообще, у меня сотрясение, я об печку в темноте ударился и ничего не помню. Цветущая амнезия, - Филя устало прикрыл глаза, демонстрируя отсутствие интереса к теме и крайнее утомление. Жетон понял, что откровений не будет.
В тот вечер продавец киоска печати напоминал сонного филина - сидел нахохлившись и ни с кем не общался. Перевязанная голова давала ответы на вопросы, тревожившие покупателей. Бурно провел паренек время. Бывает.
В ушибленной голове паренька творилось тем временем невообразимое. Он пытался сложить части шарады, а они разваливались на ещё более мелкие кусочки. И выводы колебались от плюса к минусу: забыть все сейчас же, выкинуть из головы к чертовой матери. Или: немедля бежать в какие-то инстанции, звонить, бить тревогу, требовать... К темному, слякотно-неоновому вечеру стало ясно - оставить это дело без прояснения нет никаких сил. Слишком уж распоясались глумливые сатанюки. И ведь что гнетет больше всего - Севан! Неужели единственный человек, которому он доверил свою тайну, оказался лживым подонком? Коляныч воробей стреляный, он ситуацию в "сферах" хорошо сечет и не зря мобильник подаренный "куратором" на проверку взял. Эх, веры в человека жалко! И за свою болтливость стыдно. Не известно, как этот смурной аномальщик с кликухой Севан использует информацию об Источнике жизни и згинувшей в нем Золотой девушке. Не простую, если вдуматься, информацию. И какого черта разоткровенничался, слюнтяй?
"Бог мой, а если все это - озеро в лунном серебре, засасывающий русалку черный водоворот - тоже кто-то придумал, подстроил, внушил? Как внушил кошмары Арт Деко. Если я элементарный псих с манией мифотворчества? Шизой ведь пахнет! "- Филя сжал трещавшую голову. В ней, как в клетке, бились слова:
Узколицые, страшные осы поют.
Гуще злеет звенящая зелень.
Дьявол ласковой кошкой мурлыкает тут!
Я ему потакать не намерен...
Через пять минут он подманил через стекло Жетона и мученически простонал в склонившееся к окошку озабоченное лицо:
- Анальгинчику, трубу... Облужи, казак, инвалида, страдающего за правду.
Получив желаемое, он вначале разжевал таблетку, запил прямо из чайника и выждав минуту набрал номер Севана.
- Семен Осипович, второй день вас разыскиваю. Дело есть. Встретиться бы...
- Ты не из моего телефона звонишь? А где подарок?
- Уронил я ваш мобильник. Чинить отдал.
- А... Слушай, если дело не шибко срочное, то встретимся завтра. Я в командировке был и тут кое что в Отделе завершить надо. До утра, наверно, засидеться придется.
- Подожду. До завтра терпит.
- О кей, тогда в пирожковой, как в прошлый раз. Отлеживайся пока, береги голову, она нам ещё понадобится.
- "Нужна дыра и голова, - сказал палач, скрывая плач" - пробормотал Трошин цитату из Женькиных сочинений, отключив связь. Разговор не состоялся. А как хотелось, изображая прозрение, "проговориться" предателю, что ясна ему истинная подоплека дружбы и всей закрутившейся хренотени. Что скажет на это? Ведь он сразу догадался, что звонок с чужого телефона? Значит, прав Колька: начинил Вартанов аппаратик фискальными приборами... И теперь в какую-то свою игру играет - "до утра на работе!"
- Жетон, сворачивай базар! - выбежал Теофил под липкую метель. Подгоняй свою тачку.
Минут через десять они ехали в дряхлом, почти антикварном БМВ