"Побереги дыхалку. Сколько?"
Гас становится перед лулу-эффенди, уперев руки в бока. Улыбается и качает головой. Обходит мальчишку со всех сторон. Нагибается и показывает на небольшую, немного варикозную вену у него под коленом. "Посмотри, - говорит он, по-прежнему улыбаясь и покачивая головой, потом обходит мальчишку еще раз. - Еще и геморрой. - Снова качает головой. - Прямо не знаю. Я прямо не знаю, что и сказать тебе. Открой рот, пацан... Двух зубов не хватает". Улыбка сходит с лица Гаса. Он говорит тихо и сочувственно, точно хозяин похоронного бюро.
"Я должен быть с тобой честным, Ли. У меня сейчас такого добра навалом. Давай забудем об этом товаре и поговорим о наличных за второго".
"И что я с ним буду делать? На улице торговать?"
"Захвати с собой про запас. Ха ха..."
"Ха. Сколько дашь?"
"Ну... только не злись на меня... двести пиастров". Гас отскакивает от меня, точно боится моего гнева, и двор затягивает тучей пыли.
Номер закончился неожиданно, и Ли огляделся. Бар был почти пуст. Он заплатил за выпивку и вышел в ночь.
ГЛАВА 6
В четверг Ли отправился на скачки, как ему советовал Том Вестон. Вестон был астрологом-любителем и заверил Ли, что все знаки верные. Ли проиграл пять заездов и поехал на такси в "Эй, на борту!".
Мэри и Аллертон сидели за столиком с перуанским шахматистом. Аллертон подозвал Ли и пригласил сесть.
- Где этот блядский предсказатель? - сказал Ли, озираясь.
- Он тебе лапши навешал? - спросил Аллертон.
- Вот именно.
Мэри ушла с перуанцем. Ли допил третий стакан и повернулся к Аллертону.
- Я скоро собираюсь в Южную Америку. Поехали со мной? Тебе это не будет стоить ни цента.
- Дело не в деньгах.
- Со мною нетрудно ладить. Мы можем прийти ко взаимовыгодному соглашению. Ну что тебе терять?
- Независимость.
- А кто покушается на твою независимость? Трахай хоть всех телок Южной Америки. Я прошу только одного: будь с папой ласковым, скажем, два раза в неделю. Я ведь немного прошу, а? А кроме этого я куплю тебе обратный билет сможешь уехать, когда захочешь.
Аллертон пожал плечами:
- Я подумаю. У меня работа еще на десять дней. Точно скажу, когда закончится.
- Твоя работа... - Ли собирался сказать: "Я заплачу тебе за десять дней работы", - но вместо этого произнес: - Ладно.
Работа Аллертона в газете была временной, да и в любом случае он был слишком ленив, чтобы задерживаться где-то надолго. Следовательно, его ответ означал отказ. Ли все равно поговорит с ним через десять дней. "Сейчас на него с этим лучше не нажимать", - думал он.
* * *
Аллертон собирался съездить на три дня в Морелию с сотрудниками по газете. Вечером накануне отъезда Ли охватило маниакальное возбуждение. Вокруг его столика собралась шумная толпа. Аллертон играл с Мэри в шахматы, а Ли шумел как только мог. За его столом не смолкал хохот, но всем было как-то не по себе - точно они предпочли бы оказаться в каком-нибудь другом месте. Ли они считали немного чокнутым. Но всякий раз, когда он доходил до какого-нибудь скандального излишества речи или поведения, он осекался и вместо этого произносил что-нибудь банальное.
Ли выскочил из-за стола навстречу вновь прибывшему:
- Рикардо! Amigo mio! Целую вечность не виделись! Где ты был? Ребенка рожал? Да сядь ты уже на свою задницу, или что от нее осталось за четыре года на флоте. Что с тобой такое, Ричард? Женщины? Я рад, что ты пришел ко мне, а не к одному из этих шарлатанов этажом выше.
При этих словах Аллертон и Мэри ушли, предварительно немного посовещавшись вполголоса. Ли, ни слова не говоря, посмотрел им вслед. "Играю для пустого зала", - подумал он. Заказал еще рома и запил им четыре таблетки бензедрина. Ему ударило в голову, и он выкурил еще косяк. "Ну, публика будет в восторге", - подумал он.
Помощник официанта поймал мышь и теперь держал ее за хвост. Ли вытащил старомодный револьвер 22 калибра, который иногда носил с собой:
- Держи этого паразита повыше - я его разнесу в клочья, - сказал он, становясь в позу Наполеона. Мальчишка привязал к хвосту веревку и вытянул руку. Ли выстрелил с трех футов. Пуля снесла мыши голову.
- Если бы ты поближе подошел, мышка бы прямо в дуло залезла, - сказал Ричард.
В бар вошел Том Вестон.
- Вот идет наш блядский предсказатель, - объявил Ли. - Сатурн пошел в другую сторону и твою жопу к земле тянет, чувак?
- Мою жопу к земле тянет, потому что мне нужно пива, - ответил Вестон.
- Так ты пришел в нужное место. Пиво для моего друга-астролога... Что такое? Прости, старик... - Ли повернулся к Вестону. - ...но бармен говорит, что звезды встали не так, и пива тебе не полагается. Видишь ли, Венера в шестьдесят девятом доме, а Нептун разгулялся, поэтому с такими предзнаменованиями пива тебе нельзя. - Ли запил черным кофе катышек опиума.
Вошел Хорэс и коротко и холодно кивнул Ли. Тот бросился к нему и обнял:
- Это больше нас с тобой, Хорэс, - сказал он. - Зачем скрывать нашу любовь?
Хорэс отстранил его рукой.
- Прекращай, - сказал он. - Прекращай.
- Это же просто мексиканское abrazo, Хорэс. Обычай этой страны. Здесь все так делают.
- А мне плевать, как здесь делают. Не лезь ко мне и все.
- Хорэс! Почему ты так холоден со мной?
- Прекращай, а? - ответил Хорэс и вышел. Немного погодя он вернулся и остановился у дальнего конца стойки выпить пива.
К Ли подошли Вестон, Эл и Ричард и обступили его.
- Мы с тобой, Билл, - сказал Вестон. - Если он тебя хоть пальцем тронет, я об его голову бутылку разобью.
Но Ли не хотелось, чтобы номер выходил за рамки комедии:
- Да нет, Хорэс нормальный, наверное. Просто всему есть предел. Два года он отделывается от меня этими короткими кивками. Два года он заходит в "Лолу", озирается - типа "Здесь никого нет, кроме педрил", - и выходит пить пиво на улицу. Я же говорю - всему на свете есть предел.
* * *
Аллертон вернулся из Морелии угрюмым и раздражительным. Когда Ли спросил его, как прошла поездка, он пробормотал только:
- О, да ничего, - и ушел в соседний зал играть с Мэри в шахматы. Все тело Ли пробило зарядом гнева. "Он у меня за это заплатит", - подумал он.