Документов у задержанного, кроме членского билета общества рационализаторов и изобретателей на имя Ездокова, не оказалось. Но в карманах у него оперативники нашли авиабилет Алма-Ата - Караганда, проданный накануне на имя Гребнева и обрывок тетрадного листа с адресом: улица Степная, 64-б, квартира 2. Вот и все.
Осмотр багажных отсеков самолета дал знакомые результаты: на рулевых тягах болтается поношенная одежда, валяются пустые бутылки, окурки, остатки еды.
- "Не меньше двух дней обитал здесь этот тип", - решили оперативники.
"ДРУЗЬЯ-ПРИЯТЕЛИ"
Хозяйкой квартиры, адрес которой был указан на клочке бумаги, оказалась молодая, несколько развязная женщина, отрекомендовавшаяся Галиной Сомовой.
- Да, есть у меня знакомый летчик, - откровенно призналась она. - Живет у меня, но сейчас в рейсе. Скоро вернется. Мы недавно познакомились. Его фамилия Матросов. Володя.
А затем добавила:
- Друг у него есть в Алма-Ате. Живет у моей приятельницы в пятом микрорайоне. Тоже летчик - Виктор Гребнев.
Гребнев? Но именно эта фамилия обозначена на авиационном билете, найденном у "рационализатора". А его Галина Сомова отрекомендовала "летчиком" Матросовым. Кто же Гребнев? И где он?
Гребнева нашли по указанному Сомовой адресу. Этот черноволосый, крепко сложенный мужчина, увидев работников милиции, умело разыграл сцену оскорбленной невинности.
- Это произвол, - гневно ораторствовал он. - Я бортрадист Бакинского аэропорта, приехал в Алма-Ату по личным делам. Матросов? Да, знаю такого. Но мало. И то только потому, что он сам из Баку, встречались по работе.
Все это было шито белыми нитками. У работников милиции имелись веские основания подозревать Гребнева в самолетных кражах. Его задержали.
Началось следствие. Работу следователей возглавил заместитель начальника отдела следственного управления МВД Казахской ССР подполковник Ю.Н.Шевцов, за работу принялись следователи Басаров, Марьясис, Исабаев и другие...
Предстояла большая работа. Нужно было полностью изобличить преступников, выявить их сообщников и пособников, найти похищенные вещи и вернуть их, по возможности, потерпевшим.
ПОЕДИНОК
Начался нелегкий поединок следователей с преступниками. Пойманному с поличным Матросову запираться не было смысла. Он признал, что с целью краж вылетал из Алма-Аты в Симферополь вместе с Гребневым. Возвращались вместе Матросов в багажнике, Гребнев, его напарник, в салоне самолета. Это и дало последнему возможность улизнуть от милиции в момент задержания мнимого рационализатора.
Однако у работников следствия были серьезные основания утверждать, что Матросов и Гребнев причастны и к другим кражам. В распоряжении следователей находились предметы, найденные в багажном отсеке самолета ИЛ-18 на месте, где была совершена кража, в Целинограде. Отпечатки пальцев, обнаруженные на этих предметах, полностью совпадали с дактилоскопическими данными Владимира Матросова. Это было неопровержимым доказательством его вины, и преступнику пришлось сделать еще несколько признаний.
Значительно сложнее оказалось изобличить Гребнева, Этот матерый преступник упорно отвергал предъявленные ему обвинения, старался свернуть следствие на ложный путь.
Но факты, в данном случае - улики, - упрямая вещь. В арсенале работников следствия есть немало средств, с помощью которых можно раскрыть преступление, как бы тщательно оно ни было замаскировано и доказать вину преступника, как бы он ни выкручивался.
Появились первые свидетели. Были найдены и вещи, которые воры сбывали в разных городах и разным людям. Работники следствия нашли и задержали в Усть-Каменогорске еще одного соучастника преступлений - Эдуарда Орловского. Вскрылась и его неприглядная роль в преступной группе.
Поначалу он помогал Гребневу и Матросову сбывать ворованные вещи. К этому делу он привлек своих родственников во Фрунзе. Затем и сам принял непосредственное участие в кражах. Он дал многие ценные для дела показания.
Теперь Гребнев понял, что его карта бита. Продолжая упорствовать, запираться, он все же вынужден был дать первые показания, признать свое участие в некоторых кражах...
УГОЛ ПАДЕНИЯ
Для того, чтобы полностью разоблачить преступников, не оставить без внимания ни одной, даже самой мелкой кражи, нужно было проделать огромную работу. "Воздушные пираты" орудовали в разных городах, на различных трассах. И поэтому оперативно-следственные работники выехали в Баку, во Фрунзе и другие города страны. Постепенно все явственнее вырисовывался неприглядный облик преступников, стали понятны изощренные методы, к которым они прибегали в целях наживы.
Оба - Матросов и Гребнев - раньше работали в Бакинском аэропорту бортрадистами на самолетах ИЛ-18, хорошо изучили эту умную машину. Но, погрязнув в беспробудном пьянстве и кутежах, они перечеркнули широкую и светлую дорогу, которая открывалась перед ними, молодыми специалистами. Их пытались образумить, удержать от падения. Не помогло. Они опускались все ниже и ниже. Наконец, за пьянство и прогулы их уволили из авиации.
Для кутежей нужны деньги. Много денег. Не обладая достаточной силой воли, чтобы преодолеть пагубные привычки, Матросов и Гребнев становятся на путь преступления. Бросив свои семьи, они целиком отдались случайным, ни к чему не обязывающим связям. Находились и легковерные женщины, которые затем вольно или невольно становились соучастницами их преступлений. Они принимали от своих случайных знакомых подарки сомнительного происхождения, участвовали в кутежах.
Первые кражи Матросов и Гребнев совершили еще в 1964 году. Тогда они орудовали на самолетах, летавших из Баку в Ереван, Тбилиси. Потом "пираты" сменили маршруты. Перебазировались сначала во Фрунзе, где обзавелись надежным помощником по сбыту ворованных вещей Орловским, таким же пьяницей и проходимцем. Вскоре отправились в Алма-Ату.
Оба хорошо овладели воровскими приемами. Научились ловко открывать чемоданы таким образом, чтобы потерпевший не сразу заметил это. Брали самое ценное. И спиртные напитки. Обычно они покупали билеты на самолет, отправляющийся в дальний рейс, но до ближайшего аэропорта. Во время полета "пираты" проникали в багажное отделение самолета и пускали в ход отмычки.