Председатель: У Вас имеется этот документ?
Суцкевер: Да, я прочту несколько строчек (читает по-немецки):
"Телефон 19-36. Вильно, 3 ноября 1941 г. Господину гебитскомиссару Вильно. По Вашему приказу наше заведение в настоящее время дезинфицирует все старые еврейские платья из Понар и передает их управлению Вильно".
Смирнов: Свидетель, поскольку Вы огласили какой-то документ, Вы обязаны передать его Суду, ибо мы в противном случае будем лишены возможности судить об этом документе.
Суцкевер: Пожалуйста.
Председатель: Скажите нам прежде всего, где был найден этот документ?
Суцкевер: Я нашел этот документ в гебитскомиссариате города Вильно в июле 1944 года, когда наш город уже был очищен от немецких захватчиков...
Председатель: Вы хотите сказать, что это здание было занято немцами?
Суцкевер: Там был гебитскомиссариат, там жили Ганс Финкс и Мурер.
Смирнов: Свидетель, Вы сказали о том, что в период начала немецкой оккупации в Вильно было 80 тысяч евреев. Сколько евреев осталось после оккупации Вильно?
Суцкевер: После оккупации Вильно осталось приблизительно 600 человек.
Смирнов: Значит, 79 400 человек были уничтожены?
Суцкевер: Да.
Смирнов: У меня нет больше вопросов к свидетелю, господин председатель.
Председатель: Хотят ли задать вопросы свидетелю другие обвинители?
Максуэлл-Файф: Вопросов нет.
Додд: Вопросов нет.
Председатель: Желают ли защитники задать вопросы? Нет? В таком случае свидетель свободен.