— Может стоило сначала проверить?
— У нас приказ, мы должны выполнять.
Борис снова подкрался к окну, попытался высмотреть тех, кто стоит у дверей. Это у него не получилось. Их не было видно. Глаза скошенные до предела заболели. Борис глянул в другую сторону и замер. В горле родился противненький смешок. Трудно выразить какие чувства, в этот момент испытал Борис, это была смесь восторга и удивления.
Он сразу узнал двух девочек. Казалось, удача сама пришла в его руки. Он поблагодарил небо, за везение, и устало плюхнулся на скамью. На душе отлегло, Борис, схватив ковш воды, разом его осушил. По подбородку полилась прохладная влага, блаженно освежая грудь. Скинув рюкзак толстяк снова припал к окну. Девчонки, скрывшись под раскидистой березой, показывали пальцем в сторону клеток, о чем совещались. Вот они разделились. Та, что с бантами, юркнула под клетки, вторая осталась стоять на месте.
— Вот ты то мне и нужна, — потер пылавшее ухо Борис, и направился к двери, — зверушек пришли спасать, ах вы мои милые сердобольные, курочки вы мои желторотые! Что за радость! Да неужели, я такой зверь, в самом деле? Да просто бы пришли, попросили, я бы сам зверушек-то и освободил. — Взглянув в зеркало, Борис плюнул на ладонь, и пригладил растрепанную шевелюру, — …разумеется, за вознаграждение… — уже мысленно добавил он.
Схватив железное кольцо на полу, Борис поднатужился, с силой крутанул его вправо, и пыхтя от усердия поднял крышку. В образовавшееся отверстие моментально влетели два комара, и с писком понеслись по вагончику. Борис отмахнулся от них, и сунул голову в проем. Удостоверившись, что все в порядке, он пролез в яму и вышел наружу, с другой стороны вагончика. Пробежавшись по утоптанной траве, Борис притормозил за спиной Элис.
Элис даже не заметила, что сзади неё кто-то остановился. Увлеченная наблюдением за окном вагончика, она вся превратилась во внимание. Она ловила каждый шорох, каждое движение за окном. Когда чья-то рука мягко легла на её плечо, она не то чтобы испугалась, просто вздрогнула. Ведь её окружали только друзья, и здесь она в безопасности, подумала она, поворачиваясь.
Увидев того, кого меньше всего ожидала, Элис открыла рот но ничего не смогла произнести. Ноги её ослабели, и предательски подогнулись. Так как рот был открыт, то надо было что-то все-таки сказать.
— Здравствуйте, — только и придумала Элис и глупо улыбнулась биологу-зоологу.
— Оригинально. Это вы специально по ночам бродите, что бы здороваться со мной?
Элис утвердительно кивнула. Конечно же, это было неправдой. Просто толстяк появился так неожиданно, что Элис ничего не могла толком сообразить.
— Может у вас другие планы? Ну например спасти зверей из зверинца моего брата?
Элис густо покраснела, и приготовилась плакать. А что ей ещё оставалось делать. Ее приключение провалилось со страшным треском, не успев даже начаться. Подул небольшой ветерок. Ветка березы склонила свою искривленную узловатую ветвь и ласково коснулась головы девочки, словно поддерживая её в трудную минуту. Элис вздохнула и немного воспряла духом.
Борис, так и не дождавшись, когда эта маленькая девочка расплачется, разочарованно вздохнул. Было бы приятнее, если бы она струсила, бросилась наутек, тогда её можно было, например, взять в заложники. Но ничего не попишешь, придется поступить по-другому.
— Я, между прочим, согласен с вами. Я давно уговариваю брата освободить их. По-моему это жестоко. — Лицемерие Бориса достигло апогея. Он властвовал над ситуацией, и ему это нравилось. Зови свою подругу с бантами, бабульку с крыши, толстозадого, да с дверей снимите часовых. Будем вести переговоры.
Элис ошеломленная услышанным, громко крикнула.
— Кикирилла!!!
Через минуту раздался шорох, и из под кустов выполз Кедр… Скрестив руки на груди, он поджал губы, как бы стараясь удержать словесный поток и хмуро уставился на толстяка. Тут же появилась Кикирилла. Она так торопилась, что нечаянно зацепилась одним из бантов, и опрокинулась навзничь. Кедр вовремя поддержал её.
— Совсем одичали в дебрях, — довольный промахом девочки злобно улыбнулся Борис, и тут же исправился. В фальшивом радушии он распахнул руки и громко поприветствовал всех присутствующих.
Глава 20 Хитрость Бориса
— Я не поверил своим глазам, когда вас увидел. Искренне и чистосердечно заявляю вам, что я полностью с вами согласен. И пока моего брата нет, я помогу вам. Сейчас, только схожу за ключами, — толстяк направился, было к вагончику, но тут же остановился, щеки его вспыхнули, глаза сверкнули, секунду помедлив, он нарушил тишину. — Это конечно хорошее дело освобождать животных, но тогда пострадает мой брат. А он так любит животных!!! Ну, прямо больше денег. Он страшно огорчится, когда обнаружит пустые клетки. Я думаю, вы этого не допустите
— Как же нам быть? — насторожилась Кикирилла.
Борис ожидал этого вопроса, и ответ был готов заранее. Пытаясь не выдать себя, он театрально задумался, поковырял землю носком растоптанного ботинка, глаза его презрительно сощурились, и он задумчиво протянул
— Ну, я даже и не знаю. Очень сложный вопрос. Может, подарите сувенир какой-нибудь, на память.
— Сувенир?! — удивилась Кикирилла. — Какой?
— Я знаю, — встрял в разговор Кедр. — Бобр из корней деревьев вытачивает замечательные фигурки. Так здорово получается. Ночью увидишь, всю жизнь спать не будешь. У него есть разные: большие, маленькие, уродливые, и так себе.
— Это, конечно, все замечательно, — напрягся толстяк, — но мне хотелось чем-нибудь удивить братишку, необычным, неожиданным, например таким же камешком, который вы отдали за меня Ядигиде.
— Это что за камень? — воскликнул Кедр, и захлопнул дверцу на груди, которую так не вовремя открыла кочка, пытаясь посмотреть что, творится в мире.
— Да это Алмаз Лысой горы, — Кикирилла тут же успокоилась, и стала завязывать свои бантики.
Борис не получив ответа позеленел от злости. Он весь трясся от напряжения. Как он ненавидел эти паршивые бантики, — ну чего ты медлишь? Борис закатил глаза, мысленно успокоил себя, уговаривая сдержаться, не взорваться, не нарушить иллюзию задушевной беседы. Скулы свело судорогой. Все таки нервы не выдержали и он с трудом расцепив зубы спросил. — Ну и как же насчет сувенира?
Кикирилла в этот момент закончила с прической и теперь, словно это совершенно её не волновало, спокойно произнесла.
— Всего то. Будет вашему братцу сувенир.
От счастья Борис чуть не лишился чувств. Он готов был пасть на землю и целовать ноги. Пусть все будут над ним смеяться, но он сделает это. Толстяк часто задышал, выпрямился, сердце было готово выпрыгнуть из грудной клетки. Он очумело повертел головой и не отдавая себя отчета выпалил.
— А мне можно? — поймав удивленные взгляды друзей, уточнил, — мне сувенир можно?
Кикирилла призадумалась.
Проглатывая окончания слов, Борис быстро затараторил, — просто так, тоже на память, я ведь вам помогал…я даже спас Желми.
Кикирилла раскрыла от удивления рот.
— Значит Желми спасен? Где тогда он?
— Дома, — пожал плечами Борис.
— Странно… — призадумалась девочка, — будет вам сувенир. Да не переживайте вы так, — поспешила успокоить его Кикирилла, — конечно же мы подарим вам сувенир, только у нас собой нет, надо сходить к Лысой горе.
— Я с вами!!! — заорал Борис, от избытка чувств он схватил Кикириллу за руку и потащил её в сторону Лысой горы.
Кикирилла упершись пятками в траву, выдернула руку, и напомнила толстяку, зачем они все-таки здесь собрались. Борис с минуту не мог сообразить, о чем она говорит. Наконец понял, закивал головой и бросился к вагончику. Биолог-зоолог очень торопился.
У дверей продолжали стоять часовые. Крапива с Чертополохом, Они увлеченные своим спором вытаращили глаза, когда увидели на ступеньках крыльца толстяка. Крапива ткнула пальцем в грудь Чертополоха.