— Я так и знала…
Мама закатила глаза и протяжно вздохнула. Тетя Тоня сгоряча не заметила, как села на прикрытые салфеткой поднимающиеся лепешки теста. Мама промолчала, чтобы не расстраивать соседку. Хватит того, что у неё пропала дочка.
— Я так и знала, — заламывая руки, застонала тетя Тоня.
— Так он, вроде, вам нравился? — вступилась за Сережку мама.
— Да нравился, но не до такой же степени. У тебя самой растет дочь, я посмотрю, что ты заговоришь, когда придет время.
Обернувшись к Элис, тетя Тоня уже спокойнее спросила:
— Когда они придут?
Элис оторопела. Если примерно через час они придут на дачу, через часа два она найдет Кикириллу, а сколько уйдет времени на поиски Кедра, она не знает. Элис прикинула, и решила, что ждать Лену надо ближе к вечеру.
— Ну ладно, — покровительственным тоном заявила тетя Тоня, — раз она с Сергеем — бояться нечего, как только она уговорила тебя пойти на эту авантюру?
— Да она и не уговорила, все само собой произошло.
— Ну, ну, не выгораживай её, — сказала тетя Тоня и взглянув на маму Элис, снисходительно произнесла, — чего уж там, хвастайся, давай свои булочки.
На даче были ровно через час. Элис так торопила мать, что та забыла половину вещей дома. Уговорив маму отпустить её на полчасика, Элис ринулась к дому Кикириллы. Кикириллы дома не оказалось. Только на крыше сидела пчелка Жу-жу и самозабвенно урчала свою монотонную песенку. Элис задрала голову и поприветствовала пчелу. Жу-жу спорхнула с карниза и приземлилась на ступеньки. Не давая Элис вымолвить ни слова, пчелка сразу зажужжала:
— Кикирилла на собрании, у Лысой горы. Золотой корень расцвел, никто не видел, где. Хочешь меду? Говорят, видел Вьюн, на его участке расцвел. Мед липовый, цветочный. Теперь все его ищут, Вьюна. А на моем участке золотой корень не расцвел. Я там каждый кустик знаю. Хочу попробовать меду золотого корня. Ты когда-нибудь пробовала мед золотого корня? Я тоже нет. А ты иди домой, Кикирилла придет, я ей передам, что ты приходила. Иди, тебя мама за черникой посылала, не огорчай мать. Ты и так сегодня её расстроила.
Элис искренне удивилась. Откуда маленькая пчелка знает, что её послали за черникой, да и вообще, о событиях сегодняшнего дня. Она хотела, что-то уточнить у пчелки, но та взлетела на козырек и оттуда сказала.
— У меня сегодня черная полоса в жизни, завтра спросишь. Вот такая жизнь пчелиная, полосатая, с одной стороны мед, с другой жало. Может, хочешь медку-то?
— Нет, — покачала головой Элис, — в следующий раз, Кикирилле передайте, что я приходила.
— Передам, передам, все передам, про Лену тоже напомню.
Собрание шло полным ходом. Все отчитались в проделанной работе. По всем признакам и приметам получалось, что золотой корень действительно расцвел. Все говорили об этом. В лесу стало теплее, радуга соорудила роскошный шатер над тайгой. Сказочное сияние окутало всех и все.
Как полагается на собраниях, Кикирилла провела перекличку. Отсутствовали Желми, Белми, Черзи. Кто-то вспомнил, что нет Мухоморыча, но ему не выделяли участка, поэтому решили его не ждать.
Получалось, что Вьюн прав, золотой корень расцвел на его участке. Смущало лишь то, что Вьюн не мог толком описать, как он выглядел, потому, как корень каждый раз расцветал в разных обличиях…Со слов Крапивы директор кафе не видел золотого корня, и не был знаком с Вьюном. Следовательно, он не мог купить золотой корень, как утверждает Вьюн.
Кикирилла специально съездила к прабабушке и уточнила, как угадать золотой корень, как его разглядеть, не пропустить. Бабушка рассказала, что, когда корень цветет, вокруг светло даже ночью, тепло даже в стужу, легко даже в страхе. Если выдернуть это растение из земли, то его золотой корень ослепит врага, а доброму сердцу дорогу укажет.
Кикирилла долго возмущалась бабушкиными шарадами, она требовала конкретных пояснений, сколько лепестков, какой высоты, какого цвета, но бабушка заявила, что на её веку было немало золотых корней, но все они были разными, на вид, цвет и ощупь.
— Ну не дергать же каждое растение из земли!!! — пытала прабабушку Кикирилла.
— Твоя задача разглядеть его, почувствовать. Не зря же провидение выбрало именно тебя, значит, в твоей власти понять, узнать, определить. А вам он сейчас, ой, как необходим. Если не разглядите вы, его найдут другие, не дай бог, это будут ваши враги, — закончила прабабушка Кикимора болотная и обняла правнучку.
— Кажется, они уже опередили нас, — вспомнила Кикирилла Вьюна и того неизвестного похитителя. Если снова отправить кого-нибудь в город? Все одно к одному. Желми надо спасать… Как все запуталось.
Глава 18 Скандал
Кикирилла ползала по черничному ковру и собирала матово-синие ягоды. В этом году урожай удался на славу. Ягодки щедро рассыпались по южному склону, между испещренных ветром камней. Почувствовав за собой охоту, они моментально выдвинули собственные условия игры и, не спрашивая согласия, принялись играть в прятки. Они выглядывали из-под листика и кокетливо подмигивали девочке круглым синим глазом, заметив её приближение, исчезали перед самым носом охотницы.
Ближе к обеду металлический бидон был практически полон. Элис надоело спина болела, колени гудели. Хотелось пить и есть. Еще горстей пять и можно заканчивать. Элис поставила тяжелый бидон на плоский камень, а сама поползла добирать расшалившиеся ягодки. Вот одна…а вот еще…а ты куда?…. С полными ладошками Элис повернулась к бидону.
— Нет, только не это… — Элис остолбенела! Секунду назад за её спиной никого не было, а сейчас толстая, наглая Корова, сунув морду в бидон, преспокойно пожирала чернику. Элис видела как Корова, спокойно орудуя языком, словно лопатой, подгребала к губам ягоды, уничтожала их с завидной скоростью. Когда язык перестал доставать до ягод, Корова глубже засунула голову в бидон, горлышко оказалось узко. Корова вскинула голову с бидоном вверх, остатки ягод выкатились прямо в утробу животного. Корова тряхнула головой, пустой бидон слетел с морды и загромыхал по камням к ногам девочки.
Элис стояла и смотрела на происходящее, не веря своим глазам.
— Да…да…ты кто такая? — наконец обрела она дар речи.
Корова хлопнула хвостом о свой бок и удивленно оглядела свое тело.
— Неужели непонятно, — ответила Корова и сытно зевнула.
Элис промолчала. Потом взглянув на корову, она открыла было рот…
— Ты наверно городская, раз коров в лицо не знаешь, — опередила её Корова
— Очень даже знаю, но не таких наглых!
— Я не наглая, я святая, то есть, из Индии, — уточнила Корова и рыгнула. М-да, похоже, переела… Знаешь Индию?
Элис поджала губы
— Если вы индийская Корова, что вы здесь делаете? — Элис было очень жаль ягод, которые она с таким трудом собрала.
— Прилетела, полюбоваться золотым корнем. Расцвел он. Посмотри на небо.
Элис давно заметила необычный радужный шатер на небе, но её удивило другое.
— Как это прилетела?
— Молча, — сказала Корова, — мы всегда летаем молча, и Корова на этот раз икнула, — точно переела. Жаль, теперь молока будет много. Послушай, а ты не умеешь доить коров? Да перестань ты на меня так смотреть! Я стесняюсь. Может, молока хочешь? — и Корова повернулась к Элис боком. — Говорят, у вас здесь молоко любят… Всю жизнь мечтала, что бы меня подоили.
— Пошли к маме, может, она не забыла, как это делается, — предложила Элис и подняла бидон. Он показался ей тяжелым. Девочка заглянула внутрь и обомлела, бидон был полон черники! Элис вытаращила удивленные глаза.
— Вы волшебница?!
— Я святая. Корова. Из Индии, — недоуменно затрясла рогатой головой животное. И удивительно точно станцевала индийский танец. — Это благодарность за ягоды.
— Понятно, — протянула Элис. Это была неправда, ей абсолютно ничего не было понятно.
Элис приоткрыла калитку, приглашая корову войти во двор. Мама устало поднялась с грядки.