- А вот и море.
Хаулэнд посмотрел в направлении, указанном Рэмзи, и увидел пепельное море, угрюмое и волнующееся, покрытое барашками белой пены. Море трудилось без устали, то посылая волны вперед, то откатывая их назад с берега, который Питер выбрал для своего экспериментального полигона.
- Впечатление очень неприятное, Колин. Надо бы связаться с базой и сообщить им, что мы еще находимся в воздухе.
- Хорошо, - Рэмзи вызвал базу, уверенный, что тотчас же услышит Ларсена, который всегда нес дежурство по связи во время проведения крупных операций.
- Не отвечает, - сказал Рэмзи. - Странно. Привет, Сэмми. Ты меня слышишь?
Никакого ответа, только атмосферные помехи, все время терзающие коммуникационные линии по всей Галактике.
- Выходи на связь, Сэмми. Сэмми, ты меня слышишь?
- Надеюсь, хорошо настроили приборы перед тем, как нам улетать?
Рэмзи уверенно ответил:
- Конечно. Я сделал это сам. Ага, теперь прорезался. Сэмми, где тебя носило?
Послышался веселый голос Ларсена:
- Извини за задержку, Колин. Мне необходимо было поговорить с Чарли...
- Чарли?! Но он должен был появиться с продовольствием только через неделю.
- Так мы думали. А он сейчас на орбите, и мы переговорили с ним насчет порядка захода на посадку. Ты же знаешь, как требовательно относится проф к каждому, кто прибывает на Поучалин-9.
- Да, еще бы мне не знать, - засмеялся Рэмзи. - Бедный Чарли! Но он лучше всех подходит для этой работы.
Сознание того, что их продовольственный корабль, ведомый Квангом, плывет с Земли и просит разрешения на посадку на Поучалин-9, вызвало у Хаулэнда приятное чувство единения с Галактикой - значит, пуповина, соединявшая их с Землей, не отрезана. Он снова сконцентрировал все внимание на море, расстилавшемся впереди, как громадный серый ковер, и почувствовал, что флайер плавно изменил курс.
- Мы вернемся назад как раз вовремя, - сказал Рэмзи.
Он загадывал наперед в мыслях, а руками делал все, чтобы удачно посадить корабль. Волновало это и Хаулэнда - авария могла бы принести непоправимое несчастье. Когда флайер коснулся черной и скользкой грязи на берегу и двигатели остановились, оба мужчины с облегчением вздохнули.
Работа шла хорошо. Лотки с микроорганизмами были помещены в отдельный отсек корабля. Дверь отсека плотно закрыли. Затем через щели этого блока пластмассовые лотки в последний раз простерилизовали, и дверь автоматически открылась. Выдвинулись руки робота и начали вынимать лотки по одному, неся каждый из них так умело и бережно, как разносят нагруженные блюдами с едой подносы красивые и ловкие официанты-полуроботы в шикарных ресторанах. Автоматические руки опускали лоток точно в то место на илистом берегу, которое указывал Питер, открывали крышку и аккуратно перекладывали бактерии в их жилище.
Работа была несложной, все можно было сделать за час. Но Хаулэнд трудился так вдохновенно, тщательно и пунктуально, что прошло три часа, когда, наконец, он закончил операцию и повернулся к Рэмзи:
- Порядок, Колин. Дальше командуешь ты. Домой, Иаков - сын Исаака!
Уже в воздухе Хаулэнд посмотрел назад. Их живые микроскопические создания лежат сейчас на первобытном илистом берегу, получив задание от человека. Но выполнение задания зависит не только от них, справиться с ним микроорганизмы могут только с помощью питательных солей, солнечного света и природных химических веществ. Питер знал, что с этой минуты подобные мысли не оставят его в покое.
Рэмзи неожиданно сказал:
- Ты знаешь, Питер, я слегка разочаровался, познакомившись с вами, учеными парнями. Мне рассказали, что вы работаете над созданием жизни. Поэтому я ожидал увидеть огромный резервуар с трубами и разными интересными приборами, массу потрясающего оборудования... А потом, в один прекрасный день, думал, что увижу, как из воды появляется...
- Прелестная девушка с длинными белокурыми волосами, идеальной фигурой и бессмысленными глазами, с мозгом новорожденного ребенка? Вот уж, действительно, Колин, - это можно назвать научной аферой!
- Я понимаю, старина. На самом деле я думаю своей глупой башкой, что вся ваша работа впечатляет больше, чем твоя блондинка. Ее ведь, в конце концов, нетрудно сделать и потом обучить. Не в том проблема создания жизни. Я прекрасно знаю, что вы первые ученые, которые поставили себе цель - создать жизнь, и творите ее, используя великие законы природы. Даже мудрее...
- За месяц мы делаем то, на что природе понадобились миллионы лет, но при этом мы повторяем ее приемы. Эту блондинку природа считала бы незаконнорожденной, а наука может пойти против природы только в том случае, если действия науки направлены во благо бессмертной душе человека. Но в основном мы стараемся идти в ногу со старой леди.
- Понятно, - сказал Рэмзи. - Вот мы почти и дома. А Чарли уже сел.
- Я не слышал, как он приземлялся.
- Проворный парень, наш Чарли Кванг. О, хорошо, дали сигнал к посадке. Иду на снижение!
Флайер сделал еще один круг в воздухе, пошел вниз и совершил безупречную посадку в ангаре, скользящая тройная крыша которого тут же закрылась.
Первым, кого встретил Хаулэнд, выйдя из корабля и немного зайдя за него, был Теренс Мэллоу.
Мэллоу сразу же заговорил:
- Наконец, я вижу человека, которого жду с нетерпением. Шагай сюда, Хаулэнд. И никаких глупостей.
Хаулэнд не сопротивлялся, так как Мэллоу, конечно же, был вооружен. Какая нелепость, подумал Питер, - этот дурак может сейчас убить его, Хаулэнда. Убить как раз в тот момент, когда он, Питер Хаулэнд, наслаждается работой и жизнью, когда начали сбываться все мечты.
Хаулэнд присоединился к остальным - а это были Кванг, Рэмзи, Ларсен и Рэндолф - и все они пошли к служебному зданию. Мэллоу, Кейн, Бригс и их прихвостни следовали за ними с оружием наготове.
Кванг обратился к Рэндолфу:
- Я очень сожалею, проф. Мэллоу неожиданно напал на меня, когда мы грузились, и заставил немедленно лететь прямо сюда. Я ничего не мог сделать - его приятели неотступно следили за каждым шагом...
- Между прочим, Чарли, мой дорогой друг-перебежчик, я не забыл, как ты насолил мне тогда на "Посейдоне", - угрожающе напомнил Мэллоу Квангу. А вообще я приехал за деньгами - их еще очень много, я знаю. Вы не вернули деньги назад, как говорили. Считаете меня дураком?