Она взяла со стола потемневшую фотографию и посмотрела на нее.
- И только за то, что он хозяйственный был и жили мы лучше других, сокрушенно сказала старуха и положила фотографию на место.
- Детей наших в трудовую колонию забрали. От горя я тогда рассудка лишилась. Убежала в лес в одном платьице. В отчаянии бродила и выла как дикий зверь. Когда приходила в село, то никто мне дверей не отворял. Боялись меня, и не потому, что обезумела, а оттого, что если мне помощь окажут, то сами под гонения попадут.
Старуха замолчала. Стало так тихо, что было слышно, как жужжат мухи у окна и бьются в стекло.
- Что же потом было? - нарушил тишину Ветер с Гор.
- Платьице быстро пришло в негодность, и ходила я по лесу голой. Зимы тогда лютые были. Но ничего, выжила с божьей помощью. Вот и поселилась здесь, на Святом Болоте, чтобы людей не видеть. Так семьдесят лет я и прожила.
В этот миг Ветру с Гор показалось, что лицо старухи ему знакомо, будто он уже встречался с ней. Но где и когда? Все это было очень странно.
- Вот тогда мне было страшно, - произнесла она. - А то, что люди говорят о Святом Болоте, - так, кто чего желает, то и получает. К зеркалу пыль не пристанет, коли зеркало чистое, а если пыль пристала, то, значит, зеркало не чисто.
- Вот и мне показалось, что здесь вопреки слухам присутствует дух покоя и особенной благодати, - произнес Ветер с Гор.
Старуха словно очнулась от забытья и снова принялась разжигать печь. Со знанием дела она вырывала пожелтевшие от времени страницы из толстой, старинной книги, комкала их и засовывала в печь. Ветер с Гор, приглядевшись, увидел, что этой книгой была Библия.
- Что вы делаете?! - вскрикнул он, привстав со скамьи.
- А что такое? - спросила старуха, не оборачиваясь и не проявляя никакого интереса к волнению гостя.
- Это же Библия!
- Ну и что?
- Как что? Это же священная книга, ей цены нет!
- Может, и нет, а вот горит плохо. Видишь, приходится сто раз поджигать.
- Да вы сумасшедшая! - воскликнул Ветер с Гор.
- Что правда, то правда. Я же тебе об этом и толкую, что я безумная.
Ветер с Гор встал, внутри у него все клокотало от возмущения и ему хотелось быстрее отсюда уйти.
- Ну вот и разгорелась наконец, - с удовлетворением проговорила старуха, закрыла топку и поставила чайник на плиту. - Ну, хватит о пустом болтать, лучше говори, зачем пожаловал?
Старуха села на кровать напротив Ветра с Гор.
- Я не пожаловал, я просто вам помог, - произнес Ветер с Гор, удрученный поведением старухи.
- Да не крутись ты, словно уж - я ведь все знаю, только ты сам должен все сказать.
- Что сказать?
- Ну, конечно, не то, что у тебя в голове, а то, что на сердце! разгорячилась старуха. - Кому нужны пустые слова?
Ветер с Гор не понимал, что старуха от него хочет, и вообще разговор, по его мнению, зашел в тупик. Ему вновь захотелось уйти.
- Слова-слова... Сколько их выброшено на ветер, - сокрушенно прокряхтела старуха. - Только и знают все, что слова на ветер бросать, воздух засорять. Слова давно потеряли смысл.
- Что же осталось? - спросил Ветер с Гор.
- Остались только слова души - чувства. Когда надумаешь на таком языке поговорить, приходи.
Ветер с Гор, так и не напившись чаю, покинул избу и не прощаясь побрел домой. Старуха вышла на крыльцо и прокричала ему вслед:
- Дорогу сюда тебе собака покажет. И еще: как надумаешь в гости пожаловать, лебедя прихвати, я его подлечу, голубчика.
Глава 36
Чжуан-Цзы
Всю неделю Ветер с Гор был погружен в размышления о необычной старухе. Эта встреча была очень загадочной. Откуда, например, она знала о лебеде? И вообще она беседовала с ним так, будто ей знакомы все тайники его души.
Ветер с Гор ощущал в себе борьбу разума и души. Разум восставал против этой безумной старухи и заявлял, что ничего доброго от нее ждать нельзя. Душа, напротив, чувствовала, что за неприглядным образом этой отшельницы скрываются чуткое сердце, мудрость, знания, которые ему так необходимы, чтобы выйти из очередного тупика и сделать шаг вперед.
Более же всего Ветра с Гор мучило желание вспомнить, где он мог раньше видеть старуху. Но ничего не получалось. Наконец он принял решение завтра с утра вновь отправиться к ней.
Гануш все это время была занята чтением книг и домашними делами.
Накануне вечером они ужинали овощами, тушенными в чугунке, которые приготовила девочка. Приятный аромат вместе с паром поднимался из чугунка. Ветер с Гор за столом был особенно задумчив и молчалив.
- Объясни, пожалуйста, - произнесла девочка, - как понять такую фразу : "Знающий не говорит, говорящий не знает".
Ветер с Гор очнулся от своих раздумий и спросил:
- Ты что, читаешь Чжуан-цзы?
Гануш кивнула головой.
- Зачем тебе такие сложные книги? Тебе учиться надо. Вот завтра я схожу в одно место, а после займемся твоим устройством в школу.
- А куда ты пойдешь?
- На Святое Болото, - ответил он. - С одним человеком нужно поговорить.
Ветер с Гор ничего ей не рассказывал о Святом Болоте, не рассказал он и о странной встрече со старухой.
- С кем?
- Еще не знаю с кем. Я потом тебе все расскажу, - ответил Ветер с Гор и после небольшой паузы продолжил. - А смысл изречения китайского философа, о котором ты спросила, в том, что истинное познание невозможно выразить словами. Например, словами никогда не перескажешь, как пахнет сирень. Для того чтобы почувствовать ее аромат, нужно ее просто понюхать. И тот, кто действительно знает, не будет говорить, потому что это бессмысленно. Поэтому пока сам не понюхаешь, сам не переживешь, никакие слова тебе не помогут понять сути. Знания нужно пережить, тогда они становятся настоящими, истинными.
Глава 37
Туман
Утром Ветер с Гор осторожно посадил лебедя в рюкзак, надел рюкзак на плечи и вышел из дома. Гануш пошла за ним вслед, желая проводить Ветра с Гор до края деревни.
- Зачем ты берешь лебедя? - спросила она, нежно гладя птицу по голове. - Мне без него будет скучно. Тебя с Ассоль весь день нет дома. Мы с лебедем подружились, и я даже научилась с ним разговаривать.
- Так нужно, Гануш, - серьезно ответил Ветер с Гор.
Молча они дошли до окраины деревни.
- Ты скоро вернешься? - неожиданно спросила она, зная, что Ветер с Гор, как правило, всегда возвращается к вечеру, куда бы ни уходил.
Ветер с Гор очнулся, будто вспомнил что-то:
- Ты вот что, Гануш. Будь умницей, - произнес он, взяв ее за плечи. Да и еще, деньги лежат в моем столе, в конверте.
- Зачем мне деньги?
- Так, на всякий случай, - промолвил он и, поцеловав девочку в лоб, быстро зашагал в сторону леса.
Он обернулся, когда подошел к березовой роще, и увидел крохотную фигурку девочки, которая помахала ему рукой. Он тоже ответил ей и, развернувшись, углубился в лес.
Вскоре Ветер с Гор очутился в густом тумане. Теперь он ориентировался только по едва различимому хвосту Ассоль, которая уверенно бежала впереди, будто знала, что они направляются на Святое Болото к старухе.
Глава 38
Чай
- Мир вам, - приветствовал Ветер с Гор старуху, отворяя дверь и входя в избу. - Ну и туман же сегодня! Если бы не Ассоль, ни за что к вам дороги не нашел.
- Заждалась уж тебя, - пробурчала она. - Давай сюда голубчика.
И старуха осторожно взяла лебедя и положила его на печную лежанку.
- Посиди здесь, погрей свои косточки, полечи свое крылышко, проговорила она с неожиданной лаской, усаживая птицу, которая в руках хозяйки была необычайно послушна.
В топке потрескивали дрова, на печи пыхтел старинный медный чайник. Старуха открыла крышку чайника и стала сыпать туда травы, коренья, какие-то порошки, что-то бурча себе под нос.
В какой-то миг она повернулась боком, и Ветра с Гор вдруг как пробило электрическим током: "Так это она мне приснилась там, на Кавказе, когда я спал над пещерой Симона Кананита!"