– Вот так! Ко всему мы остались и без связи!
Он не успел закончить фразы, как на них обрушился новый ливень стрел. На этот раз они неслись с левого берега.
– Разверни катер и включи прожектор! – крикнул Владимир Игорю.
Катер развернулся, посылая яркий сноп света на левый берег. Владимир успел заметить на берегу большую толпу странных всадников, как вдруг раздался треск, и прожектор погас. Заметив все же место скопления противника, Владимир стал посылать туда выстрелы из бластера. Его спутники присоединились к нему. С берега послышался многоголосый рев, однако поток стрел продолжал сыпаться на них градом. Вскрикнул еще один боец и упал на палубу.
Катер двинулся, набирая скорость, выходя из-под обстрела.
– Нас окружили, теперь надо как-то дождаться рассвета и прибытия помощи. Держись середины реки, – велел Владимир Игорю, а сам занялся раненым. На этот раз рана была глубокая. Стрела насквозь пронзила бедро бойцу. Кость, к счастью, не была задета.
Стрелы теперь не долетали до них, однако назад дорога была отрезана. Дело в том, что внизу река суживалась, протекая между двумя скалами, и проход был не больше пяти метров, так как остальное пространство реки заполнялось крупными валунами, выступающими из воды. Отправиться назад, значило попасть снова под обстрел.
– Эти дьяволы видят ночью не хуже, чем днем, – простонал раненый.
– Сейчас бы пригодились доспехи древних рыцарей, – подал из темноты голос Игорь.
– Постой-ка, – вдруг оживился Владимир. – У нас есть что-то подобное. Он вспомнил про кожу гигантской змеи. Когда ее снимали, то острый стальной нож с трудом прокалывал ее прочный покров. На разрез она поддавалась, и то только если резать натянутую.
Опять в борт впилась стрела.
– Ну, они от нас не отстанут. Давай, Игорь, вверх по реке. Стрелы долетают до ее середины. Если мы будем двигаться, у них меньше шансов попасть. Катер взревел мотором и помчался вверх по течению. Внезапно они очутились на широком водном пространстве. Взошел желтый спутник и осветил гладь большого озера. Река вытекала из него широким и глубоким протоком.
– Отойди метров на двести от берега и там остановимся! – приказал Владимир.
Катер прошел еще немного и остановился. Игорь бросил якорь, но трос якоря не достал дна.
– Здесь больше десяти метров. Мы не рассчитывали на такую глубину.
– Придется лечь в дрейф. Течение есть, но небольшое.
Снова застонал раненый.
Владимир внезапно хлопнул себя ладонью по лбу и выругался.
– Совсем забыл! Отец ведь меня учил лечить раны!
Он подошел к раненому и стал, как учил его Сергей, водить ладонью у поверхности раны. Однако или он разучился, или рана была слишком глубокая, но облегчения раненому бойцу его манипуляции не принесли. Про свете фонарика он ввел ему шприцем внутримышечно порцию антибиотиков и дал таблетку обезболивающего. Раненый вскоре затих и заснул.
Второй, с легкой раной в плечо, чувствовал себя уже лучше и тоже спал.
Желтая луна постепенно поднялась выше и стало светлее.
– Влипли мы все-таки здорово, – пожаловался Игорь и напомнил: – Ты говорил насчет змеиной кожи.
– Да, мы сейчас сделаем из нее подобие плащей.
Он взял плазменную горелку и, манипулируя тонкими, как игла, лучом, вырезал два квадратных куска кожи. Затем в каждом сделал отверстие для головы и два по бокам для рук.
– Классическая индейская одежда, – сказал он, напяливая на себя одну из кож и протягивая Игоря другую.
– А что? Довольно удобно, – заключил Игорь, следуя его примеру.
– Дождемся утра и отправимся искать Вальтера и Оксану.
– Если они живы…
Владимир не ответил. Во всем случившемся он винил только себя. Уверенные в превосходстве оружия, люди допустили непростительную беспечность, забыв, что даже полное превосходство оружия не может обеспечить безопасность перед внезапностью нападения. И вот теперь аборигены, вооруженные только луками и стрелами с бронзовыми наконечниками, одержали внушительную победу, захватили в плен двоих и столько же вывели из строя. Больше всего беспокоила гибель рации и невозможность связаться с базой и отправленными им на помощь вертолетами. Вертолеты должны прибыть через час. Владимир время от времени вслушивался в ночь, надеясь уловить гул летящих машин, но все было безмятежно и лишь плеск играющей в воде рыбы нарушал тишину.
Под утро ему показалось, что он слышит где-то вдали на востоке гул машин. Он напрягся, стараясь уловить этот звук яснее, но тщетно.
Стало светать. Озеро покрылось густым предрассветным туманом. Линия берега скрылась в густой дымке, и только верхушки деревьев, выступая из белесой мглы, указывали его расположение.
– В таком тумане они нас все равно не заметят, – высказал опасение Игорь и как бы в ответ на это явственно послышался гул приближающихся вертолетов.
Владимир закусил от досады губу.
Вертолеты летели уже над самим озером.
– Скорее к реке! Там туман, может быть, не такой густой.
Катер помчался к предполагаемому месту выхода протока, но скоро перед ним вырос обрывистый берег без малейших признаков вытекающей из озера речки.
– Нас, наверное, отнесло к северу.
Катер пошел вдоль берега в южном направлении. Вертолеты между тем, покружив над озером, улетели в южном направлении.
Пройдя еще некоторое время вдоль берега, они, наконец, обнаружили устье реки и вошли туда.
– Давай быстрее!
Катер помчался по реке. И вдруг остановился.
– Что такое?
– Мы, по-видимому, вошли не в ту реку, – озадаченно проговорил Игорь. – Я только что заметил, что мы идем против течения.
– Проклятый туман! Даже берегов не видно.
– Будем возвращаться?
– Без толку. Надо дождаться, когда туман рассеется.
Они простояли на якоре полчаса. Туман начал постепенно редеть. Вот уже стали видны стволы деревьев по обоим берегам реки. Она была неширокой, всего метров пятьдесят. По обеим сторонам тянулся песчаный пляж, кое-где поросший гигантскими деревьями. Сквозь широкие промежутки между их стволами виднелись густые заросли леса.
– Смотри, – прошептал Игорь, указывая на правый берег. К реке спустилось стадо оленей. Это были настоящие земные олени. Впереди шел громадный вожак с развесистыми рогами. Подойдя к реке, он остановился, поднял голову и с силой втянул через ноздри воздух, потом наклонился к воде и стал пить. Следом за ним вошло остальное стадо. Возле самок крутились молодые оленята. Напившись, они принялись резвиться на мелководье, поднимая фонтаны брызг.