– Да, и обычно тому, кто продает его.
– Как? Продает и сам же платит? Не понимаю!
– Вот в этом заключается весь юмор, Урания.
Урания задумалась, а потом строго посмотрела на Сергея.
– Я тебя поняла! Что ж, ты смел, человек, если позволил себе подшучивать надо мной! Хочу убедиться, как далеко идет твоя смелость. Ты не боишься, что я тебя накажу?
– Нет! Это будет нелогично!
– Вот как?!
– Если ты меня накажешь, то я, следовательно, прав, и юмор стоит дорого. Значит, меня нельзя наказывать за правду. Если я не прав, то доказать ты это сможешь только, не наказав меня. Не так ли, прекрасная и могучая Урания?
Складки на лбу Урании разгладились, и она улыбнулась, но тотчас снова приняла серьезный вид.
– Все-таки я хочу…
Все исчезло. Сергей почувствовал, что он как бы растворился. Тела не было. Был только один разум. Не было даже привычного ощущения центра, места, пространства. Он был нигде и везде одновременно. Но пространство существовало вне его ощущений. Еле заметно светящиеся точки заполняли это неощутимое пространство, одна на большом расстоянии от другой. Это было не звездное небо…
– Ты меня слышишь? – вошел в него голос Урании. Сергей не мог ответить, ибо его не существовало.
– Я тебя подключила к информационному полю.
– Ну, достаточно! – Сергей снова очутился в комнате. Рядом с ним была Урания.
– Видел?
– Вернее, ощутил! Что это?
– Реальность. Каждая точка – Вселенная. Одна из них – наша. И каждая Вселенная – это ядро атома, самого обычного атома второго уровня Вселенной. А таких уровней множество. Время во втором уровне течет на много порядков медленнее, чем в нашем. То есть взрыв нашей Вселенной, нашего ядра атома, – это неуловимый миг во Вселенной второго порядка. Наша Метагалактика, то, что мы привыкли называть Вселенной, всего только возбужденное ядро атома во Вселенной второго порядка. Пройдет мгновение, и он отдаст квант энергии, и во всей нашей Вселенной наступит спокойствие. Мертвое спокойствие. Тебя это не пугает?
– Нисколько.
– Но ты же даже не знаешь, где находится этот атом! То ли на мембране живой клетки какого-то существа Вселенной второго порядка, то ли в коре гнилого дерева, то ли в навозной куче водовозной клячи. Тебя не пугает вся твоя история, эмоции, о которых ты мне толковал, и все прочие ценности – эта ничтожная часть навозной кучи? Разве тебя это не пугает? – повторила она с насмешкой в голосе.
– Нет, Урания, нет. Во-первых, между нами, как ты сказала, непроходимый барьер времени, а во-вторых, есть нечто такое, что возвышает меня не только над этой "навозной кучей", куда входят наши Вселенные, но и над обитателями этой Вселенной второго порядка. Это мой разум. Разве недостаточно? Дело не в уровнях пространственного распределения, а в уровне развития! Ты думала испугать меня моим ничтожеством? Но разве величие определяется величиной? Я приведу тебе такой пример. Лет триста назад жил на Земле поэт, певец Владимир Высоцкий. Только специалист по истории может назвать имена правителей Земли того времени, а Высоцкого у нас до сих пор знает каждый школьник. Вот тебе величина и истинное величие. С одной стороны – огромная навозная куча, с другой – разум, интеллект, мужество.
МОЛЧАЛИВЫЙ ДИАЛОГ
"Может ли восприятие и понимание прекрасного быть лишено чувств? – думал Сергей. – Хотя, как сказать? Вполне возможно, что ее восприятие прекрасного – это комплекс логических уравнений, совпадение логики математики и гармонии тела. Нам известно, что красота и целесообразность идут в своем развитии параллельно. Следовательно, если целесообразность описывается математической логикой, то и красота, идущая параллельно целесообразности, должна иметь свое математическое содержание. Допустим, что это так. Что дальше? Мы, – мысленно обратился он к своему воображаемому оппоненту, – пытаемся уяснить, имеют ли чувства некое математическое содержание. Если да, то, пытаясь понять, что такое чувства, Урания могла проанализировать их математическое содержание и их отражение, не будем уточнять, и тогда… тогда, испытывая интерес к этому вопросу, легко могла "заразиться" ими в момент первого контакта и анализа моей психоструктуры. Это если чувства имеют какое-то математическое отражение. Но имеют ли они его? Вот в чем вопрос! Целесообразны ли чувства, эмоции? Это будет отправным пунктом нашего рассуждения. С одной стороны – да. Есть положительные эмоции, которые стимулируют работу мозга. Стоп! Стимулируют? Если они стимулируют работу мозга, следовательно, помогают решать задачи. А если так, то существует некая высшая логика чувств и эмоций. А ведь верно! Именно чувства помогают нам увидеть прекрасное. Ведь что такое любовь? Это видение и раскрытие прекрасного, того, что не увидишь простым взглядом. Хотя, говорят, любовь ослепляет, создает иллюзию. Однозначного ответа нет. То же самое ненависть. Усиливает ли она остроту восприятия, следовательно, его разрешающую возможность, или ослепляет? Трудно ответить! Недостает какого-то одного компонента… Обжигает ли огонь или согревает? Что за чушь? Стой! Стой! Какой же еще компонент?"
"Ну-ну, продолжай. Я с интересом слушаю твои мысли".
"Урания!"
"Я! Мне интересно, найдешь ли ты сам решение?"
Сергей задумался и вдруг закричал:
– Нашел, Урания! Нашел!
Спящий рядом в кресле Николай проснулся от крика и вскочил на ноги.
– Что случилось, Сергей? Мне показалось, что ты кричишь!
– Нет. Все в порядке. Спи!
"Так я прав?" – уже мысленно спросил он Уранию и снова в ответ услышал мелодичный смех.
"Все-таки я прав! Недостающий в моем анализе компонент – это сам разум. Чувства усиливают сильный разум, ослабляют слабый. Все становится на свои места. Любовь и ненависть могут ослепить только слабого. Вот почему сильный разум остается спокойным и в ненависти, и в любви. Я сказал "спокойным". Это не совсем правильно. Скорее, сильный разумом умеет держать себя в руках, какие бы чувства он ни испытывал при этом. Он не рычит и не пускает слюни. Пойдем дальше! Чувства – это добавочный поток информации. Чем слабее мозг, тем ниже пропускная способность его каналов. Введение добавочной информации перегружает каналы, а перегрузка канала – неизбежный рост ошибок в принятии решений. Все верно. Там же, где каналы имеют большую пропускную способность, добавочная информация только помогает принять правильное решение. Если это так, то Урания, обладая неимоверно сильным интеллектом, должна испытывать чувства. Но тогда почему же она спрашивала меня, что это такое? Урания, ты подслушиваешь мои мысли?"