– Три! – ответил тот.
– Слушать постоянно! Ей могут звонить.
– Ясно, шеф!
– В машину! Смотри, обязательно!
– Сделаем! Не в первый раз, – ответил агент, уходя.
– Итак, завтра, старина, – сказал Бэксон, подходя к двери в ванную комнату, куда уже успел забраться Альтерман, – ты будешь иметь возможность во второй раз увидеть своего Оборотня…
На следующий день по шоссе, соединяющем Сан-Франциско с Портлендом, на большой скорости мчался спортивный голубой электромобиль. За рулем сидела Эльга. В полмили сзади от нее двигался мощный черный бронированный лимузин, в котором находились Сомов, Бэксон, Альтерман и двое штурмовиков из личной охраны Каупони. Остальные двадцать машин следовали поодаль, не теряя друг друга из виду. Перед каждым поворотом водитель первого лимузина, следуя указаниям Сомова, переключал скрытый под панелью регулятор окраски. Автомобиль быстро из черного становился красным, из красного – зеленым, затем снова черным, а потом уже желтым. То же самое происходило с цветом других автомобилей, следующих сзади. Достигалось это весьма простым способом. Под прозрачным прочным пластиковым покрытием на металл кузова был напылен специальный химический состав, который в зависимости от подаваемого электронапряжения на кузов, менял свою окраску.
– Здесь где-то его вилла, – сообщил Бэксон Сомову. – Он ее там, наверное, ждет. Хороший мы ему свадебный подарочек преподнесем.
Он поднес наушник к уху и услышал голос Эльги. Она пела.
– Невеста поет, жених ждет, а время идет, – продекламировал Бэксон и засмеялся своей шутке.
Время действительно шло. Они были в дороге уже четыре часа.
Эльга подъехала к придорожному мотелю, пообедала, отдохнула час и снова села за руль. Выехав на трассу, ее машина сделала левый поворот и помчалась назад по направлению к Сан-Франциско.
– Ничего не понимаю! – ошеломленно пробормотал Бэксон.
– Может быть, будем брать? – спросил Сомов.
– Ты что? Зачем она нам нужна?
К вечеру они приехали назад. Эльга поставила машину на стоянку и вернулась в свой номер.
Уставший за день Бэксон буквально свалился в постель.
– Я пять минут, – пробормотал он и мгновенно заснул.
Проснулся он от резкого толчка. Открыл глаза и увидел склонившегося над ним Альтермана.
– Послушай, – он протянул ему коробочку с наушником. – Там что-то говорят.
Еще ничего не соображая, Бэксон взял наушник и приложил к уху.
– Еще немного потерпи, милая, и мы встретимся, – услышал он мужской голос. Сон мгновенно исчез.
– Я сделала все, как ты велел, – прозвучал голос Эльги.
– Ты не заметила слежки?
– Нет, все чисто. Я все время наблюдала в зеркало. За мною шли машины, но обычно, как бывает на дорогах. Ничего подозрительного я не заметила. Как там отец?
Бэксон вздрогнул и насторожился.
– Он рядом со мной, – услышал он голос Сергея. – Если хочешь, я передам ему трубку.
– Доченька! – услышал он знакомый голос Питера Лациса. – Доченька… – послышалось всхлипывание.
– Отец! Успокойся! – Эльга чуть сама не плакала. – Мы скоро увидимся!
– Эльга, слушай меня внимательно. Завтра ты поедешь в аэропорт. Возьмешь билет на утренний рейс в Лос-Анжелес. Подойдешь к трапу последней. Взойдешь на него, когда его уже вот-вот должны убрать и в самый последний момент сойдешь на землю. Если из самолета кто-то выйдет вслед за тобой, знай, что это – шпик, который тебя преследует. Тогда возвращайся в гостиницу и жди новых указаний. Если нет, возьмешь билет на Монреаль. В Монреале пересядешь на самолет, идущий в Оттаву. Там я буду тебя встречать. Ты все поняла?
– Все, Сережа! Все! Я очень хочу тебя видеть!
– Я тоже. – Разговор прервался.
– Я тоже! – повторил Бэксон. – Очень хочу тебя видеть, Сережа. Однако какая хитрая лиса. Не мешает проверить.
Он вышел из номера и спустился к портье. Было уже около часу ночи, в вестибюле гостиницы пусто. Один лишь портье сидел в своей кабине и, чтобы не заснуть, рассматривал иллюстрированный журнал.
Бэксон подошел к окошку и положил перед портье пару крупных купюр. Тот отложил журнал и вопросительно посмотрел на Бэксона.
– Откуда был звонок в 308-й номер? – спросил Бэксон.
– Мы таких сведений не даем, – ответил портье, не прикасаясь к купюрам.
Бэксон крякнул с досады и вытащил еще две таких же. Портье смахнул деньги в ящик стола и тихо сообщил: – Из Сантьяго.
– Откуда? – опешил Бэксон.
– Я говорю, из Сантьяго. Мы можем проверить. – Он набрал номер 308 на телефонном компьютере, и на дисплее засветилась надпись: № 308, 0 часов 15 минут, Сантьяго, Чили, длительность разговора – 4 минуты.
– Спасибо… – пробормотал Бэксон, отходя от окошка. Когда он ступил на первые ступеньки лестницы, в кабине портье зазвонил внутренний телефон. Сам не зная почему, Бэксон остановился и прислушался.
– Да, мисс! Хорошо, мисс! – говорил в трубку портье. – Сейчас выясню, – он нажал кнопку компьютера и, прочитав информацию на дисплее, сообщил: – Прямой рейс только послезавтра, но вы можете вылететь и завтра через Боготу. Да! Будет исполнено! – Портье повесил трубку и, заметив стоящего вблизи Бэксона, сделал ему знак подойти.
– Звонили из 308-го номера, – сообщил он и выжидательно посмотрел на него.
Бэксон полез в карман и вытащил еще две кредитки.
– Заказан билет на прямой рейс в Сантьяго, – сообщил он.
– Когда завтра рейс через Боготу? – быстро спросил Бэксон.
– В семь утра. Если хотите…
Но Бэксон его уже не слушал. Он почти вбежал вверх по лестнице на второй этаж и постучал в номер Сомову.
– Быстро одевайся!
– Что случилось?
– Надо срочно переправить твоих ребят в Сантьяго, через Боготу. Рейс в семь утра.
– Ничего не понимаю, почему в Сантьяго, да еще через Боготу? Объясни толком.
Бэксон пересказал ему разговор с портье.
– Вот оно что! – присвистнул Сомов. – Ты думаешь, нас раскрыли?
– Не могу сказать точно. Это скорее тройная страховка. Ясно, что Эльга все знает. Отец ее жив и все ей рассказал. Что он в Сантьяго – это вполне логично. Недавно в Южной Америке была разгромлена моя база. Он там! Это точно!