Он снова накапал из пузырька лекарства и дал ей выпить. Минут через десять Ирина уже спала.
– Теперь с тобой, – Павел повернулся к Марии. – Сейчас иди в свою комнату, а завтра, как ни в чем не бывало, придешь наверх – завтракать. Запомни! Ты сегодня рано легла спать и ничего не знаешь!
ПАВЕЛ
Утром в столовой Марию встретил дворецкий.
– Вам придется завтракать одной, – сообщил он. – Хозяин вчера вечером уехал, а госпожа Ирина больна.
Мария кивнула и села на свое место.
После завтрака Мария вышла во двор и, проходя мимо открытых дверей гаража, не заметила черного бронированного электромобиля Генриха. Она решила не менять своих привычек и делать то, что обычно делала каждый день.
С большим трудом выдержав положенные полчаса прогулки в парке и обойдя близлежащее озерко, в котором плавало семейство черных австралийских лебедей, покормив их, как обычно, хлебом, она, еле сдерживая нетерпение и стараясь идти как можно медленнее, пошла в дом.
"Теперь можно проведать Ирину, – подумала она. – Это будет естественно, так как дворецкий сообщил мне о ее болезни".
В дверях она столкнулась с выходящим из ее покоев Джимом.
– Ну, что там? – спокойно, как ей показалось, спросила она.
– Ой, плохо, мадам, – грустно покачал головой евнух. – Госпожа ничего не хочет есть. Я ей принес завтрак, но она прогнала меня и даже не дотронулась до еды. Надо позвать доктора.
– Иди! Без тебя разберемся! – строго приказала Мария.,
Евнух покорно поклонился и исчез. Мария осторожно постучала в дверь.
– Я тебе сказала, чтобы ты убирался, черная рожа! – послышалось из-за двери.
– Это я, – Мария вошла.
– Павла не видела? – были первые слова Ирины. Она, видимо, немного оправилась от вчерашних побоев и устроилась в кровати полусидя, опершись на подушки.
– Нет, не видела, – Мария подошла поближе. – Почему ты не ешь? Тебе надо беречь силы.
– А… – махнула рукой Ирина и тут же поморщилась от боли. – Достань из тумбочки ветчину. Ты помнишь, я вчера ее туда положила.
– Если бы не Павел, – с трудом откусывая по кусочку, пожаловались она, – я бы умерла с голоду.
– Это он тебя снабжает?
– А кто же? – усмехнулась она и внезапно насторожилась. – Ты не чувствуешь вони?
Мария принюхалась.
– Как будто пахнет горелым…
– Уже омылился! Павел говорит, что к вечеру он весь растворится. Останется только немного костей. Боже мой! Именно такой смерти я ему желала. Спасибо тебе! Да ты ешь. Хорошая ветчина. У меня был еще сыр, но вчера весь съела, без остатка. – Она замолчала и принюхалась.
– Однако воняет! Ты не чувствовала запаха в коридоре? – тревожно приподнялась она с подушек.
– Вроде нет.
– Такой заморыш, а воняет, как целый конь!
– Что с нами теперь будет?
– Положись на Павла.
– Но его, так или иначе, скоро хватятся.
– Когда его хватятся, нас уже здесь не будет. Там, – она кивнула на дверь, – ничего не говорят?
– Дворецкий сказал, что хозяин уехал вечером, а ты больна.
– Все правильно! – она протянула ей оставшийся кусок ветчины. – Если больше не хочешь, положи, пожалуйста, на место. Эх, только бы встать на ноги!
– Встанешь!
Дверь отворилась и вошел управляющий.
– Ну, как дела? – обратился он к женщинам.
– Все нормально! – ответила Ирина. – Когда ты вернулся?
– Часа два назад. Я еще час просидел в зарослях, ожидая, когда уйдут рабочие.
– Все о'кэй?
– Все!
Мария не понимала, о чем они вели разговор, но не решилась спрашивать. Она теперь видела, что между Павлом и Ириной имеется какая-то прочная связь. "Может быть, Павел ее любовник? – подумала она. – Скорее всего!"
– Дней через пять-шесть мы можем двинуться в путь, – сообщил Павел, теперь уже обращаясь к обеим женщинам. – Жаль, – продолжал он, – что это случилось немного раньше, чем следовало. Мне еще надо было кое-что узнать.
– Я, кажется, смогу тебе помочь, – обрадовалась Ирина.
– Ты? Каким образом?
– Я, думаешь, ни о чем не догадывалась?
– Не понимаю?
– Ладно! Потом! Тебе нужна карта?
– Где она? – быстро спросил Павел, строго взглянув на Ирину
– В сейфе! Но нужны ключи.
– Ключи есть. Они были у него в кармане, но я не знаю кода а без…
– Я его знаю, – перебила Ирина, – 661209, затем на втором диске – 750862.
– Откуда ты знаешь?
– Я заметила, что ты за ним следишь и иногда роешься в его бумагах. После этого я решила следить тоже.
– Он что, закрывал при тебе сейф?
– Один раз.
– И ты запомнила?! – недоверчиво спросил Павел.
– Нет, конечно! Только первые цифры.
– Так как же?
– Он склеротик и сам не мог запомнить. Поэтому записывал на бумажке и постоянно носил с собой.
– И ты?..
– Ночью вытащила ее, прочла и запомнила.
– Тогда нельзя терять времени. Мария! Ты пойдешь со мной и проследишь, чтобы никто не вошел. Хотя это мало вероятно, но все-таки.
Они прошли в левое крыло здания. Кабинет находился рядом с бывшей библиотекой. В него можно было попасть с центрального входа из большого парадного холла и через библиотеку. Здесь была потайная дверь, имитирующая шкаф. В библиотеку же можно было проникнуть только через веранду, теперь закрытую на ключ. Ключ, к счастью, оказался в одной связке с ключом от кабинета и сейфа.
Коридор был пуст. Павел прошел вперед. Внезапно он остановился и сделал знак Марии. Та замерла. Павел прислушался. Внизу, на парадной лестнице, послышались голоса. Павел быстро подошел к перилам лестницы, наклонился вперед и крикнул:
– Хэм! Где ты пропадаешь? Я ищу тебя уже час.
– Я все время здесь, – послышался ответ дворецкого.
– Послушай, Хэм! Хозяин говорит, что повара воруют продукты. Отправляйся на кухню и проверь. И смотри, чтоб все было точно, до грамма. Постой! Ты, я знаю, будешь возиться там до вечера. Возьми с собой в помощь дармоедов-лакеев и можешь прихватить негров. Потом проследи, чтобы почистили перила и решетки в вестибюле. Они грязные. Смотри! Я проверю!
– Слушаюсь, сэр! – послышался ответ с едва уловимыми нотками неудовольствия.
Павел проследил, как дворецкий направился в правое крыло нижнего этажа, где находилась кухня и слуги, повернулся назад и, увидев Марию, притаившуюся в нише стены, кивнул ей головой. Та сняла туфли и, держа их в руках, тихо прошмыгнула через верхнюю лестничную площадку в левое крыло здания.