Внезапно она успокоилась. Подошла к двери, прислушалась. Все было тихо. Она приоткрыла дверь. В коридоре никого не было. Снова закрыла и повернула ручку замка. Затем, схватив труп за ноги, поволокла его в смежную со спальней ванную комнату. Положив труп на кафельный пол, взяла таз и тряпку, вернулась в спальню и тщательно замыла следы крови. Вымыла руки и занялась Ириной. Она положила ее на постель и стала приводить в чувство. Ирина застонала и открыла глаза. Сделала движение и тут же скривилась от боли.
– Там, в ванной, на полке – мазь, – прошептала она.
Мария нашла мазь и, срезав ножницами пропитанные кровью обрывки платья, смазала раны подруги. Через некоторое время та окончательно пришла в себя.
– Где он? – были ее первые слова.
– Лежит на полу в ванной, – спокойно ответила Мария.
Та пристально посмотрела на нее и все поняла.
– Ты убила его? – все еще не веря в случившееся, спросила она не то утвердительно, не то вопросительно.
Мария кивнула головой.
– Лежи! – приказала она, когда Ирина сделала попытку приподняться.
– Что теперь будем делать?
– Не знаю…
Ирина закрыла глаза. Долго молчала, что-то обдумывая. Потом решительно сказала: – Позови управляющего!
– Ты хочешь меня выдать? – спокойно и отрешенно спросила Мария.
Ирина не ответила. Усилия, которые она затратила на разговор, лишили ее последних сил, и она снова потеряла сознание.
Мария задумалась. Она не жалела о случившемся. Поняв, какая ее ожидает жизнь, она уже не боялась смерти. Ирина, как она случайно узнала у дворецкого, была уже десятой наложницей у Генриха. Тогда она не придала значения этому. Теперь же ей стала ясна судьба тех девяти, которые были раньше, до Ирины. Но Александр? Не может быть, что он не знал всего. Как он мог приобретать Ирину для Генриха? Может быть, он не знал? Ей хотелось в это верить. Александр… А сын? Что теперь будет с ним? За все время, прошедшее от случившегося, она впервые подумала о сыне и только тогда почувствовала страх. Она вспомнила закон, который не раз им объясняли во время уроков в школе. Закон гласил, что если убийца представителя высшего класса не найден, то казни подлежат все слуги, живущие в его доме.
У Ирины, подумала она, следовательно, нет другого выхода. Так пусть лучше погибну я одна! – решила она и пошла за управляющим.
Сначала она зашла к себе попрощаться с сыном, которого теперь больше не увидит. Слезы брызнули у нее из глаз. Она покормила его напоследок и, уложив в кроватку, пошла искать управляющего. Нашла его в саду. Управляющий распекал за что-то садовника.
– Вас просит зайти Ирина, – сообщила она ему, дождавшись, когда управляющий сделал паузу.
– Ирина? – крайне удивился он. – Не понимаю?
– Это крайне важно.
Управляющий внимательно посмотрел на нее и, поняв, что дело не терпит отлагательства, торопливо пошел к дому. Мария последовала за ним.
Управляющий шел быстро, и она нагнала его у самых дверей комнаты подруги.
Увидев истерзанное тело Ирины, управляющий повернулся к Марии.
– Когда это? – только спросил он.
– Полчаса назад, – ответила она, закрывая и запирая дверь на замок.
Управляющий подошел к распростертому телу и, взяв руку женщины, стал считать пульс. Потом подошел к тумбочке, достал небольшой пузырек и рюмку. Отсчитал капли и влил лекарство в рот Ирине. Затем повернулся к Марии.
– Где он?
Мария кивнула на дверь ванной. Управляющий удивленно взглянул на нее и пошел туда. Был он там несколько минут. Послышался шум воды из крана. Он вышел, вытирая руки полотенцем.
– Ждите меня здесь и никуда не отлучайтесь, – приказал он…
Прошел час, затем еще полчаса. Она услышала тяжелые шаги по коридору. "Идут за мною", – поняла она и встала.
Щелкнул замок, дверь отворилась, и вошел управляющий, сгибаясь под тяжестью большого пластмассового короба.
– Вот, еле нашел, – задыхаясь, сказал он. – Дай переведу дух… А теперь помоги мне.
Ничего не понимая, Мария помогла ему поднять короб.
– Сюда! – управляющий, пятясь задом, направился в ванную.
– Ставь на край!– Они поставили ящик на край ванны. Мария заглянула в нее и увидела лежащего там Генриха.
Управляющий достал из кармана щипцы и стал открывать крышку ящика.
– Наклоняй! – приказал он. – Только смотри, чтобы не попало на руки.
Из короба посыпался белый порошок. Он почти закрыл труп. Управляющий открыл кран горячей воды. Вода полилась на порошок и сразу же забурлила, как от кипения.
– Давай выйдем отсюда. – Управляющий повернул ручку включения вентиляции до отказа. Загудел двигатель. Он прислушался, затем с сомнением покачал головой и, подойдя к окну, открыл его.
– Так будет надежней!
Они вышли. Управляющий вытащил из кармана моток лейкопластыря и тщательно заклеил дверь в ванную.
– Будет много вони, – пояснил он и подошел к постели Ирины. – Ну, как она?
– Ей, видимо, лучше, – ответила Мария. Это были ее первые слова с момента его возвращения. Она молча выполняла его указания, еще не понимая их истинного смысла, который только начал доходить до ее сознания.
Кончив считать пульс, управляющий выпрямился.
– Завтра нерастворившиеся останки этого хорька я унесу в парк и зарою. Пока его хватятся, пройдет немало времени, и мы что-то успеем придумать.
Он снова наклонился над спящей Ириной и осторожно дотронулся рукою до ее лица. Ирина открыла глаза.
– Павел… – Мария впервые услышала его имя.
– Лежи тихо. Я осмотрю тебя. – Он начал щупать ей живот и грудную клетку. Ирина вскрикнула от боли.
– Сломано два ребра, – констатировал Павел. – Печень, к счастью, цела.
– Я напрягала живот, как ты учил, пока была в сознании.
– Это тебя спасло. Если бы был разрыв печени, пришлось бы везти тебя в госпиталь. А там…
Ирина закрыла глаза и глубоко вздохнула, но сразу же вскрикнула от боли.
– Потерпи. Сейчас я тебе сделаю повязку. Мария, – попросил он, называя ее по имени, – помоги мне ее приподнять.
– Тебе придется немного полежать, – сказал он, закончив бинтовать ей грудную клетку. – Дня через три сможешь ходить. Постарайся заснуть.