— А мне кажется, что это очень возбуждает. — Я подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. — Я думаю, ты невероятно сексуальный.
— Правда? — Он придвинулся ближе.
— Да.
Его зрачки, казалось, расширились.
— Что ж, это чувство вполне взаимно.
— Тебе не нужно так беспокоиться о том, как себя вести. Неважно, что я сказала раньше, теперь все изменилось. Думаю, мне хотелось бы увидеть, как ты ведешь себя не лучшим образом.
Его губы изогнулись в улыбке, прежде чем он впился в мои губы долгим, страстным поцелуем. Возбужденная нашим разговором, я становилась все более влажной с каждой секундой, пока его язык хозяйничал у меня во рту. Но затем Лео отстранился.
— Я не уверен, что вы точно знаете, на что подписываетесь, когда просите меня вести себя не очень хорошо, мисс Данливи.
Я снова посмотрела на его эрекцию, и мой рот наполнился слюной. Что со мной происходит?
— Серьезно... — сказал он. — Неважно, как сильно я тебя хочу, в эти выходные не будет никакого давления, ясно? Надеюсь, ты это знаешь. И к твоему сведению, у нас есть много способов исследовать друг друга, не переспав. Есть много разных вариантов.
— Мне бы хотелось знать, какие у меня есть варианты. — Я дразняще улыбнулась.
— На самом деле, они безграничны.
— Расскажи мне.
— Ты хочешь, чтобы я описал подробно?
Прикусив нижнюю губу, я кивнула.
— Да.
— Хорошо, если быть более точным... — Дыхание Лео щекотало мне ухо, когда он наклонился и прошептал: — Нет места на этом свете, где бы я хотел быть больше, чем внутри тебя, Фелисити. Но если это не то, что ты предпочитаешь, я был бы рад, если бы ты села мне на лицо и трахнула меня. Я могу найти способ заставить тебя кричать. Все, что тебе нужно сделать, это сказать мне, чего ты хочешь. Мяч на твоей стороне, мы можем делать что угодно. Но и ничего не делать — тоже возможный вариант. Я просто счастлив, что ты здесь, и безумно хочу провести с тобой это время.
Мои ноги дрожали от предвкушения.
— Это было достаточно точно для тебя? — Он усмехнулся.
— Угу, — пробормотала я, так возбудившись, что едва могла говорить. — Звучит неплохо.
— На этой ноте... — Лео шлепнул меня по бедру. — Я собираюсь принять душ. Холодный. Это позволит тебе побыть одной. Переоденься. Встретимся внизу через несколько минут. — Он в последний раз поцеловал меня в губы, и я страстно захотела, чтобы он остался на этой кровати и немедленно взял меня. Поцелуй снова стал затягивать, когда наши языки встретились, а затем он снова отстранился. — Черт. Мне нужно держать себя в руках. — Он вскочил на ноги. — Бегу в душ! — Он выскочил из комнаты так быстро, что споткнулся о ковер. — Черт, я крутой, — сказал он, исчезая за дверью.
Мои щеки болели от улыбки. Пока я переодевалась, я поняла, что мои соски твердые, как сталь. Надев бикини, я завернулась в парео и обула шлепанцы.
Все эти разговоры о сексе возбуждали меня, но я реагировала именно на Лео. То, как он смотрел на меня с момента нашего знакомства. То, как он хотел меня. Как я хотела его. Это всегда было так интенсивно. Просто я никогда не позволяла себе ощутить всю глубину этого чувства.
Спустившись, я обнаружила, что Лео разговаривает по телефону и выглядит напряженным.
— Подожди, мам, — сказал он. Затем он прошептал мне: — Я сейчас. Это моя мама.
Махнув рукой, я сказала:
— Не торопись.
Я подошла к французским дверям, ведущим на террасу, но не смогла удержаться и не прислушаться к его разговору.
— Значит, они просто начнут очередной курс лечения, — сказал он.
Мое сердце упало. Черт. Должно быть, речь идет о его отце. Я повернулась, не в силах притворяться, что не слышала.
Он продолжал разговаривать с матерью еще несколько минут. В какой-то момент я все-таки вышла в соседнюю комнату, чтобы предоставить ему необходимое уединение. Когда я вернулась на кухню, он все еще был погружен в разговор, ероша свои волосы и расхаживая по комнате.
— Да. Хорошо. Дай ему трубку. — Он выдохнул, прежде чем услышал, что его мать передала трубку отцу. — Я думал, мы договорились, старик. Не болеть, пока меня нет. — Он сделал паузу. — Как ты себя чувствуешь?
Лео проговорил с отцом около пяти минут, прежде чем разговор завершился. Он некоторое время смотрел на телефон, прежде чем повернуться ко мне.
— Рак моего отца прогрессирует. Нужно снова начинать лечение.
— Я так и подумала. Мне так жаль, Лео. — Я никогда не знала, что говорить в таких ужасных ситуациях, как эта.
— Последний год все было неплохо. Опухоль легких не росла — до сих пор. Я надеялся, что ремиссия продлится.
— Я очень сочувствую. Это должно быть так тяжело для твоей матери и для тебя.
— Он настаивает, что мне не нужно возвращаться прямо сейчас. Я чувствую, что должен, но в то же время не в силах покинуть Наррагансетт. Это делает меня плохим человеком?
Я отогнала панику, охватившую меня при мысли о его отъезде.
— Думаю, ты бы понял, если бы тебе нужно было вернуться домой. Ты ведь в семи часах полета от дома, верно? Твоя мама сказала бы тебе, если бы было что-то критическое.
Он кивнул.
— Это правда. Ты права. Мой отец очень поддержал идею этой поездки. Я постараюсь не чувствовать себя виноватым. Вместо этого мне нужно мыслить позитивно — верить, что он справится, как справлялся до этого со всеми этапами лечения.
Я обвила его руками.
— Что тебе сейчас нужно?
Он прижал меня к себе еще крепче и задышал мне в шею.
— Ты. Эти объятия. Мне просто нужно прикоснуться к тебе.
Мы обнимались несколько минут. Я чувствовала, как его сердце бьется возле моей груди.
— Давай окунемся в залив, — наконец сказал он.
Когда мы вышли на улицу, я накинула на голову парео. Лео старался не привлекать внимания, но я ловила его на том, что он разглядывает меня при каждом удобном случае. И я ничуть не возражала, потому что сама с наслаждением любовалась его идеальным телом, на котором не было ничего, кроме плавательных шорт.
Следующий час мы провели, играя в воде, как два подростка, хотя вода в заливе была довольно холодной. Но мы так долго не выходили из воды, что в ней стало казаться теплее, чем снаружи. Я чувствовала прохладу всякий раз, когда он поднимал меня в воздух и подбрасывал. Мне нравилось обхватывать его ногами, чувствовать его влажные от воды губы, когда он целовал меня.
Когда мы вышли из залива, он сказал:
— Если хочешь, можешь принять душ на улице, прежде чем мы пойдем внутрь.
— Спасибо.
Когда я подошла к пресловутому душу, с которого все началось, и включила воду, у меня возникло искушение раздеться полностью, как когда-то это сделал Лео. Как бы он отреагировал, если бы я так поступила?