глава 17
ДЖЕЙМС
я
посмотрел на ее красивые зеленые глаза, блестевшие от слез. Я был настоящим садистом, когда находил вид ее плачущей чертовски прекрасным. Мне хотелось наклониться, поцеловать ее пухлые губы и наказать за ее действия.
Ее губы дрожали, и я знал, что она все еще дрожит от вибраций игрушки, которая была зарыта глубоко в ее киске. Бля . Я хотел быть тем, кто принесет ей первый оргазм, погрузить пальцы в нее, растянуть ее маленькую пизду и заставить ее кончить моим ртом, моим членом.
Я завидовал чертовой секс-игрушке.
— Ответь мне, принцесса, — снова спросил я, мой тон был мягким, когда ее тело успокоилось, возвращаясь на Землю.
Как бы мне ни хотелось, чтобы она испытала многократные оргазмы с помощью крошечной игрушки, я хотел, чтобы ей было комфортно. И я был уверен, что она не планировала испытать свой первый оргазм на полу в классе.
Она могла бы повесить это над моим столом.
— Я… — Миа облизнула губы, ее глаза опустились на мои губы, прежде чем снова встретиться со мной взглядом. — Я сделаю все, что ты захочешь, папочка.
Шок и удивление пробежали по моему телу, когда я услышал ее. Затем чистое желание, похоть и собственничество взяли верх. Она была моей.
— Скажи это еще раз, принцесса, — прорычал я, притягивая ее ближе и обнимая за талию. — Скажи это.
Ее крошечные пальцы сжали мою рубашку, когда она поерзала у меня на коленях и моргнула, глядя на меня сквозь свои длинные темные ресницы. — Я сделаю все, что ты захочешь. Пожалуйста, папочка.
Моя.
— Даже поцелуешь меня? — спросил я, обхватив рукой ее щеку и вытерев слезу из уголка ее глаза. Я наклонился и лизнул дорожку слез на ее щеке. Целуя ее мягкую кожу, я отстранился и прошептал: — Ты бы поцеловала меня, если бы я тебя попросил?
— Да, — она судорожно вздохнула и кивнула. — Да, пожалуйста, Джеймс. Я хочу поцеловать тебя.
Я провел большим пальцем по ее нижней губе, и мой член прижался к краям моих брюк, когда она приоткрыла губы. Я посмотрел на нее, просунув большой палец в ее теплый, влажный рот. Ее глаза были на мне все время, пока она сосала и облизывала мой большой палец, как будто это был мой член. Вращала язычком и облизывала его, как будто это была ее личная конфета.
Твою мать. Эта девушка станет моим концом.
Мои глаза сузились, глядя на маленькую соблазнительницу, когда она укусила меня за большой палец. Я отстранился и слегка взял ее за подбородок. — Я решил, что буду делать с такой непослушной паршивкой, как ты.
— Что это, мистер Джеймс? — Миа хлопнула ресницами, устраиваясь поудобнее у меня на коленях, ее щеки залились красивейшим розовым оттенком.
— Я накажу тебя, принцесса.
Я отстранился и встал. Несмотря на то, что ее расширенные зрачки упали на выпуклость на моих штанах, которая была прямо напротив ее рта, я сохранял свой тон твердым, несмотря на то, как сильно мне хотелось обхватить рукой ее волосы и прижать ее лицо к молнии, приказывая ей использовать зубы, чтобы расстегнуть молнию и доставить мне удовольствие.
— Выбери кодовое слово, Миа.
Ей потребовалось много времени, чтобы перевести взгляд с передней части моих штанов на мое лицо. — Кодовое слово?
— Ты говоришь это слово, и все прекращается.
Миа нахмурилась, как будто я сказал что-то абсурдное. — Но я не хочу, чтобы это прекращалось.
Эта чертова девочка…
Я обхватил ее щеку и погладил ее по скуле: — Милая, ты передумаешь об этом. Выбери слово. Для твоей безопасности и… моей совести.
— У тебя есть совесть, папочка?
Я прищурился и, обхватив рукой ее волосы, потянул так сильно, что она заскулила: — На твоем месте, принцесса, я бы следил за твоим маленьким ротиком. Выбери слово или игра окончена, и ты можешь пойти домой и поиграть со своей игрушкой.
Она покачала головой. — Нет, нет, я… я скажу персик.
— Персик? — я ослабил хватку на ее волосах и провел по ним рукой. — Ты уверена?
— Очень уверена, — Миа извивалась и облизывала губы, глядя на меня с такой обнадеживающей улыбкой, что мне хотелось вырвать ради нее сердце. Страшно . Было страшно, как много я был готов сделать для нее… и для нее.
— Можем ли мы начать прямо сейчас, папочка?
Миа
Я посмотрела на Джеймса, все еще стоящего на коленях, когда он улыбнулся мне. Мое тело задрожало, увидев это. Это была совсем не счастливая, обнадеживающая улыбка. Это было зло и озорно.
Облизывая губы, я с нетерпением ждала его следующей команды. Я бы сделала все, что бы он мне ни сказал.
— Жадная шлюха, — пробормотал он, слегка дергая меня за прядь волос, прежде чем отстраниться. — Уже умоляешь папочку о наказании.
Мои стены сжались вокруг игрушки, волна удовольствия прокатилась по моему телу, услышав его дымный, бархатистый голос. Я не знала почему, но мне понравилось, когда он меня так назвал.
— Встань и иди сюда, принцесса, — сказал Джеймс, прислонившись к столу, расставив длинные ноги и наблюдая за каждым моим движением, как хищник. Прежде чем я успела выпрямиться, он покачал головой, останавливая меня. — Я передумал. Я хочу, чтобы ты подползла сюда.
Жар обжег мои щеки, когда я окинула взглядом пол и расстояние между мной и столом. Какого черта я уже подумываю подползти к нему?
— Ползти?
— Ты сегодня была плохой девочкой, непослушной, и ползать по полу будет наименьшей из твоих забот, принцесса, — Джеймс скрестил руки на груди, выражение его лица потемнело. — Ползи или скажи стоп-слово, Миа.
Глубоко вздохнув, я перекинула волосы через плечо и уперлась руками в пол. Стыд и унижение горят в моих жилах. И все же мое нижнее белье намокало при каждом движении.
— Посмотри на меня, когда ползешь.
Мои колени прижались к твердому полу, и я посмотрела на него, удерживая его темный, пронзительный взгляд. Наблюдаю за ним, наблюдающим за мной. Каким-то образом, даже стоя на коленях, ползая к нему, я чувствовала себя сильной и уверенной. Потому что он смотрел на меня так, будто я была всем, чего он желал, и даже больше . Он перевел взгляд с моего лица на шею, на изгиб моей спины, на изгиб моей задницы и на голую кожу моих ног. Его челюсть дернулась, и мне хотелось увидеть, как он распутается ради меня.
— Тебе нравится видеть, как я ползаю для тебя, папочка? — спросила я знойным голосом, покачивая бедрами и выгибая спину. Я хотела увидеть, как он сломается. Чтобы наказал меня, как он и обещал.
Его голубые глаза сверкнули похотью, когда он ответил: — Конечно, моя непослушная принцесса-шлюшка.
Когда я приблизилась к нему, он наклонился и обхватил мою щеку, и я почти уткнулась лицом в его руку. Он всегда прикасался ко мне так нежно. Как бы я ни обожала это, я хотела увидеть его силу.
— Если бы я мог, я бы держал тебя на поводке и приказал ползать повсюду.
— П-поводок? — мои глаза расширились, когда он ухмыльнулся и выпрямился.
— Не забивай об этом свою хорошенькую головку. Нагнись над столом, принцесса. Пришло время твоего наказания.
Я прерывисто вздохнула, когда встала, мои ноги дрожали, когда я почувствовала, как игрушка шевельнулась внутри меня. — Я-я хочу убрать…о .
Джеймс не дал мне закончить. В один момент я стояла, а в другой — склонилась над столом, плотно прижавшись щекой к дереву. Я извивалась, чувствуя, как из меня вытекает еще большее возбуждение.
— Хватит двигаться, — его рука на моей шее сжалась сильнее. — Или будет еще больнее.
Больно? Мне не нравилось, когда меня обижали. Я не хотела, чтобы мне было больно. Я не хотела, чтобы он причинил мне боль из всех людей.
— Я-я, Джеймс… подожди…
У меня из горла вырвался вздох, когда меня шлепнули по заднице. Его острое жало обожгло, а через мгновение оно распространилось по всему моему телу, и я стала мокрой.
Какого черта?
— Сегодня я собираюсь преподать тебе важный урок, принцесса.
— Ч-что это, папочка?
Я всхлипнула, когда его тело прижалось ко мне всем телом, его тело накрыло мое, его горячее дыхание щекотало мне ухо, когда он прошептал своим глубоким, дымным голосом:
— Не позволяй своему рту выписывать чек, который твоя задница не сможет обналичить, принцесса.