Глава 11
ЭШТОН
— Ладно. Хочу услышать, какого черта ты делаешь в моем номере, — говорю я, глядя на него с явным раздражением. — Как ты вообще сюда попал, Дэир?
— Я здесь, потому что ты хотела поговорить, — отвечает он. — Разве не ты сказала охраннику, что один из нас твой парень?
Мои щеки заливаются краской, но я не отвечаю сразу. Я сделала то, что было нужно, чтобы передать сообщение близнецам, и это сработало, но это не дает ему разрешения врываться в мой номер. Как он вообще его нашел?
— Да, у меня есть вопросы — куча вопросов, которые требуют ответов, и ты единственный, кто может их дать. Как, черт возьми, ты попал в мой номер?
Он колеблется, глядя на меня сквозь маску, и мне хочется ударить его.
— Я взломал дверь, — наконец говорит он, поднимаясь на локте. — Это то, что ты хотела услышать?
Нет, не совсем, но именно этого я ожидала. Другого способа попасть внутрь у него не было. Я проверяю каждую дверь дважды, чтобы убедиться, что она заперта, это старая привычка, от которой никак не могу избавиться. Поэтому я знаю, что не оставляла дверь открытой. Кроме того, на стойке регистрации его бы не пустили, даже если бы он солгал.
— Как ты нашел мой номер? — продолжаю я задавать вопросы, чувствуя облегчение от того, что наконец-то получаю ответы после такого сложного и запутанного вечера.
— Я встретил твоих коллег по группе снаружи. Они все упростили.
Я хмурюсь, пытаясь понять, кто из них сказал Дэиру номер моего номера. Если подумать, это точно был не Джесси. Скорее всего, Зак.
— Зачем ты взломал дверь? — мой гнев снова вспыхивает. — Почему не постучал, как нормальный человек, и не разбудил меня?
Он пожимает плечами и смотрит на телевизор, как будто там внезапно что-то привлекло его внимание.
— Я же говорил, что мы любим нарушать правила. Это в моей крови.
Я фыркаю, но, пожалуй, не стоит ожидать чего-то другого от него или Стила. Оба явно любят острые ощущения. Почему бы не добавить к этому взломы чужих номеров или домов?
— Кстати о правилах, где твой сообщник? — я оглядываю комнату, но его близнеца нигде не видно. — Я думала, что ты и Стил обычно неразлучны.
Дэир тяжело вздыхает, звук почти не слышен за его маской, и он снова смотрит на меня.
— Мы поссорились.
— О? — я не хочу проявлять интерес, не должна, по сути. Если уж на то пошло, я должна была уже выгнать Дэира из своей комнаты и запереть за ним дверь, но если он вломился ко мне однажды, кто скажет, что он не вломится снова? Кроме того, есть маленькая часть меня, которая рада его видеть, даже если это не имеет особого смысла. — Из-за чего?
Между нами воцаряется тяжелое молчание, напряжение в комнате угрожает задушить меня. Что бы ни стало причиной их ссоры, это явно было серьезно.
— Задай другой вопрос, — говорит он.
Я прищуриваюсь, осознавая, как мало места между нами. Я могла бы дотронуться до него, если бы захотела, но я держу руки скрещенными на груди.
— Нет, ты ворвался в мой номер и практически напал на меня. Ты не имеешь права уклоняться от моих вопросов.
— Да, я взломал дверь, — он снова вздыхает, — но не нападал на тебя. Я разбудил тебя так осторожно, как только мог, но потом ты начала кричать, как банши.
Я злобно смотрю на него.
— Задай другой вопрос, — настаивает он. — Вернемся к этому позже.
Я хочу поспорить и потребовать ответа, но есть другие вопросы, которые я хочу задать, ответы на которые мне нужны.
— Обещаешь говорить правду? — я поджимаю губы, перебирая в уме список вопросов, которые мне отчаянно хотелось задать.
— Конечно. Пока это не будет угрожать твоей безопасности.
Кровь отхлынула от моего лица, ледяная волна прокатилась по позвоночнику, и я меняю положение, чтобы сидеть, как Дэир.
— Что ты имеешь в виду под «угрозой для моей безопасности»?
— Я имею в виду то, что сказал. Есть вещи, которые я не могу тебе рассказать, потому что это подвергнет тебя опасности, — объясняет он, его голос нежный, но твердый. — Задавай свои вопросы, и я отвечу, если смогу.
Его слова заставляют меня нервничать, и я начинаю представлять себе все самые худшие сценарии. Знание равно ответственности, и если он не может рассказать мне определенные вещи, потому что это подвергнет меня риску, значит, у него есть опасные связи, о которых я не знаю. Банда? Мафия? Наркобароны?
Я не знаю ответа и не уверена, что хочу его знать. Я доверяю Дэиру больше, чем должна любому другому незнакомцу, но что-то в моем нутре подсказывает, что это нормально. Моя интуиция никогда меня не подводила, хотя когда-нибудь это может случиться.
— Я... — мой голос затихает. Сколько раз я представляла себе этот момент, сколько раз думала о том, чтобы задать Дэиру или Стилу вопросы, которые меня больше всего волнуют, я не могу подобрать слов. Что, если он решит, что я сошла с ума? Что, если это докажет, что я сумасшедшая? Есть только один способ узнать.
— Кажется, сегодня я потеряла сознание, или что-то в этом роде, но до этого я была с тобой и Стилом.
— Ты имеешь в виду, когда мы чуть не сбили тебя в коридоре? — спрашивает он легким тоном.
— Нет, после этого. Вы подошли и поздравили меня после нашего выступления.
— Верно, — кивает он. — А потом ты убежала от нас. Мы не поняли, что произошло.
Я делаю паузу, в тысячный раз воспроизводя все в памяти. Я убежала от них и членов своей группы, но близнецы последовали за мной. Вот как мы все оказались в углублении, где они назвали свои имена. Вот как я последовала за ними на сцену и потеряла сознание. Я знаю, что так все и было — я все помню, — но его уклончивость заставляет меня сомневаться.
И вот теперь, хотя раньше я была так уверена, я снова начинаю сомневаться в своих воспоминаниях. Это мой единственный шанс получить ответы, момент, которого я ждала весь вечер, и теперь мне страшно показаться безумной. Я издаю неловкий смех, чтобы хоть как-то снять напряжение, и Дэир склоняет голову набок.
— Что случилось, когда ты вывел меня на сцену? — спрашиваю я, сглатывая комок в горле. Если я хочу получить прямой ответ, мне нужно задать прямой вопрос. — Мы смотрели «Chemical Velvet», а потом... потом я снова оказалась в углублении и не помню, как туда попала.
Он отвечает без колебаний:
— Эштон, мы не видели тебя после того, как ты убежала.
Я с трудом перевариваю его слова. Это далеко не тот ответ, который я хотела услышать. Я знаю, что видела их снова. Другого объяснения просто не может быть. Как еще я могла бы помнить про лестницу или сцену? Как бы я запомнила каждую деталь выступления «Chemical Velvet» или запах одеколона Стила? Откуда бы я узнала их имена?
Я едва не задыхаюсь от осознания этого. Воспоминание о том, как он назвал мне их имена, ясно как день, и тот факт, что он лжет, заставляет мою кровь закипать.
— Ты чертов лжец, — выпаливаю я, вскакивая с кровати и направляясь к двери. Я распахиваю ее и указываю в коридор. — Если ты не собираешься говорить правду, уходи. Скажи Стилу, что он может прийти, если его ответы будут лучше твоих.
Дэир срывается с кровати, останавливаясь в нескольких шагах от меня и оглядываясь между мной и коридором.
— Я думал, ты хочешь получить ответы?
Я прищуриваюсь, сердито глядя на него.
— Мне нужна правда, и если ты не собираешься мне ее давать, то можешь идти. У меня нет ни времени, ни терпения на ложь.
Он не двигается, просто смотрит на меня. От гнева у меня по коже бегут мурашки, и я борюсь с желанием накричать на него, потому что какая-то крошечная часть меня - раздражающе крошечная часть, которой нет никакого дела до того, что она так значительна, - хочет, чтобы он остался.
Я знаю, что если буду настаивать, он даст мне нужные ответы. По крайней мере, надеюсь на это.
Медленно он подходит ближе, убирая мою руку с двери, и мягко закрывает ее. Затем он поворачивается ко мне, приближаясь так близко, что мне приходится отступить. Я наталкиваюсь на стену и замираю, когда он приближается еще ближе, его фигура почти прижимается ко мне.
Я чувствую себя невероятно маленькой рядом с его возвышающейся фигурой, и беспокойство сжимает мой живот. Он не причинит мне вреда... верно?
— Я просто пытаюсь уберечь тебя, — говорит он, голос его настолько тих, что я едва его слышу. Он ставит одну руку на стену над моей головой и другой рукой проводит по моей челюсти, и я ощущаю жар внизу живота. Чертова предательница. Я не должна возбуждаться сейчас, как бы сексуален он ни был.
— Тебе стоит держаться от нас подальше. От всех нас.
Я застыла на месте, мой взгляд устремлен в отверстия для глаз на маске Дэира. Может, я и не вижу его глаз через них, но знаю, что он так же пристально смотрит на меня.
— Что это значит? — шепчу я. — Если ты не хочешь, чтобы я была рядом, зачем ты пришел сюда?
Он резко выдыхает и качает головой.
— Эштон, если бы это зависело от меня, я бы каждый день проводил рядом с тобой, надеясь, что ты уделишь мне хоть минуту своего времени.
Это последнее, что я ожидала услышать от него, и его слова пронзают мое сердце, как стрела. Он действительно это имеет в виду?
— Но это слишком опасно, — продолжает он, приближаясь, так что его тело прижимает меня к стене. Каждая частичка моего тела пылает, жаждая его прикосновений, но я остаюсь неподвижной, ожидая его следующего шага. Я ни за что не признаюсь, как сильно я его хочу, несмотря на возбуждение, пульсирующее между моими бедрами.
Проклятый мужчина.
— Как? — наконец спрашиваю я. — Как быть рядом с тобой может быть опасно?
— Поверь мне, — рука Дэира опускается ниже, его перчатки едва касаются моей ключицы. — Я не могу объяснить, почему, но это так. Ты должна держаться от нас подальше, чтобы я мог тебя защитить. Понимаешь?
Я слышу его слова, но не верю ему. Да и как я могу? Что может быть такого опасного в этих мужчинах, чтобы они подвергали мою жизнь опасности? Ники явно не заботит опасность, ведь она практически живет с Себастьяном в их гастрольном автобусе.
Чем я отличаюсь от нее? Почему мне нельзя знать их тайну?