Хельва вытер рот тыльной стороной ладони и на мгновение задумался. Затем его глаза расширились: - А, ведь верно! Вот дерьмо …
Фигул от души усмехнулся и кивнул в сторону набережной:- Твои страдания почти закончились, парень. Мы собираемся причаливать.
«Протей» скользил по водам гавани, направляясь к пустому причалу между двумя пришвартованными транспортными галерами. Фигул заметил сухой док слева от причала, куда была вытащена пара кораблей снабжения для ремонта повреждений, нанесенных их корпусам недавними штормами. В этот момент один из палубных матросов издал резкий крик, и триерарх начал выравнивать нос корабля, в то время как палубные матросы принялись за дело, хватаясь за швартовые канаты, сложенные по обоим концам корабля, и бросая их собравшимся докерам на набережной. Как только рабочие поймали канаты, они быстро прикрепили их к прочным столбам на краю дока. Закрепив корабль, триерарх наполнил легкие и отдал приказ опустить трап. Затем Фигул приказал двум группам людей под его командованием высадиться. Один за другим шестнадцать солдат Шестой центурии спустились по узкому деревянному трапу и выстроились на небольшом расстоянии вдоль набережной. Хельва, спотыкаясь, сошел с корабля на несколько шагов впереди Фигула, шепча благодарности богам за то, что его страдания, наконец, закончились.
Фигул огляделся. Часовые патрулировали зубчатые стены над главными воротами на севере, наблюдая за военно-морской базой. На набережной надсмотрщики гнали рабов, резкие щелчки их коротких кнутов эхом разносились по пристани, а рабы неустанно несли корзины к каждому из пришвартованных кораблей, готовившихся к обратному путешествию на Вектис. Постоянный поток кораблей в порт и из порта станет привычным зрелищем на следующие несколько недель, подумал Фигул про себя. Дуротриги считали, что лучше пасть в битве, чем терпеть унижение закабаления, и для солдат, оставшихся на Вектисе, это будет долгая и кровавая кампания по завоеванию острова, миля за милей, день за днем, так как туземцы будут сражаться до последней капли крови.
Рулл привлек его внимание и указал глазами на плац.
- Посмотрите вон туда, господин.
Фигул оглянулся. Здание военно-морского штаба стояло в дальнем конце набережной, окруженное с обеих сторон блоками казарм. Пара солдат быстрым маршем направилась к нему из здания штаба. На одном из легионеров был шлем с характерным поперечным гребнем, обозначавшим его звание центуриона. Когда двое солдат прошли по пристани, рабы поспешно отступили в сторону, уступая им дорогу. Центурион остановился перед Фигулом и мельком взглянул на виноградный посох, который он нес, что отличало его от оптиона. Затем центурион откашлялся.
- Я так понимаю, вы и есть те ребята, которых мне сказали ждать? - нетерпеливо рявкнул он. Он адресовал вопрос Фигулу.
- Если вы ищете отряд сопровождения, то это мы, господин.
- Я центурион Луций Овидий Скрофа, командующий здешним гарнизоном.
Фигул кивнул, выпятил грудь и официально представился: - Оптион Гораций Фигул, Шестой центурии, Пятой когорты, господин. Мне приказано встретиться с имперским посланником Нумерием Сциллой.
Центурион остановился и окинул критическим взглядом других легионеров отряда. Затем он снова посмотрел на Фигула: - Я слышал, вы столкнулись с сильным сопротивлением на побережье в Вектисе.
- Нет ничего, с чем Шестая центурия не смогла бы справиться, господин, - ответил Рулл. - Жаль, что ваших людей не было на этом представлении.
Секунду центурион пристально смотрел на Рулла. Затем он снова взглянул на Фигула и протянул руку: – Ваши сопроводительные документы, оптион?
Фигул сунул руку в сумку и быстро достал папку с доверенностью, которую один из писарей легата выписал накануне вечером в походном лагере на Вектисе: - Все здесь, господин, - сказал он, протягивая центуриону.
Скрофа открыл крышку планшета для документов, снял печатьи начал читать. Наконец он посмотрел на Фигула, нахмурив брови:- Здесь сказано, что вы направляетесь в Линдинис. И что мы должны предоставить вам любую помощь, в которой вы нуждаетесь.
Фигул кивнул:- Верно, господин.
Центурион втянул воздух сквозь зубы и поднял бровь: - Удивляюсь я тебе, оптион. Ни один римлянин в здравом уме не пойдет добровольцем на это солдатское кладбище. Он поднял взгляд на Фигула, его губы слегка растянулись в ухмылке. - Кого ты так разозлил, что тебя туда послали?
- Никого, господин, - сердито ответил Рулл. - Легату нужны были всего лишь лучшие люди для этой задачи. А, это мы.
Скрофа подавил улыбку: - Если ты так говоришь. - Он вернул разрешение Фигулу и вздохнул. – Тогда пошли. Посланник ждет встречи с вами. Он остановился в качестве гостя в усадьбе Когидубна, примерно в миле отсюда. Он и его благородный друг - дуротриг Тренагас. Иди за мной.
Фигул вернул папку с документами в свою кожаную сумку и отправился за Скрофой. Рулл двинулся было за ним, но Скрофа резко остановился и покачал головой. - Всего лишь оптион, - равнодушно сказал он. - Приказ посланника. Ваши люди могут остаться здесь. Этот офицер покажет им казармы. На данный момент достаточно места, учитывая, что половина моих людей была призвана в ряды для штурма Вектиса. Понятно? Хорошо. Тогда поторопитесь. У меня нет времени заниматься вами весь этот проклятый день.
Не дожидаясь ответа, центурион быстро развернулся и двинулся к воротам в дальнем конце военно-морской базы, а его заместитель повел остальных бойцов отряда к ближайшему блоку казарм. Когда Фигул повернулся, чтобы следовать за центурионом, Рулл наклонился поближе и пробормотал: - Мудрый совет, господин. Будьте осторожны с этим посланником. Вы знаете, на что похожи эти имперские типы. Нельзя доверять им больше, чем ты можешь их разозлить.
Фигул старался не показывать своего беспокойства. Было хорошо известно, что тесный круг советников, служивших при императоре Клавдии, был истинным источником власти внутри императорского дворца. Поскольку повседневное управление обширной Римской империей было слишком обременительной задачей для одного человека, император в значительной степени полагался на своих сотрудников, и их авторитет неуклонно рос с тех пор, как Клавдий был провозглашен императором. Они расправлялись со своими врагами с безжалостной эффективностью и были одними из самых опасных людей в империи. Сама мысль о том, что придется отчитываться перед послом, беспокоила Фигула больше, чем любые враги, которые могли скрываться на дороге в Линдинис. Он, ощутив тяжесть в желудке, кивнул Руллу и отправился вслед за центурионом Скрофой, который направился к главным воротам. Фигул собирался выполнить миссию, совершенно не похожую ни на что из того, что он делал раньше во Втором Легионе, вдали от поля битвы и смертельных схваток вместе с сотнями своих товарищей. Теперь их было всего шестнадцать человек, и он собирался подвергнуть их верной опасности. Поспешив за Скрофой, оптион почувствовал, что эта миссия будет намного сложнее, чем все, с чем он столкнулся на Вектисе.