Мурена рассмеялась. Это был уклончивый смех, который Макрон уже слышал раньше, вскоре после того, как Паво расправился с Бритомарисом, когда оптион узнал о заговоре помощника с целью отравить молодого человека. Теперь опять волосы на голове Макрона встали дыбом.
- Об этом уже позаботились, оптион.
- Что ты еще придумал? - прошипел Макрон помощнику, борясь с желанием сломать его тонкую шею.
Мурена махнул рукой Гурджесу. Ланиста кивнул и поспешил к своим ожидающим его носилкам. - Скажем так: Дентер будет не единственным, кому завтра будет не легко на Арене.
Макрон нахмурился: - Ты не все учел! На твоем месте я бы опасался, что Паво проиграет.
Мурена резко повернулся к солдату: - Почему?
- Эта партия, только начало неприятностей. - Макрон ткнул большим пальцем в сторону помпейцев. Редко рассредоточенные охранники изо всех сил пытались вытеснить банду с площади. Их число удвоилось, а настроение стало откровенно враждебным. - Большая часть их уже в пути. Насколько я слышал, фанаты из Помпей прибудут сюда в огромном количестве.
Мурена слабо улыбнулся дебоширам. - Я не думаю, что несколько кулачных боев между соперничающими фанатами гладиатора вызовут беспокойство, оптион.
- Не о них тебе все же следует побеспокоиться. - Макрон скрестил руки на груди и кивнул на опрокинутый стол. - Толпа любит Паво. Они не захотят, чтобы их героя зарубили, и им не уже не нравится, как кучка психов из Помпеи во все глотки кричит об этом. Ты думаешь, что настроение толпы было беспредельным сегодня, подождите, пока ты не увидишь, что они будут вытворять завтра.