ГЛАВА 20
Один смелый человек
формирует большинство.
Эндрю Джексон
На следующей неделе я с радостью обнаружила в своем электронном почтовом ящике приглашение на коктейльную вечеринку для выпускников Уилтона. Это мероприятие - возможность для выпускников, специализирующихся на естественных науках, встретиться с представителями медицинской сферы.
Это эксклюзивное мероприятие для выпускников, получивших степень magna или suma cum laude. Как младшекурсница, я не должна была даже получать приглашение. Скорее всего, за этим стоит Ашер, и я нахожу этот жест удивительно милым.
У нас принято брать с собой пару, поэтому, когда я спрашиваю его, пойдет ли он со мной, я рада, что Ашер соглашается. У меня возникает соблазн спросить, как он достал для меня приглашение, но если здесь замешано что-то незаконное, я бы предпочла этого не знать. Потому что это приглашение на самую горячую вечеринку в кампусе слишком велико, чтобы от него отказываться.
В день вечеринки я облачаюсь в бордовое платье с драгоценными камнями, которое Томми сшил мне, - первое платье, которое я примерила, когда он пришел на прошлой неделе. Я чувствую себя уверенно, когда выхожу из ванной, сделав легкий макияж.
Ашер выходит из шкафа с опущенной головой, но поднимает глаза, услышав меня. Я замираю, пока он рассматривает меня, его взгляд перемещается с моих туфель на каблуках на волосы, убранные в элегантную французскую прическу.
— Ты выглядишь потрясающе, — говорит он, и комплимент звучит на его губах чужеродно, но все же искренне.
Заметив его одобрение, я заставляю себя не выставлять себя на посмешище. Но мне все равно удается покраснеть, и он качает головой и улыбается. Он идет к шкафу, а когда выходит, на нем галстук того же цвета, что и мое платье. Он хорошо сочетается с его черным костюмом и белой пуговицей.
Я удивляюсь, когда он протягивает мне свои запонки и поднимает вопросительную бровь, в глубине его глаз все еще таится чернота похоти. Я видела, как Ашер сам надевал запонки, по крайней мере, дюжину раз. Ему не нужна моя помощь.
Я знаю это, но все равно помогаю ему. Когда я беру запонки из его ладоней и вставляю одну в манжету его рукава, мои пальцы слегка касаются его кожи, и я сразу понимаю, почему он попросил меня о помощи.
Он давал мне повод прикоснуться к нему.
Когда мы приходим на мероприятие, я с удивлением вижу там Минку под руку с мужчиной намного старше меня. Она хмурится на меня, но благоразумно держит дистанцию. Я вижу, как она бросает обеспокоенный взгляд в сторону Ашера, и думаю, не является ли спутник Минки одним из тех бедолаг, которых она пытается озолотить.
После того как мы отметились, мы с Ашером общаемся. Он знакомит меня со многими людьми, и я ошеломлена тем, насколько хорошо он знает всех этих влиятельных игроков в моей сфере. Это влиятельные люди, и все они, кажется, уважают Ашера. Несмотря на молодость, он уверен в себе больше, чем кто-либо другой здесь.
Я горжусь тем, что нахожусь под его рукой.
Я также благодарна ему за то, что он старается вовлечь меня в эти разговоры не как соучастника, а как партнера. Он обращается со мной как с равной, и в ответ все, с кем мы общались, оказывают мне такое же уважение.
Я нахожусь в экстазе от всех завязавшихся связей, когда направляюсь в бар выпить воды, а Ксавье следует в нескольких футах позади меня. Я хмурюсь, когда вижу там кавалера Минки. Он прислонился к барной стойке, а его взгляд сканирует окружающую обстановку.
Перед ним стоят два напитка. Он насыпает что-то - может, таблетку? - в один из напитков и помешивает его пальцем. Я немного спотыкаюсь, когда вижу, куда он направляется с обеими рюмками в руках. Мои глаза следуют за ним, пока он несет напитки к столику в нескольких футах от меня, где передает напиток с шипучкой Минке.
Я ненавижу Минку. Она плохо ко мне относится, у нее комплекс превосходства, и с тех пор, как я ее встретила, она стремится сделать мою жизнь несчастной. Но она также не заслуживает того, чтобы ее накачивали наркотиками и еще неизвестно чем. У меня нет ни малейших сомнений в том, что я должна что-то с этим сделать. И как можно скорее.
Я поворачиваюсь к Ксавьеру и рассказываю ему о том, что видела. Он ведет меня обратно к Ашеру, а затем уходит с охранником мероприятия на буксире. Они направляются в сторону Минки, и я отворачиваюсь. Она в надежных руках. Я знаю, что теперь она будет в безопасности. Я больше ничего ей не должна.
— Мы можем уйти? — спрашиваю я Ашера, не зная, как отреагирует Минка.
Если произойдет сцена и она будет унижена, я знаю, что она обвинит меня. Надеюсь, этого не случится, но я не хочу быть здесь в случае, если это произойдет. Это просто ведет к неприятностям, которые мне точно не нужны в присутствии людей, которые потенциально могут стать моими будущими боссами.
Ашер кивает. Мы прощаемся с несколькими людьми, а затем отправляемся к выходу, его охранник следует за нами. Ксавье остается на мероприятии, чтобы разобраться с кавалером Минки, так что только мы втроем выходим через парадную дверь здания.
До пентхауса рукой подать, поэтому я спрашиваю Ашера, можем ли мы пройтись пешком, прежде чем он позвонит своему водителю, чтобы тот забрал нас. Мы идем по тротуару, прилегающему к Sproul Hall, где проходит мой урок статистики. Мы с Ашером держимся за руки, вероятно, для видимости, но мне это не мешает. Меня также не смущает, что охранник Ашера следует за нами на удобном расстоянии.
Тротуар находится на оживленной улице, рядом с многолюдным перекрестком. Я бездумно смотрю на суматошную улицу, наблюдая за скоплением машин, медленно проезжающих мимо в пробке. Велосипедисты и мотоциклисты снуют туда-сюда, объезжая стоящие в пробке автомобили.
Я улыбаюсь, когда вижу забавный дуэт на матово-черном Ducati. На мотоцикле сидят двое мужчин, но они настолько огромны, что едва умещаются на сиденье. Я стараюсь не рассмеяться, но легкое хихиканье все же проскальзывает.
Ашер слышит его и следит за моим взглядом. Я хмурюсь, реагируя на его сузившиеся глаза. Я оглядываюсь на мужчин, пытаясь понять, что он видит в этих расчетливых глазах, и тут замечаю его: опасность и смерть, завернутые в изящную упаковку.
Пистолет.
Тот, что сидит сзади, поднимает на меня глаза и тянется к оружию. Мы с Ашером реагируем одновременно, и тут начинается настоящий ад. Он пытается потянуть меня за собой, но я уже двигаюсь в ту же секунду. Когда пуля пронзает воздух, я случайно толкаю его на траекторию.
Пуля попадает ему прямо в грудь.
Тем временем я благополучно приседаю на землю, прикрываясь его падающим телом. Мир движется в замедленной съемке, пока я наблюдаю за его падением. Не может быть, чтобы он выжил после такого, думаю я, но мне доказывают, что я ошибаюсь, когда он обеими руками тянется за спину.
Он вытаскивает по пистолету в каждой руке и стреляет. Два выстрела раздаются одновременно и направлены в сторону мотоциклистов, которые проносятся мимо. Пуля попадает в каждую из их движущихся форм одновременно с тем, как Ашер, наконец, падает и приземляется.
На меня.
Я осторожно отталкиваю его от себя, стараясь не задеть оружие и его грудь. Широко раскрыв глаза, я ищу глазами и пальцами на его торсе пулевое отверстие. Я вижу круглую дыру в середине пуговицы, но кровь не просачивается в рубашку.
Я все равно нажимаю на это место, потому что это единственное, что я умею делать, - давить на рану.
— Черт, Люси! — Ашер отшатывается от крепкого давления моих рук. — Прекрати! Детка, прекрати.
Мой разум даже не фиксирует, что он назвал меня "деткой".
Я смотрю на него, когда он осторожно убирает мои пальцы и трется о свою грудь. Ашер немного разрывает испорченную ткань пуговицы и просовывает палец внутрь, вытаскивая пулю. Мои глаза расширяются, когда я вижу, что на его нижней рубашке нет даже следа.
Но я так рада, что он жив, что не думаю об этом, когда заползаю к нему на колени и обнимаю его. Возможно, по моему лицу текут слезы, но я слишком горда, чтобы признать это. Я отстраняюсь, смотрю на место на груди Ашера, куда он был ранен, и снова обнимаю его.
А потом откидываюсь назад и даю ему пощечину.
Он ловит меня за запястье, когда я делаю движение, чтобы сделать это снова.
— Эй! Что это было? — Он хмурится, в его голубых глазах застыло недоумение.
— На тебе что, пуленепробиваемый жилет?! — Я жестом показываю на свое коктейльное платье. — А как же я? Что, если бы пуля попала в меня?
Я делаю движение, чтобы дать ему еще одну пощечину свободной рукой, но он берет оба моих запястья и притягивает меня к себе. Я все еще сижу на его талии, прижавшись к его телу, поэтому не могу видеть его лица. Он дрожит, и это заставляет меня нахмуриться.
Насторожившись, я крепко обхватываю его руками. Я не хочу, чтобы он плакал. Может, он думает о том, что будет, если я окажусь на его месте? Неожиданно, но нежелательно узнать, что я так много для него значу.
Потом я понимаю, что он не плачет.
Он смеется.
Это глубокий грохот, и между вдохами он говорит:
— То, что на тебе надето, пуленепробиваемо. — Его смех стихает, но он все еще прижимается ко мне. — Жилет вшит в корсет и юбку твоего платья. Из этой же ткани сделана подкладка моего костюма и пуговицы. — А потом он снова смеется. — И в любом случае ты бы не получила пулю. Я двигался, чтобы заслонить тебя, когда ты набросилась на меня, как инспектор Клузо, и сбила с ног.
Я чувствую тень над нами и поворачиваюсь к Ксавьеру, который теперь парит над нами. Он недоуменно вскидывает брови, наблюдая за нашим положением. Я все еще на коленях у Ашера, и мы все еще обнимаем друг друга.
Я пытаюсь отодвинуться, но он крепче прижимает меня к себе. Я не могу не позволить ему, позволяя его присутствию успокоить меня. Чтобы я снова почувствовала себя в безопасности, потому что в этот момент никто, кроме него, не может этого сделать.